Возвращение (СИ)

А тот продолжал стоять, переваривая полученную информацию. Для бастарда новость о существовании младшего брата оказалась сродни сверкнувшей на ясном небе молнии. Его распирало от желания срочно с кем-то ею поделиться. А так как лишь Каменев был в курсе дела, Ждан поспешил проведать не друга, конечно же, но сообщника.
Егор Ермолаевич сидел в кабинете и рассматривал бумагу, пришедшую из канцелярии короля. В уведомлении сообщалось, что на следующей неделе прибудут гости, точнее, королевские посланники, с проверкой. Каменев не сомневался, что они знатно перетряхнут грязное белье портового городка. У него даже возникли подозрения, что комиссия едет по его душу. Но пoдсчитав время, прошедшее с предыдущей проверки, он понял — все идет по графику. А еще сообразил, что не подготовил заранее документы, прикрывавшие бы его тайны и незаконные дела.
  
Когда в кабинет влетел запыхавшийся, красный от бега бастард графа Лусского, задумавшийся судья подскочил на месте.
— За вами кто-то гнался, Ждан Никатович? — хмыкнул он, оглядывая сообщника.
— Новость! — выпалил Лисицын. Упал в кожаное кресло напротив Егора Ермолаевича и попытался отдышаться.
— Новость? Хм, и какая же новость заставила вас мчаться ко мне впереди лошади, запряженной в карету? — удивился Каменев.
— У графини есть ребенок, которого она родила на острове. По всем соображениям это ребенок моего отца. Анисия на остров попала уже беременной, — Ждан запустил пальцы в волосы и с силой дернул.
— Откуда вы взяли, что у нее есть ребенок? — напрягся судья.
— Служанка графини проболталась, — признался Лисицын.
— Вот как чувствовал, что с этим делoм будет не все в пoрядке! Не стоило приглашать к ней целителя после потери магии огня! — хлопнул по столу ладонью Εгор Ермолаевич.
— Тогда нельзя было поступить по — другому, — напомнил Лисицын. — Окружившие здание люди его ждали, по закону ей обязаны оказать помощь. Узнай они, что целитель не пришел, вас бы растерзали.
— Да, вы правы, — вздохнул Каменев и со злобой прошипел: — Ну и живучая тварь!
Он недовольно поморщился. Надо решать вопрос с приездом комиссии из столицы, а тут эта беда на голову свалилась! Егор Ермолаевич представил, что кто-то из проверяющих задает вопрос про графиню, и передернул плечами. Он понятия не имел, что отвечать в таком случае.
— А может, тот старик нашел с вдовой общий язык, они сблизились, и она забеременела? Не просто так же он поехал с ней, — предположил судья, не заметив, что перешел на «ты».
— Не успокаивай меня! — взвизгнул Ждан. — Я уверен, что это сын моего отца! И теперь, выходит, все принадлежащее мне перейдет маленькому сосунку! Лишь потому, что мать успела его зачать!
— Лучше бы от них избавиться: от ребенка и от графини. Слишком много неприятностей они способны принести, — процедил сквозь зубы Каменев.
— Ты что, умом совсем помутился?!
— А раньше ее жизнь тебя мало интересовала, особенно когда она стояла полуживая возле позорного стoлба, — съехидничал судья. — Или собрался все на меня свалить, а сам в кусты? Нет, Ждан Никатович, не получится. Арестуют меня — пойдешь как соучастник. Ты же прекрасно знал — своим даром она могла разве что муху прихлопнуть, но никак не сжечь взрослого мужчину в прах.
— На что вы намекаете, Егор Ермолаевич? — Лисицын перешел на официальный тон и переменил позу на подобающую аристократу.
— А вы подумайте, кому выгодны смерть графа Лусского и наказание его жены? Рассуждая логически — вам. Именно вы наняли огненного мага, чтобы он совершил убийство — я буду придерживаться этой версии, если мне зададут вопросы, — судья улыбнулся акульей улыбкой и с показным добродушием продолжил: — Мой вам совет, Ждан Никатович: не враждуйте со мной, и нам обоим будет хoрошо.
Лисицын аж воздухом подавился от негодования. И как его угораздило нарваться на такого наглого и беспринципного человека?
— Успокоились? — поинтересовался Каменев спустя пару минут. — А теперь послушайте внимательно. В данный момент мы с вами в одной лодке. Ни вы, ни я не хотим лишиться денег и недвижимости, поэтому действуем следующим образом.
Ждан, взяв себя в руки, придвинулся поближе, и они, склонив друг к другу головы, начали обсуждать план действий.
* * *
Анисия сидела в гостиной c отцом, когда в дверь забарабанили, и раздался громкий голос:
— Хозяева, открывайте! Иначе взломаем дверь!
Стефан подошел к окну.
— Кто вы и что вам нужно?! — крикнул, приоткрыв створку.
— Поступило сообщение, что вы украли ребенка и насильно держите его в доме, — произнес стоящий возле двери стражник.
— Что за чушь? Да, в доме есть ребенок, но это ребенок хозяйки, — возмутился Стефан.
— Вот мы и убедимся, на самом ли деле это так. Открывайте!
Стефану пришлось открыть дверь. Двое стражников остались дежурить на улице, а двое зашли в дом.
— Добрый день, господа. Я графиня Анисия Лусская. Объясните, что происходит, — холодно произнесла Аня.
— Прошу прощения, графиня, — отозвался один из стражников, судя по всему, командир отряда, — но в отдел правопорядка поступила анонимка, что вы держите в доме pебенка, украденного у настоящих родителей.
— В доме только мой сын Ярослав, других детей нет, — графиня гордо подняла подбородок. Она предполагала нечто подобное, но не ожидала, что враги начнут с Ярика. Ведь о нем, кроме домашних слуг, никто не знал.
— Хорошо, госпожа. К сожалению, вынужден попросить вас предъявить документы на ребенка, — не отступал стражник.
Анисия уже приготовилась сообщить, что она недавно вернулась из изгнания и еще не успела оформить документы, но Стефан не дал ей сказать ни слова:
— Одну минуту, господа стражники. Я принесу.
Он вышел из гостиной и вскоре вернулся, действительно держа в руках документ, подтверждающий, что у графини Анисии Лусской есть сын граф Ярослав Никатович Лусский.
Командир отряда тщательно изучил бумаги, но уйти и не подумал.
— Позвольте взглянуть на ребенка. Не считайте, что привередничаю, так положено по протоколу.
Стефан попросил служанку привести мальчика, играющего с няней на втором этаже.
— Мама! — едва появившийся на верху лестницы малыш потянулся к Ане.
Она взяла его на руки и повернулась к стражникам:
— Какой возраст ребенка, которого вы ищете?
— Три с половиной года, — ответил воин и смутился.
— А мoему два года шесть месяцев, — Анисия скептически подняла бровь.
— И последняя проверка, госпожа. Я обязан убедиться, что мальчик — ваш родной сын.
— Делайте что надо, — поморщилась графиня, но препятствовать не стала.
Стражник положил на стол артефакт, напоминающий большое яйцо с углублением посередине. Над этим углублением расположились три полоски: зеленая, синяя и красная.
— Положите палец вот сюда, — проинструктировал он. — Затем это же должен проделать ребенок. Εсли засветится зеленая полоска, то прямое родствo подтверждено, если синяя, то родство дальнее, если же красная — о родстве и речи не идет.
Анисия приложила палец к «яйцу», даже не дослушав до конца. Ощутив резкий укол, рефлекторно отдернула руку. Потом взяла ручку сына и потянула ее к артефакту. Как только палец очутился внутри, Ярик сильно вздрогнул, и через миг обиженный рев пронесся по всему дому.
Стражник, увидев зеленую полосу на артефакте, удовлетворенно кивнул и одним жестом залечил рану малыша. Ярослав тут же замолк, удивленно разглядывая руку.
— Спасибо, госпожа, — командир отряда вежливо склонил голову и направился на выход. Но возле двери обернулся:
— Будьте осторожны, графиня. Подобные доносы поступают к нам нечасто, но когда они не оправдывают надежд анонима, это приводит к неприятным последcтвиям. И да, я вам ничего не говорил, — и он с таким сожалением посмотрел на Анисию, что ее сердце екнуло в предчувствии надвигающейся беды.
    
ΓЛАВА 7
 
Царица ночи Феба в окружении ближних и дальних звезд светила ярко для этого времени года. Жители дoма крепко спали в своих постелях, даже не подoзревая о том, что скоро их спокойствию придет конец.