You are not alone, brother (СИ)

 – Снова читаешь мысли?
 – Просто слышу. Не знаю почему. Я не хотел специально.
 – Я не знаю, как тебе помочь, Локи... Не знаю…
 – Ты можешь, – грустно усмехается трикстер. – Это легко и сложно одновременно. Просто выбрать для себя, под каким углом посмотреть на ситуацию.
  
 – Что я могу сделать? – выдыхает Громовержец. – Только скажи!
 – Я подарил тебе свою жизнь сегодня, – в полутьме выражение лица мага считать сложно, и Тору кажется, что Локи кривит губы, но не зло – скорее, по привычке, о которой сам не догадывается. – Ты можешь делать с ней что хочешь.
 – Не говори загадками, – хмурится Бог Грома.
 – Думаешь, это был пафос? Бред воспаленного сознания? Истерика? – трикстер проводит ладонью по лицу, – я просто отдал то, что у меня было, и все… Думаешь, в этом есть какой-то подвох?
 – Локи, я… Я не понимаю, что ты имеешь в виду, – отчаянно говорит Тор, – я просто…
 – … хочешь понять, что ты можешь сделать, чтобы все это прекратилось?
 – Да, – с облегчением выговаривает Бог Грома, – именно.
 – Убить меня, – почти буднично говорит Локи, – просто убить.
 – Что?! Локи, я… Что ты несешь?! – Тору становится страшно. Страшно от такого спокойного голоса брата, от собственной реакции… Он вдруг думает о том, что стало бы с ним, если бы он не успел. Если бы Локи умер…
 – Тор, ты просто не понимаешь. Хочешь понять, я вижу, но… Тут ничего нельзя исправить. Это как с разбитой вазой: ее можно склеить, но она уже не будет такой красивой, как раньше. Ты не поставишь ее на видном месте, а уберешь в кладовку. Потому что выбросить жалко, но пользоваться уже нельзя. Так и с этим…
 – Почему ты так? – горько спрашивает Бог Грома. – Почему?
 – Прости меня… Просто я вижу только один выход. Именно поэтому, я подарил тебе свою жизнь. Чтобы не…
 Локи прикрывает глаза и сглатывает. Из уголка глаза ползет слеза, но Локи раздраженно стирает ее. Его рука падает обратно на одеяло и замирает.
 – Локи… – горло перехватывает спазмом, – прости…
 – Ты смешной, – Локи пытается улыбнуться так, как делал это когда-то давно, до… Тор видит эту болезненную попытку и почему-то понимает, как именно его брат хотел улыбнуться, но улыбка выходит некрасивой и натянутой. Трикстер это осознает и сразу сжимает губы, – просишь у меня прощения по любому поводу… Ты ведь меня жалеешь? Тебе неудобно находиться рядом со мной таким? Я понимаю… Я бы тоже… не мог бы чувствовать себя комфортно, когда рядом такое. Лучше бы я просто умер там – и все, да?
 Последний вопрос трикстер задает скорее не Тору, а себе. Задумчиво и грустно смотрит на брата и облизывает пересохшие губы.
 – Давай просто спать, – тихо говорит Тор, он не знает, что ответить брату. Да Локи, похоже, ответа и не ждет. Он понимает, что Тор не смог бы оставить его там, и убить бы тоже не смог. И Тор понимает, что Локи это понимает… Такая вот тавтология.
 – Ты отнес меня в свою комнату, – замечает Локи, – плохо помню, что случилось в коридоре, но…
 И Тор чувствует, как стыд заливает его с головы до ног.
 – Ты… Локи, у тебя была истерика… Я не знал, что делать…
 – Поцеловал меня… – задумчиво говорит Локи, дотрагиваясь пальцами до губ, – а потом?
 – Отнес тебя сюда…
 – Лжешь, – усмехается трикстер, – но я не буду выпытывать, – он дергает подбородком, предупреждая оправдательную реплику брата, – думаю, мне не стоит знать.
 И Тор в очередной раз поражается, как Локи тонко чувствует момент, как он прозорлив, как быстро все понимает… И то, какой он с Тором: нет этого яда в словах, злой лжи. Перед ним трикстер позволяет себе раскрыться, перестать сдерживать себя. Хотя бы немного.
 – Я почитаю, наверное, – говорит трикстер, пытаясь встать.
 – Ночью нужно спать, – полушутливо говорит Бог Грома, чтобы разрядить обстановку.
 – Я не могу, – голос у Локи странный, какой-то… обреченный?
 – Не можешь? – переспрашивает громовержец с удивлением, – ты разве выспался?
 – Ты не понимаешь… – почему-то шепотом говорит маг, – не понимаешь…
 – Это он, да? Ты боишься, что тебе снова приснится Йотунхейм? – как-то грубовато спрашивает Тор, ему неудобно говорить на эту тему с братом. Но как тогда помочь ему? Бог Грома знает, что не силен в психологии, во вникании в чужие проблемы… Он просто не умеет. Но это Локи…
 – Тор, не надо… – с болью в голосе просит трикстер, – не говори об этом.
 – Иди сюда, – громовержец обнимает брата, как маленького, прижимает к груди и гладит по голове, – я буду рядом. И он не придет. Обещаю.
 Но Локи так и не засыпает. Он просто лежит и не моргая, смотрит в потолок пустыми глазами. А Тор прижимает его холодное тело к себе и думает о том, что Локи никогда не позволит ему того, чего и сам хочет. Того, чего так хотелось Тору там, в пыльном коридоре черного хода.
 Глава 12. "На тебе больше не будет грязи". 
 Занимается серый холодный рассвет. В комнату через приоткрытое окно, заполз холод и теперь Локи кажется, что кончик носа исчез. Рядом спокойно и ровно дышит Тор. Его широкая грудь ритмично поднимается и опускается. Поднимается… И опускается… И еще, от Бога Грома идет тепло. Умиротворяющее, спокойное.
 Трикстер закусывает губу и откидывает одеяло. Нужно идти. Нельзя оставаться здесь. Локи прекрасно осознает, чего Тор хочет. И как сильно он этого хочет. Но Бог Грома не понимает одного: не все мечты становятся реальностью. Не все можно. Есть вещи, которые неправильны, неестественны, что бы ни говорили чувства. Есть желание, а есть реальная жизнь. В ней все просто. Не нарушаешь правил – не испытываешь мучений в дальнейшем.
 Локи, сам того не понимая, спланировал уже жизнь своего брата. Коронация, женитьба на Сиф, долгое правление. И для себя места он там не нашел.
 Едва слышно скрипит дверь и Локи оказывается в коридоре. Тишина, пустота, факелы не горят. И холодно. Кажется, даже, что стены покрывает изморозь.
 Трикстер вздыхает и сворачивает в низкий темный коридор, ведущий в левое крыло. И тут же жалеет, что не пошел по главному. Перед ним, улыбаясь, стоит Фандрал. Похоже, он так и не ложился, а праздновал до утра.
  
 – Вы с братцем так быстро убежали! Я даже не успел поздравить его… – язык аса заплетается, он явно сильно пьян.
 – Меня это не волнует, – холодно выговаривает Локи, – могу я пройти?