Макото. Том 4 (СИ)

— Только до начала поединка. — ответил я.
— Будем знакомы. Князь Дмитрий Викторович Мстиславский. Член совета кланов древней крови и один из судей сегодняшнего поединка — протянул мне руку, задавший вопрос мужчина.
— Василий. — просто сказал я, пожимая его руку.
Князь усмехнулся, но не сказал ни слова по поводу такого моего представления. А зачем распинаться, если они и так все прекрасно знают моё имя и титул?
— Юсупов Афанасий Сергеевич. Тоже князь и судья. — представился самый молодой из всех собравшихся. На вид ему было не больше сорока, в то время как все остальные совершенно точно уже перешагнули за седьмой десяток.
— Василий. — всё так же просто представился я, пожимая руку Юсупова.
В отличие от Мстиславского он не стал усмехаться, мне вообще показалось, что Юсупову было всё по барабану. Словно его сюда заставили прийти. Хотя вполне могло быть и так.
— Граф Голицын Валерий Алексеевич. — представился третий незнакомец. Невысокого роста совершенно седой старичок с шикарными, закрученными на гусарский манер усами.
В отличие от головы усы были иссиня-чёрного цвета, что очень контрастировало с растительностью на голове. Интересно они реально такого цвета или Голицин их красит?
— Ну а со мной, Мстиславом Родионовичем и Валентиной Николаевной ты и так прекрасно знаком. — сказал Годунов, после того как я пожал руку Валерию Алексеевичу.
Старичок хоть и выглядел совсем хлипким, его рукопожатие оказалось самым крепким из всех, я даже на полном серьёзе подумывал активировать усиление, пока он не сломал мне руку, но всё обошлось.
— Хоть на подобных поединках и не существует никаких правил, но судьи должны быть. — заговорил Давыдов, объясняя это для меня. — Должны быть люди, которые зафиксируют победу. И если, что смогут сдержать негодование толпы. Всякое бывает. — пожал плечами Мстислав Родионович.
В этот момент трибуны сильно оживились, даже послышалось несколько выкриков, не со стороны моих болельщиц, которые я не разобрал.
Все присутствующие на арене тут же повернулись к выходу, из которого в нашу сторону сейчас двигалась столь ненавистная мне фигура в сопровождении трёх человек. Одного из которых я прекрасно знал.
  
Глава 19
 
По правую руку от отца шёл Дима. Он старался не смотреть в мою сторону, постоянно отводя взгляд.
Что стыдно из-за того, что так и не явился на дуэль, на которую сам же меня и вызвал? Ну ничего, сегодня я всё исправлю. Сперва разберусь с твоим отцом, а потом и до тебя дойдёт очередь. Сегодня будет последний день в истории рода Шуваловых!
Пока я наблюдал за Димой совсем упустил момент, когда со своего места сорвался Денис. Но слава всем богам, что Годунов не совершил моей ошибки. Он в последний момент ухватил Дениса за руку и вмиг опустошил его, выкачав всю энергию. Денис тут же потерял сознание. Подскочивший Гриша забрал у ректора парня и исчез, появившись на том же месте, где стоял до этого буквально через секунду.
— Отдал его сисястой целительнице. — сказал Гриша, стоило мне повернуться в его сторону.
По мере того как Шувалов приближался оживление на трибунах возрастало. Но мои девчонки умудрились отличиться даже сейчас. Они начали свистеть и улюлюкать, понося Шуваловых, как только можно. И что самое главное их уже было не четверо. Сейчас в ложе находилось человек сорок, как они вообще умудрились туда набиться? Там собралась вся наша группа и практически все, с кем я более-менее хорошо общался в академии за последнее время.
Честно говоря, мне очень приятна была такая поддержка. Всегда появляются дополнительные, силы, когда ты знаешь, что в тебя верят. Пусть даже всего один человек, но верит.
В меня же сейчас верило намного больше людей и это очень помогало. Думаю, что Шувалов тоже прекрасно слышит, как старается моя группа поддержки и, надеюсь, оценит их старания.
Судя по выражению на его лице, так оно и было. Пока они шли к нам, он старательно искал глазами, откуда раздаются эти крики. В отличие от его сына, который вычислил ложу со своими бывшими одногруппниками практически сразу. Если на меня он боялся смотреть, то с ложи не отводил взгляда и, похоже, я знаю, кого он пытается там рассмотреть. Ну что же удачи, та которую он ищет, находится сейчас там и орёт громче всех. Такими темпами сорвёт себе голос, будет потом ходить и пугать меня своим сипением.
 
Как ни странно, сейчас, глядя на Шувалова, я уже не испытывал той жгучей ненависти и нестерпимой жажды убийства, как в первый раз, когда увидел его на посвящении. Сейчас мне даже было его немного жалко.
Такой весь уверенный в себе, гордость так и прёт из всех щелей. Да и смотрит он на всех с каким-то пренебрежением. И как он вообще умудрился добиться того положения в обществе, которое сейчас занимает? Или в среде имперских аристократов принято вести себя подобным образом? Если это действительно так, то, пожалуй, я не хочу становиться одним из этих самых аристократов. По крайней мере, до момента моего отбытия в свободные земли буду всячески избегать пересечений с представителями высшего общества. Пусть на подобные встречи ходят мои доверенные люди, кого «наградить» подобными почестями я ещё подумаю.
— Господа. — взял слово Аркадий Вениаминович, как только Шувалов с сопровождением подошли к нам и остановились в паре метров от меня и моих ребят. — На правах хозяина данной арены и главы нашей судейской коллегии я должен предложить вам решить все возникшие разногласия миром.
— Не старайся старик. — перебил Годунова Шувалов. — Я пришёл сюда, чтобы исправить ошибку, допущенную девять лет назад. И я её исправлю.
— То есть вы сейчас в открытую признаётесь, что уничтожение рода Лопухиных это ваших рук дело? — тут же ухватился за слова Шувалова Голицин.
А этот дедок мне определённо начинает нравиться.
— Разве я это говорил? Мне кажется, я сказал, что пришёл сюда исправить ошибку совершенную девять лет назад, а про уничтожение рода своего бывшего сюзерена. — последнее слово Шувалов выплюнул, словно откусил кусок чего-то очень отвратительного. — я не сказал ни слова.
— Господа, давайте оставим подобные разговоры на потом. Сейчас мы должны соблюсти все правила и провести поединок, как того требует древний закон. — заставил всех замолчать Годунов.
Ему даже пришлось вкладывать немного силы в голос, чтобы тот звучал более убедительно. Похоже, он всерьёз боялся, что перепалка между Шуваловым и Голициным может затянуться надолго. Смотрю, Валерий Алексеевич тоже не любит род Шуваловых.
— Наши разногласия невозможно решить миром. Они разрешатся только после полного уничтожения рода Шуваловых. — сказал я, наблюдая за тем, как с каждым моим новым словом лицо Шувалова наливается кровью.
Похоже, у кого-то большие проблемы с нервами. Но это мне только на руку. Противник, выведенный из себя, начинает совершать ошибки. Помню, мне это говорил Хироши сэнсэй в самом начале моего обучения. И он, как всегда, был прав.
Интересно, как он там сейчас. Сможет остаться в стороне, когда по свободным землям шествует кровавый орден?
— По праву крови князь Лопухин Василий Дмитриевич. — на этот раз заговорил Юсупов. — Вызвал на поединок Шувалова Александра Григорьевича. Его право было подтверждено советом кланов древней крови и сегодня этот поединок состоится.
Только сейчас я понял, что голос Юсупова разносится над всем стадионом. Что уже началась торжественная часть? Как-то очень резко и без предупреждения.
— В поединке по праву крови разрешено абсолютно всё. Единственное правило — вызванный и вызывающий на бой должны сражаться лично, не прибегая к чьей-либо помощи. — продолжил Мстиславский.
 
— Секундантов прошу засвидетельствовать подлинность сражающихся. — сказал Давыдов.
А это они ещё каким образом собрались делать? Всё стало понятно, когда Гриша достал свой меч и окутал его тьмой. Шувалов тут же схватился за живот, чем вызвал хохот со стороны Чернышёва.