Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)

– Простите за опоздание, – подчеркнуто дружелюбным тоном проговорил я. – Я что‑то пропустил? – спросил я, глядя на Севера. – От кого избавиться?
Север сжал челюсти. Под кожей перекатились желваки.
– Ты не опоздал. Тебя сюда вовсе не звали, – едва ли не прорычал он. – Когда понадобишься – вызову.
Я усмехнулся, правда в моей усмешке не было ни капли веселья.
– Вызывать ты девочку себе в комнату ночью будешь, – отчеканил я, глядя прямо в глаза Северу. – А я не твой подчиненный, если ты не забыл. Но вернемся к нашим баранам. О чем речь? От кого ты приказывал избавиться Грому?
  
Север молчал. Смотрел. Пальцы сжались сильнее, костяшки побелели.
Тишина стала тяжелой. Кто‑то за спиной переступил с ноги на ногу – доски заскрипели. Лиса выдохнула, еле слышно. Седой, будто бы невзначай положил руки на автомат. Я метнул на него быстрый предупреждающий взгляд: не надо, дядь. Лучше не надо.
Гром поднял голову. Посмотрел на Севера, потом на меня. Выпрямился, размял шею. Лицо усталое, но спокойное.
– От тебя, Антей, – сказал он ровно. – Север давал мне задачу избавиться от тебя после выполнения задания.
Я перевел взгляд на Грома. Смотрел. Переваривал.
В целом, чего‑то подобного я и ожидал. Ничего удивительного: учитывая, как ко мне в принципе здесь отнеслись с самого начала. Мавр сделал свое дело – мавр может уходить. Вот уроды!
– Понятно, – кивнул я. – И почему ты этого не сделал?
Гром молчал секунд пять. Смотрел на меня. Потом вздохнул – тяжело, как после долгого подъема в гору.
– Потому что не посчитал нужным, – сказал он медленно. – Север сидел здесь, а я был там, рядом с тобой. И за это время ты показал себя больше человеком, чем некоторые.
Последние слова он сказал, глядя прямо на Севера.
Тот побагровел. Шея покрылась красными пятнами, подбородок выпятился.
– Ты ослушался прямого приказа, – процедил он сквозь зубы. Голос дрожал от сдерживаемой ярости.
– Да, – ответил Гром. Спокойно, без вызова. – Ослушался. Потому что, еще раз повторюсь: тебя там не было. А я был. И со всей ответственностью заявляю: если бы не Антей, мы бы не то что заданием не выполнили бы, мы б даже до станции не дошли. Максимум до полигона бы доползли, да там и остались бы. Не говоря уже о том, что всю работу по освобождению наших людей сам Антей и сделал. С Лисой. И, если ты забыл, всю эту миссию он сам и предложил. А на обратном пути, искалеченный, он еще и помогал атаку корпоратов отбивать. Так что, Север, я, как твой заместитель , если ты еще не забыл, считаю, что имел полное право ослушаться твоего приказа.
В зале повисла тишина. Тяжелая, давящая, как перед грозой.
Север смотрел на Грома. Тот смотрел в ответ, не отводил глаз.
Я стоял, переводил взгляд с одного на другого. А внутри рослостранное чувство. Теплое, непривычное и очень давно не испытываемое.
Благодарность.
Я посмотрел на Грома.
– Спасибо, – сказал я негромко. – Серьезно. Ценю.
Гром кивнул. Коротко. На губах дрогнула полуулыбка – быстрая, едва заметная.
Север стукнул кулаком по столу. Звонко, громко. Кружки подпрыгнули, одна чуть не опрокинулась.
– Хватит! – рявкнул он.
Север выпрямился в кресле. Посмотрел на меня тяжело, недобро.
– Тот тип, что вырезал седьмое убежище, – начал он медленно, – тоже выглядел как человек. Говорил, как человек. Вел себя, как человек. – Пауза. – А потом за одну ночь убил больше пятидесяти человек. Включая детей.
Я закатил глаза. Не выдержал.
– Как же вы задолбали меня с этим убежищем, – буркнул я. – Честное слово.
Север нахмурился еще сильнее.
– Что ты…
– Симба, – оборвал я его, впервые обращаясь при людях к ассистенту вслух. – Подключись к системам трансляции бункера. Найди экран, проектор, что угодно. Покажи им запись боя на станции.
– Принял, выполняю, – отозвался Симба. – Сканирую сеть… Обнаружена локальная система связи. Подключение… Завершено. Доступен экран в данном помещении.
Большой экран, до этого лишь мигавший диодом в режиме ожидания мигнул и засветился. Все уставились на меня.
– Что ты делаешь? – спросил Север настороженно.
– Показываю, – ответил я. – Затрахали вы меня уже с этим убежищем. Нате, смотрите.
На экране появилось изображение. Запись с моих оптических систем. Коридор станции, тусклый свет, стены в крови.
И двойник. Мой двойник. Стоит напротив, ухмыляется. Клинки активированы, боевая стойка…
– Это… – начал Север, вглядываясь в экран.
– Смотри! – рыкнул я.
Видео пошло дальше. Бой. Двойник атакует – быстрый, яростный, нечеловечески сильный. Я увертываюсь, бью клинками, отступаю. Он проддолжает атаку.
Видео закончилось на эффектном моменте. Удары ломом, кровь и мозги, расплесканные по полу… Симба будто нарочно остановил запись именно на этом моменте. Кто‑то сглотнул, Лиса, побледнев, отвернулась.
Север смотрел на экран. Молчал. Лицо застыло, глаза прищурены. Смотрел долго, даже когда запись закончилась и экран погас.
Потом перевел взгляд на меня.
– И что? – вскинул он брови. – Ты считаешь, что я не видел генераций?
Внезапно в разговор вступил Крон.
– Это не генерация. Я тоже видел его, – проговорил он, не отрываясь от своего ноутбука. – И женщины, которых мы освободили – тоже. Антей отправил нас прочь, а сам остался прикрывать… От этого, – инженер кивнул на погасший экран. – Думаю, женщины тоже подтвердят.
Север сжал губы. Молчал некоторое время, опустив глаза, потом снова поднял их на меня. Никаких извинений, никакого раскаяния…
– А какие у нас гарантии, – спросил он медленно, – что ты тоже не превратишься вот в такое? – Кивнул на экран, где застыл стоп‑кадр двойника.
Я посмотрел на него. Долго. Внимательно. Тяжело вздохнул и махнул рукой.
Надоело. Все надоело.
Я покачал головой. Медленно, из стороны в сторону.
– Никаких, – ответил я тихо. – Никаких гарантий.
Развернувшись, я пошел к двери.
– Когда решите, доверяете мне или нет – дайте знать, – бросил я через плечо. – А пока займусь своими делами.
Я толкнул дверь и вышел в коридор.
За спиной – тишина. Никто не окликнул. Никто не остановил.
Впрочем, я этого и не ожидал.
Я быстро шел по коридору, даже не пытаясь оглянуться. Внутри кипело. Злость, разочарование, усталость. Не то, чтоб я от правился на мясную станцию для того, чтобы заслужить расположение людей в убежище, но, мать твою, могли хотя бы спасибо сказать!
Да и хер с ними…
– Антей!
Кто‑то меня окликнул. Я не обернулся, лишь ускорил шаг.
– Антей, стой!
Шаги за спиной, быстрые. Догоняют.
Я остановился. Резко. Обернулся.
Крон. Инженер почти бежал за мной. Догнав, остановился. Остановился в паре метров, оглянулся по сторонам. Коридор пустой.
– Мне нужно с тобой поговорить, – проговорили он, понизив голос. Быстро, почти шепотом. – Наедине.
Я усмехнулся. Зло.
– Всем от меня что‑то нужно, – огрызнулся я. – Только вот благодарности хрен дождешься. Так что записывайся в очередь, и…
– Антей, – оборвал Крон. Голос твердый. – Заткнись на секунду и послушай.
Я замолчал и посмотрел на него, чуть склонив голову.
Крон ухмыльнулся. Кривовато.
– Ладно, перефразирую, – сказал он. – Мне  нужно с тобой поговорить. Но это, в первую очередь, в твоих интересах.
Я нахмурился.
– В моих интересах?
Крон кивнул. еще раз оглянулся – быстро, нервно. Потом шагнул ближе.
Задрал рукав куртки на правой руке. Высоко, почти до локтя.
Запястье инженера перехватывал широкий кожаный браслет. Даже не браслет, наруч. Потертый, старый. Крон застегнул пряжки, стянул украшение.
Под браслетом оказалась татуировка.
  
Я замер.
Штрих‑код. Четкий, черный, на внутренней стороне запястья. Узнаваемый, знакомый…
Точно такой же, как у меня.
Я перевел взгляд с татуировки на Крона. Кажется, инженеру удалось меня удивить.