Рождественская сказка
— Каком обещании? — машинально спросила Эмили и тут же прикусила язык, вспомнив утренний разговор про украшения.
— Открой коробку, и ты все поймешь. - Стивен загадочно улыбнулся. — Надеюсь, тебе понравится.
Визит Стивена окончательно расстроил Эмили. Пока она сдавала смену, он успел сделать пожертвование больнице, очаровал весь персонал и даже навестил парочку больных, которым посчастливилось в тот день угодить в «скорую».
Перед уходом домой Эмили пришлось под натиском Либби, Хилари и прочих крайне заинтересованных лиц открыть коробку. Там оказалось шелковое платье золотистого цвета и бархатный черный футляр.
Эмили расстегнула замочки — и по сестринской пронесся восторженный стон. На фоне черного бархата красовался комплект из бриллиантовых серег и подвески на цепочке белого золота.
Когда они со Стивеном уходили из больницы, Эмили спиной ощущала на себе завистливые взгляды. Стивен улыбался, довольный успехом своей миссии, и Эмили оставалось лишь разделить его успех.
Он галантно распахнул перед ней дверцу ее потрепанной малолитражки и, посадив даму в машину, умудрился втиснуться за руль. Эмили откинулась на спинку сиденья й устало прикрыла глаза. В горле стоял комок.
— Зачем ты устроил все это представление? — тихо спросила она, когда он завел мотор и машина тронулась с места. — Неужели нельзя было подождать, пока я вернусь с работы?
— Потому что тогда ты бы ни за что не приняла моего подарка, — не моргнув глазом ответствовал он.
— Серьезный довод, — согласилась она, не открывая глаз. — А как тебе удалось выкроить время? У тебя же весь день расписан по минутам.
— Надо было заехать поговорить с Патрицией, — с деланным безразличием пробормотал он. — У нее возникли кое-какие проблемы.
Эмили открыла глаза и взглянула на него. Он смотрел на дорогу. Лучи закатного солнца золотили его волосы. Ей пришло в голову, что она никогда еще не встречала мужчину с такой жизненной силой и с таким золотым сердцем. На глаза навернулись слезы.
— Мы с ней решили остаться друзьями, — сообщил он, оборачиваясь к Эмили.
Она молчала, припоминая свой разговор с Эрни. Похоже, сегодня слово «друг» у всех на устах...
— Эми, ты меня слушаешь? Я сказал Патриции, что не могу без тебя, и знаешь, что она мне на это ответила?
Эмили молча покачала головой.
— «Ну, кто был прав? Я всегда говорила, что слишком консервативна для такого необузданного типа, как ты!» — Он хохотнул. — А ты, Эми, что скажешь?
Эмили утратила дар речи. Она хотела сказать, что они знакомы всего неделю, и что она не уверена в прочности их отношений, и что не следует торопить события... Но не сумела справиться с нахлынувшими на нее чувствами.
Пауза затягивалась. Стивен покосился на Эмили и, заметив ее смятение, тихо добавил:
— А еще я сказал Патриции, что ты пока ничего не решила, и обещал на тебя не давить. Но главное — признался в том, что Патриция абсолютно права и именно ты помогла мне это понять. Она не та женщина, с кем бы я хотел прожить всю свою жизнь.
Стивен рассчитывал, что эти слова ободрят Эмили, но они вызвали эффект, обратный желаемому.
— И что теперь будет? — спросила она с перепуганным видом. — Это изменит твои планы?
Стивен бросил на нее взгляд и снова уставился на дорогу.
— Не совсем. До начала съемок у меня еще неделя. Так что пока я полностью в твоем распоряжении.
Эмили молчала, а голова у нее шла кругом. Еще неделя? Если события и дальше будут развиваться такими темпами, то трудно сказать, чем все это закончится. Ясно одно: рядом со Стивеном она не способна мыслить логически. Какая уж тут логика, если он будит в ней столько эмоций?!
Она снова откинула голову на сиденье и закрыла глаза. Сердце бешено колотилось, в мыслях царил хаос... Стивен следил за дорогой, но время от времени Эмили кожей чувствовала на себе его взгляды. Остаток пути оба молчали.
Стивен довез ее до дома и отправился в отель. Эмили быстро приняла душ и с наслаждением юркнула в постель. Ей хотелось одного — спать.
9
В понедельник утром фотография Эмили появилась во многих журналах. Ко вторнику все бульварные газеты объявили о ее тайном браке со Стиви Стэффордом. Либби ревностно собирала все публикации и даже завела специальный альбом. Для истории, как она выразилась. Подруга не сомневалась: Эмили еще поблагодарит ее за это.
Сестра Тереза не поленилась и письменно уведомила репортеров о том, что они ни под каким видом не будут допущены на территорию больницы. И категорически отклонила предложение администрации предоставить Эмили неоплачиваемый отпуск — пока скандал вокруг ее имени не утихнет. Инспектриса заявила: миссис Грин — превосходная медсестра и заменить ее некем, ну а спорить с сестрой Терезой никто не отважился.
Эмили жила как в осаде: каждый ее шаг фиксировался и обсуждался желтой прессой. И единственным местом, где она чувствовала себя относительно спокойно, стала больница. Хотя отделение «скорой» место бойкое и покой этот тоже был весьма относительным.
Во время выходов в свет Эмили поддерживал Стивен, а остальное время ее опекала Либби. Эмили порадовалась, что сестра Тереза не отпустила ее в отпуск: она была так загружена работой, что ни на что другое времени просто не оставалось. Лишь по ночам из тайников подсознания выползал страх, воскрешая старые кошмары, и Эмили просыпалась в холодном поту.
Она думала, что кошмары вернулись из-за стрессового состояния, в которое ее ввергла вся эта история. До встречи со Стивеном на протяжении почти трех лет ее жизнь состояла исключительно из работы и ревностного ухода за домом. Неудивительно, что участие в представлении для широкой публики подорвало ее силы.
Хотя зачем обманывать себя? Все ее беды из-за того, что она позволила себе влюбиться. И теперь уже не может безболезненно порвать со Стивеном. Он вернул ей вкус к жизни. И пробудил чувства, о существовании которых она и не подозревала. Чувства эти переполняли ее. Она боялась, что не сумеет совладать с ними и потеряет Стивена. А потеряв его, потеряет себя.
В последний день накануне отъезда Стивена на съемки стояла ясная погода. Выглянув в окно, Эмили полюбовалась буйством осенних красок, размытой лазурью неба, и ей пришло в голову, что в такую погоду хорошо гулять на природе, а не тусоваться с бомондом.
Вечером предстоял очередной спектакль для восторженных поклонников Стиви Стэффорда, где Эмили надлежало быть в новом платье с бриллиантовым сетом. Она любовалась драгоценностями целую неделю, хотя один раз предприняла тщетную попытку вернуть Стивену столь дорогой подарок.
Вот и сейчас Эмили открыла бархатный футляр и смотрела на благородную игру камней, снова и снова решая для себя дилемму — нужно ей это или нет? Как всякой женщине, ей льстило обладание такими изысканными драгоценностями, но она прекрасно понимала: это не просто украшения, а символ новой и чуждой ей жизни.
Стивен оказался верен своему слову: не давил на нее, но, вне всякого сомнения, ждал продолжения отношений. Ну что ж, придется дать ему понять, что этот королевский подарок не вписывается в ее жизнь.
Эмили с решительным видом захлопнула футляр и принялась за спасительную уборку. За последние две недели она несколько запустила домашнее хозяйство и сейчас с наслаждением занималась физическим трудом, полностью отключившись от тревожных дум.
Когда раздался звонок в дверь, она сосредоточенно терла зеркало в холле. На этот раз в нем отражалась хмурая женщина с темными кругами под глазами после очередной бессонной ночи. Эмили покосилась на часы: начало первого... До ужина еще далеко, значит, это не Стивен. Видеть никого ей не хотелось, и она продолжила уборку.
Позвонили снова, но Эмили, будто не слыша, брызнула на зеркало еще одну порцию стеклоочистителя и снова взялась за тряпку. Когда занят делом, время летит незаметно. Минут через пять за дверью черного хода послышалось царапанье. Наверное, Том явился перекусить. Эмили вошла в кухню и не глядя отворила дверь, буркнув на ходу: