Одиночка. Том III (СИ)

О! Первым делом он убрал их целителя — на это указывал труп неподалеку, с аккуратно перерезанной глоткой. Оставалось ещё четыре человека, и все они, видимо, были Романовыми.
«Интересный тактик, — холодно отметил я. — Сначала санитарная обработка периметра, потом точечное удаление поддержки, теперь делит оставшихся и добивает по одному. Прямо по учебнику. Жаль, учебник он, похоже, читал в одиночку».
  
Потому что в его идеальном плане была одна дыра размером с меня. Я не собирался давать ему убрать всех. Эти Романовы мне, в общем-то, были до лампочки, но позволить Коле безнаказанно завершить миссию и смыться? Нет уж. Да и задание подогревало своей наградой!
Да и потом, если он тут всех порешает, наша группа вернётся к выходу и недосчитается не только «стратега», но и меня. Возникнут лишние вопросы. А мне эти вопросы были не нужны. Значит, нужно было сыграть в героя. Или в того, кто случайно забрёл не туда.
«Блин, а ведь вопросы тогда всё равно будут, когда я буду этого ублюдка резать… только уже от Романовых! Чёрт, слишком много меня с ними начинает связывать. Это мне не нравится!»
Детина с двуручником, окончательно выведенный из себя невидимым противником, впал в ярость. Он с рёвом взмахнул мечом, запустив неприятный ушам волновой навык, который обрушил часть свода в том направлении, куда секунду назад метнулась тень.
Идея была неплоха — создать помеху. И она сработала. Из облака пыли и мелких камней выкатился, спотыкаясь, Коля. Его маскировка на секунду дрогнула. Ещё бы: полтонны камня на голову. Мгновение, но его хватило.
Девушка с клинками, отпихнув скорпеноида, метнулась к нему с пронзительным боевым кличем. Вот это уже была ошибка с её стороны — оставлять спину мобу. Но её ярость была понятна.
Коля, не теряя ни секунды, парировал её первый удар уклончивым движением, а второй встретил своим коротким мечом. Сталь звякнула. Он был сильнее, техничнее, и ему не нужно было драться честно.
Пока девушка пыталась завязать фехтовальную дуэль, он второй рукой достал стилет. Удар был направлен ей в бок, под ребра — смертельный, тихий. Вот этот момент я и ждал.
«Ускорение».
Мир замер, звуки растянулись в низкий гул. Я уже был в движении, оттолкнувшись от стены с такой силой, что раскрошился камень. Пыль от обвала висела в воздухе почти неподвижно. Я пронзил это облако, видя всё с кристальной чёткостью: широко раскрытые, полные ужаса глаза девушки; холодную, сосредоточенную гримасу Коли; траекторию его стилета, медленно ползущего к её печени.
Моя собственная рука вытянулась, и кинжал, который я только что вызывал из инвентаря, встретил стилет у самого основания.
Не удар, а точное, почти хирургическое движение.
Чпоньк!
Лёгкая вибрация в пальцах. Стилет, отведённый на сантиметр в сторону, блеснул и прошёл мимо, лишь порвав ткань доспеха. Я не стал атаковать самого Колю: в замедленном времени это было бы слишком просто и не соответствовало роли. Вместо этого я схватил девушку за свободную руку и рванул её назад, за спину к себе, одновременно делая шаг вперёд и становясь между ней и убийцей.
Потом всё отпустил.
Время щёлкнуло, вернувшись к нормальному течению. Для внешнего наблюдателя произошло чудо: я просто материализовался из ниоткуда, отвёл смертельный удар и отшвырнул девушку в безопасное место. Звук нашего столкновения — короткий высокий лязг — прозвенел в воздухе.
«Поздравляем! Навык „Стремительность“ получил 3 уровень! Теперь вы можете использовать всю длительность навыка даже при отмене! Дополнение: время пользования навыком увеличено на 60 секунд!»
Это были просто замечательные новости! Теперь у меня не просто три минуты ловкости за гранью понимания, но и использование её тогда, когда мне надо!
Коля отпрыгнул на три метра назад, его лицо впервые потеряло маску холодного расчёта. На нём было чистое, неподдельное изумление, смешанное с яростью. Он смотрел на меня, потом на свой стилет, будто не веря, что промахнулся. Его глаза бегали, вычисляя, как такое возможно.
— Ты⁈ — выдохнул он, и в этом слове была целая гамма: ненависть, вопрос и догадка.
— Я, — кивнул я, делая вид, что тяжело дышу, как человек, который только что выложился по полной. — Чуть… чуть не опоздал. Нехорошо, Коля, своих резать. Командный дух, всё такое.
Детина с двуручником, увидев новое развитие событий, проревел что-то нечленораздельное и, прижимая рану на шее, попытался встать в стойку. Но он был уже небоеспособен.
Девушка за моей спиной металась между желанием броситься на помощь брату и осознанием, что только что её спас незнакомец из враждебной группы.
Тем временем у дальней стены, где копошилась остаточная мелочь вроде скальных крабиков, грохот внезапно стих. И на смену ему пришли два новых силуэта, тяжело дышавших и заляпанных сине-зелёной гемолимфой тварей. Ещё двое Романовых.
Они оценили обстановку мгновенно: их целитель мёртв, старший брат с двуручником истекает кровью, сестра с клинками стоит в ступоре за спиной какого-то левака, а в центре зала — тот самый ублюдок-невидимка, который методично резал их отряд.
— Алиса! К нему! — рявкнул мужчина, и пара метнулась вперёд не строем, а вразброд, на манер расходящихся лезвий ножниц.
Чётко, быстро, без глупых криков. Видно было, что дрались они вместе сто лет и понимали друг друга с полуслова.
Новые игроки ворвались в зал не как несогласованный сброд, а как отлаженный механизм. Мужчина — коренастый, в потёртой кольчуге, со щитом и топором — пошёл напролом, гремя железом и принимая на себя внимание. Женщина, Алиса, рванула по флангу, её движения были быстрыми, а в руках мерцали тонкие, похожие на иглы стилеты. Они даже не взглянули на меня: вся их ярость, холодная и отточенная, была сфокусирована на Коле.
Коля, однако, уже оправился от шока. Моё появление спутало его идеальный план, но не сломало. Он снова растворился — не в тенях, а в движении мелкой, дробной перебежкой, используя каждый обломок и выступ как укрытие.
Топор Романова врезался в камень там, где секунду назад была голова убийцы. В ответ из-за глыбы вылетела какая-то металлическая дрянь, заставившая щитоносца взвыть и отступить с распоротым бедром. Алиса была уже там, её стилеты прочертили в воздухе серебристую сеть, но Коля, изогнувшись невозможным образом, проскользнул меж смертоносных лучей, и его короткий меч брызнул кровью с её предплечья.
«Меч⁈ Откуда…»
Я наблюдал, прикидывая. Врубаться в эту мясорубку было глупо, можно было попасть под раздачу Романовых. А те… слишком были агрессивно настроены, рубили всё вокруг!
Детина с двуручником уже блевал кровью, сползая по стене. Девушка с клинками, та самая, что чудом выжила, метнулась к брату, пытаясь заткнуть рану на его шее тряпкой. Двое против одного, но этот один был как сама смерть — быстрая, неуловимая и безжалостная. Он не дрался, а собирал урожай.
Щитоносец, истекая кровью, оступился. Мгновение — и стилет Коли, брошенный с немыслимой силой, вошёл ему в глазницу с глухим хрустом. Мужчина рухнул как подкошенный.
«Твою мать!»
«Внимание! Дополнительное задание! Спасти родовых охотников семьи Романовых. 3\4».
Алиса вскрикнула — не от страха, а от ярости, — и в её атаке появилась отчаянная прямота: она перестала защищаться, лишь бы дотянуться до этого призрака. Это и была её ошибка.
Коля использовал её рывок, отпрыгнул назад, прямо под ноги ползущему скорпеноиду, и в последний момент увернулся. Тварь, лишённая первоначальной цели, впилась клешнями в Алису. Та захрипела, пытаясь вырваться, и на секунду её тело сковала боль. Этой секунды хватило. Коля, будто невесомый, ступил на спину чудовища, оттолкнулся и, описав в воздухе дугу, обрушился на женщину сверху. Его клинок вошёл ей точно между ключиц, разрезав кольчугу, как бумагу. Хлюпающий звук, судорожный вздох — и вспышка. Он приземлился на корточках рядом с телом, выдернув меч.
  
Алиса будто бы испарилась! Я такого ещё не видел! И самое главное — система мне ничего не сообщила относительно её жизни. Значит, выжила! Но как⁈