Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)
– Ты убил его, сволочь! – прорычал боец, дергая из ножен второй нож. – Я с тебя шкуру живьем сниму, с‑сука!
Играть в игры у меня не было ни времени, ни сил, ни желания, потому я просто дернул из кобуры «Отбойник»… Точнее, хотел дернуть. Потому что рука наткнулась на пустоту вместо кобуры. Твою ж… Сорвало во время боя с Лешим. Прекрасно, просто прекрасно… Ладно, дружок, будь по‑твоему.
Не говоря ни слова, я активировал клинки. Импланты с щелчком выскочили из предплечий, а боец издал короткий гортанный крик и бросился в атаку.
Глава 18
Неизвестный боец был хорош. По всему было видно – с ножами обращаться парень умеет. А еще он не был измотан предыдущим боем с мутантами, а главное – не получал кинетических лещей от Лешего. Первый же выпад едва не стоил мне порезанного лица, я отпрянул в последний момент, а противник уже шел в атаку снова.
Широкий нож пошел сбоку, горизонтально, на уровне живота. Я рефлеторно «втянулся», ушел назад на шаг. Под ногами хрустнул песок. Стилет метнулся следом – снизу вверх, под ребра. Я перехватил его левым клинком, отвел в сторону. Звякнул металл, парень отпрыгнул и тут же пошел в новую атаку.
Зазубренный нож описал дугу, целясь в шею. Я качнулся в сторону, рассекаемый ножом воздух прогудел совсем рядом. Контратака – правый клинок вперед, прямой укол в грудь.
Боец ушел, развернулся боком. Легко, плавно, как танцор. Профессионал. Стилет метнулся в мое запястье – быстро, точно, как укус змеи. Я дернул руку, но не успел. Лезвие чиркнуло по броне предплечья, скользнуло, оставило тонкую царапину на тыльной стороне ладони. Мелочь. Но неприятно.
Боец усмехнулся, обезображенное шрамом лицо будто порвалось надвое в кривой ухмылке. Он снова пошел в атаку. Два ножа работали синхронно – один отвлекал, второй бил. Классическая школа парного боя. Я блокировал, уходил, отступал. Клинки звенели, встречались с его ножами, отбрасывали их. Но инициатива была явно на его стороне. Я слишком устал и вымотался, чтобы использовать свое главное преимущество – скорость. Да и противника медленным назвать было сложно.
Широкий нож пошел в лицо – рубящий удар, жестокий. Я отбил правым клинком, контратаковал, и чуть не поплатился за это. Стилет тут же метнулся в бок, под руку, найдя дыру в моей защите. Я в последний момент ушел влево, клинок царапнул броню на боку и бессильно соскользнул. Однако, если так и будет продолжаться, он меня рано или поздно достанет. Ну или нарежет по кусочкам, медленно и методично.
– Симба, – позвал я мысленно, уходя от очередного выпада. Ноги начинали заплетаться. Дыхание сбивалось. – Что там у нас с нейрогеном?
– Двадцать процентов, шеф. Должен предупредить: при активации откат будет тяжелым.
– А у нас есть варианты?
Пауза.
– Активирую.
Укол в затылок. Знакомый, почти родной. Тепло растеклось по черепу, по шее, по спине. Мир чуть замедлился, краски стали ярче, боль отступила на задний план. Мышцы налились силой, словно в них влили жидкий металл.
Хватит обороняться. Пора кусаться.
Я ринулся в атаку, входя в боевой режим и превращаясь в размазанный силуэт. Обманное движение, выпад, удар… С мутантами обычно все на этом и заканчивалось. Однако парню удалось меня удивить. Сначала он ушел от моего первого удара, потом отразил второй, а через миг я ощутил острую боль в боку и едва успел рвануться в сторону. Стилет. Лезвие вошло неглубоко – броня частично погасила удар, но не полностью. Но вошло. Я почувствовал, как сталь прошла сквозь кожу, сквозь мышцы, коснулась кости.
Я дернулся, ударил бойца ногой в грудь. Ботинок влетел в солнечное сплетение, тот отлетел на пару шагов, но устоял. Покачнулся, выровнялся.
Посмотрел на нож в руке. Кровь на лезвии стилета блестела в лунном свете. Моя. Алая, свежая.
Усмехнулся. Облизнул губы.
– Красная. Странно даже. Я думал, у синтов она другого цвета…
– Сейчас сравним с твоей, – прохрипел я, снова бросаясь в бой.
Обмен ударами, быстрыми, как молния. Три выпада, все три отбиты, контратака… Я ощутил, что во мне растет уважение к бойцу. Впрочем, помимо профессионализма здесь было кое‑что еще. За разгадкой не стоило ходить к гадалке: парень явно был не обычным человеком. Чего‑то в нем в «ГенТек» накрутили, улучшили. Впрочем, мне от этого было не легче, а, в общем‑то, совсем даже наоборот. И, чувствую, еще немного – и добром это не кончится. Даже под воздействием нейрогена я двигался все медленнее, ошибался чаще, а противник продолжал наседать так, будто бой только начался. Нужно с ним заканчивать.
Вот только проще сказать, чем сделать.
Новая серия ударов – и мне удалось задеть противника. Порез на щеке был не опасный, но сильно кровоточил. Нужно было развивать успех. Однако руки все сильнее наливались тяжестью, а осознание происходящего доходило будто бы с запозданием. Каждая ошибка могла стать критичной, я уже двести раз успел пожалеть, что во все это ввязался…
«Энергия лазерного излучателя восстановлена», – я даже не сразу понял, о чем говорит гоос у меня в голове. «Модуль готов к использованию».
Отлично!
Я подался вперед, будто бы случайно раскрылся, и противник не преминул этим воспользоваться. В глубоком выпаде он прыгнул вперед… Вот только вместо того, чтобы блокировать его удар, я вскинул правую руку и активировал лазерный модуль, тут же смещаясь в сторону. Полыхнула короткая вспышка – и боец, сделав по инерции пару шагов, ткнулся лицом в песок.
Я тяжело выдохнул и едва не последовал за ним. Не было ни радости победы, ни облегчения – ничего. Слишком устал. А отдых пока даже на горизонте не маячил. Потому что… Потому что позади кипел бой, а рядом, привязанная к столбу, обмякла девушка, которую я обещал вытащить. А значит – нужно найти где‑то внутри себя еще немного сил и закончить работу.
Я подобрал с земли «Каратель», проверил оружие, и, забросив ремень на шею, двинулся к жертвенному столбу.
* * *
Когда Вьюга выстрелила из криогенной пушки, Рокоту на миг показалось, что все, они сумели‑таки подобрать ключик к неуязвимому протосубъекту. Вот только уже в следующую секунду прочный ледяной панцирь пошел трещинами и лопнул, разлетевшись сотнями острых льдинок, пробарабанивших по броне, а альфа‑сущность издала новый крик… И начала меняться. Откуда‑то из середины туловища полезли зеленые побеги, быстро оплевшие все тело твари, а затем на них начали распускаться уродливые зеленые почки. Распускаться и расти с бешеной скоростью. Достигнув размера теннисного мяча, почки одновременно лопнули, и фигура протосубъекта скрылась в облаке зеленого газа.
Дьявол…
– Костюмы – на замкнутый цикл! – рявкнул Рокот, отдавая мысленную команду экзу. Щелкнуло, и костюм надежно отрезал владельца от внешней среды. Да какие еще сюрпризы эта штуковина для них приготовила?
Фигура протосубъекта скрылась за зеленой пеленой, и Рокот активировал тепловизор. Легче не стало – видимо, тварь не была теплокровной. Да и была ли у него вообще эта кровь? Экз переключил режим визора на инфракрасное видение, и Рокот отшатнулся: гигантская фигура оказалась совсем рядом с ним. Метнулась вперед рука‑плеть, Рокот почувствовал удар, а в следующий миг его оторвали от земли и сжали так, что скафандр затрещал, словно скорлупа.
Действуя скорее рефлекторно, чем осознанно, Рокот вскинул оружие и утопил спуск. На этот раз лазерный луч попал прямо в голову монстру, тот закричал и покачнулся. И в тот же момент Вьюга, подобравшаяся совсем близко, выстрелила из криопушки по ногам монстра. Конечности, скованные льдом, подломились, послышался треск, и протосубъект тяжело рухнул на спину. Примороженные к поверхности ноги так и остались стоять, обломанные по колено. Рухнувший на землю Рокот вскочил, пробежал несколько шагов, вспрыгнул бьющейся в конвульсиях твари на грудь, переключил режим пульсатора и выдал короткую очередь прямо в лицо монстру. Лазерные импульсы ударили в голову, монстр издал протяжный вопль, дернулся в последний раз, сбросив Рокота, и затих.