Рождественская сказка

— Не могу, — подтвердил Стивен, не сводя с нее восхищенных глаз. — Такая у нас традиция.
— У нас?
— Ну да, у нас в семье. Скоро сорок лет, как родители женаты, а отец до сих пор удивляет мать подобными подарками. Он по духу истинный рыцарь.
— А я-то думала, ты сам все придумал! — изобразив глубокое разочарование, заметила она.
Стивен проворно наполнил ее бокал, пока она не успела отказаться. Эмили не ела почти весь день, и шампанское ударило ей в голову. Зато согрело.
  
— Куда мне! — Он вздохнул. — У меня не такая богатая фантазия. Зато ты, Эми, меня поразила.
— Чем именно?
— Своим экспромтом по поводу серег в коробке с шоколадом. — Он покачал головой. — Знаешь, а ведь мой отец именно так преподнес матери обручальное кольцо?
— Правда? — И она засмеялась, обрадованная таким забавным совпадением. — Но ты придумал еще лучше — взял напрокат у Патриции. Кстати сказать, она не удивится, когда увидит их на мне?
— Нет. Патриция очень спокойно относится к побрякушкам. Считает излишним украшать себя. И вообще, не любит привлекать внимание к своей особе.
Эмили задумчиво кивнула.
— Ее можно понять.
Стивен отправил в рот канапе и, прожевав, возразил:
— А по-моему, она несколько перегибает. Как говорится, у каждого свой заскок.
— Не скажи. Раньше я бы тоже назвала это заскоком, но теперь я ее отлично понимаю. Проходу нет от репортеров и зевак. Разве это жизнь?
— Вот именно! Это и есть жизнь. Вернее, неотъемлемый атрибут жизни публичных людей. И тут уж ничего не поделаешь.
— Не спорю. Стивен, расскажи-ка мне лучше о вашей семейной рыцарской традиции. В следующем интервью непременно разовью эту тему. Это так забавно!
— Лучше не надо, — посерьезнел он. — И это не столь забавно, как может показаться на первый взгляд.
Эмили сделала глоток и тихо сказала:
— Ты прав. Что-то я не в меру развеселилась...
— Ну что ты! — Он расплылся в улыбке. — Я так рад, что сумел-таки тебя развеселить! Если честно, то я уже начал бояться, что ничто уже не вернет тебя к жизни.
Эмили вскинула брови.
— Если честно, то я не в восторге от того, что моя физиономия не сходит со страниц газет и экрана телевизора.
— Знаешь, Эми, именно этим ты меня и поразила, — сказал Стивен, снова наполняя фужеры.
— Поразила? - Она пожала плечами. - Я обыкновенная женщина. И хочу спокойно жить и работать.
— Нет, — возразил он. — Позволь с тобой не согласиться. Знаешь, какой я увидел тебя сегодня?
— Сегодня ты увидел результат трудов Либби плюс роскошный наряд, — усмехнулась она.
Однако Стивен шутить на эту тему не захотел. Поставив бутылку на место, он снова повернулся к Эмили, взял ее за запястье и сжал. Она потупилась: ей показалось, будто он хочет поделиться с ней своей жизненной силой. И Эмили непроизвольно придвинулась к нему.
Когда она подняла глаза, ее поразило выражение искренней заботы у него на лице.
— Сегодня вечером, впервые с тех пор, как я тебя встретил, — тихо сказал он, — я увидел в тебе ожидание радости. Раньше я тянул тебя силком, а ты нехотя поддавалась. А сегодня вечером — нравится тебе это или нет — ты наконец преодолела свою зависимость и согласилась с тем, что имеешь право наслаждаться жизнью. Эмили отвела глаза. За окнами в лиловых сумерках проплывал вечерний Лондон.
— Не понимаю, о чем ты, — не глядя на него, проговорила она. — Просто я выполняю условия нашего соглашения. И рада, что у меня неплохо получается. Патриция мне глубоко симпатична. — Она помолчала и, переведя дыхание, добавила: — Я же обещала вам помочь. И не вижу в этом особой доблести. Да тебе с восторгом поможет любая. Хотя бы Либби.
Стивен снова сжал ее руку.
— А мне не нужна любая. Мне нужна ты. Эмили, ты особенная. Прости, что говорю банальности, но у меня на самом деле нет слов. Ты... ты настоящая, понимаешь? — Он улыбнулся, словно радуясь, что наконец подобрал нужное слово. — Я с тобой всего неделю, но ощущаю себя другим человеком. Мне хорошо, как никогда.
Эмили слушала его, затаив дыхание, и обмирала. Она чувствовала, что он говорит от души, а страсть, горящая в его глазах, передалась ей. Слова Стивена повергли ее в смятение: она и ждала их, и боялась поверить. Ведь их говорил человек, который всегда играет. А с чего все началось?
— На прошлой неделе, — чуть слышно сказала она, опустив глаза на колени, обтянутые роскошной тканью, — ты выбил меня из колеи.
Он снова сжал ее руку.
— Что, страшно?
Эмили глубоко вздохнула, а сердце колотилось так, что он наверняка слышал.
— Очень! — еле слышно шепнула она. — Почти три года я жила как во сне.
Стивен приподнял ее лицо за подбородок.
— Эми, наслаждайся жизнью!
Эмили сидела ни жива ни мертва. В глазах Стивена она видела страсть, нежность и... удивление. Она понимала, что сидит от него слишком близко, но ей так не хотелось отодвигаться! Хотя вряд ли она смогла бы: тело больше не повиновалось ей. Она одновременно чувствовала и неимоверную радость - потому что не могла о таком даже мечтать, и безотчетный страх — потому что не знала, сумеет ли со всем этим справиться.
7
Эмили не заметила, как экипаж остановился. Дверца распахнулась - и она увидела кучера, готового помочь им выйти.
Стивен поднес руку Эмили к губам и, не скрывая сожаления, тихо сказал:
- Ну вот, теперь придется делить тебя с обществом...
Эмили с неохотой возвращалась к суровой реальности. Ведь придется разыгрывать очередную сцену на потребу публике... Она заглянула Стивену в лицо и по блеску его глаз поняла: для него это уже не просто игра. У нее задрожали руки, и, прежде чем ответить, она осушила фужер до дна.
— Спасибо за дивную поездку! — с улыбкой поблагодарила его она, стараясь не выходить за рамки игры. — Стивен, ты меня так совсем разбалуешь... Мне очень понравилось!
- Я счастлив, радость моя. - И он поцеловал ее руку.
Внезапно на душе у Эмили стало спокойно. Пожалуй, она явно перебрала шампанского... Справится ли она со своей ролью?!
Стивен протянул руку и осторожно дотронулся до локона у нее на шее. При этом он смотрел на нее так, словно только что обрел истинное сокровище.
- Эми, ты просто чудо! Сияние твоих глаз затмевает блеск украшений. Ты достойна самого лучшего. К следующему выходу в свет я подарю тебе диадему.
Заметив в его глазах желание, Эмили запаниковала. Он все еще не отпускал ее запястья, а другой рукой гладил локон, и она ощущала на шее легкие прикосновения его горячих пальцев. В ней вспыхнуло ответное чувство, и на один безумный миг захотелось одного - захлопнуть дверцу и остаться со Стивеном наедине.
Она прикрыла глаза, представив себе, какое это блаженство, но тут же испугалась собственной смелости и попыталась обратить все в шутку:
- Диадему? Зачем? - Она нервно хохотнула. - Разве я принцесса?
Вместо ответа Стивен привлек Эмили к себе и припал к ее губам в упоительном поцелуе. Накидка соскользнула с плеч, и Эмили словно током ударило от прикосновений его ищущих губ и горячих рук на голой спине. А он прижимал ее к себе все теснее. Казалось, их сердца бьются в унисон.
— Провались все к чертовой матери! — севшим от волнения голосом пробормотал он, обжигая ее шею воспаленным дыханием. — Поехали назад!
Эмили позволила себе насладиться кратким мигом блаженства: пробежала рукой по его волосам, провела по виску, щеке, волевой линии подбородка... Но из глубин сознания пробилась мысль: их ждут в ресторане на Темзе.
Она не устояла перед искушением и на миг прижалась губами к его щеке, а он, подавив стон, порывисто приник к ее рту. Его язык властно раздвинул ее губы и проник внутрь. Эмили коснулась его языка своим — и у нее захватило дух.
  
— Нет! — выдохнула она, с трудом отрываясь от него и отодвигаясь как можно дальше, не в силах отвести глаз от его лица, на котором было столько тоски, что у нее сжалось сердце. — Так нельзя... Тебя же все ждут. — Не удержавшись, она подняла руку, обвела пальцем контур его губ — таких властных и чувственных, — словно хотела сохранить их в памяти навсегда, и тихо повторила: — Тебя ждут.