Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)

Робот полностью потерял ко мне интерес, развернул башню, и, оставив меня пребывать в глубоком недоумении, неожиданно проворно для своих габаритов потрусил в руины. Туда, где, судя по отсутствию трупов на земле, успели скрыться Серый с Лисой.
Интересно девки пляшут, ничего не скажешь… М-да. Кажется, мне есть о чем поразмыслить. Но сначала я уберусь в какое-нибудь более безопасное место. Пока сюда на звуки разборки еще кто-нибудь не пожаловал. Не факт, что мне так повезет второй раз подряд.
  
* * *
— Симба, я ни хрена не понял из того, что произошло, — признался я, устроившись в продавленном кресле полуразрушенной квартиры. Убежище я себе уже традиционно подобрал на третьем этаже угловой многоэтажки. Вход в подъезд зарос коричневой плотоядной травой, и войти незамеченным у незваных гостей не получилось бы. Сам я пролез через разбитое окно на первом этаже, поднялся по лестнице и теперь пытался хоть немного восстановить силы, жуя остатки мяса и запивая их водой с привкусом пластика. — Что вообще все это значит?
— Некорректный запрос. Требуется снижение уровня абстракции, — равнодушно отозвался ассистент. Я чертыхнулся.
— Ну, смотри. Я впервые встретил нормальных людей, и они тут же попытались меня убить. Мою татуировку назвали клеймом, меня самого — проклятой тварью, и по всему выходит, что отношения с Эдемом у них как-то не сложились. А ты говорил, что прямое назначение Эдема — восстановить жизнь на Земле. Учитывая, что люди, это жизнь, а раптор, идентифицированный, как боевой юнит Эдема, изо всех сил пытался эту жизнь изничтожить на моих глазах, у меня появляются некоторые вопросы…
— Запрос корректен. Прямого ответа в базе данных нет. Могу предположить, что встреченные носителем особи совершили правонарушение и внесены в реестр враждебных юнитов.
Хм. Интересная версия.
— Правонарушение? — я усмехнулся. — Звучит, как что-то из нормального мира. И чего такого нужно натворить, чтобы Эдем посчитал тебя вне закона?
— Возможны несколько вариантов. Чтобы попасть в реестр враждебных юнитов, нужно совершить акт агрессии в отношении юнитов Эдема, порчу имущества или инфраструктуры Эдема или нарушить одну из директив.
— А как же «не навреди»? — я удивленно вскинул брови. — Разве это не должно быть главной директивой Эдема?
— «Не навреди» не найдена в списке активных доступных директив.
— Прекрасно. Похоже, о трех законах робототехники в здешних краях не слышали, — пробормотал я.
Чем больше я обдумывал происходящее, тем больше оно мне не нравилось. По всему выходило, что выжившие находились в жесткой конфронтации с Эдемом — в правонарушения, перечисленные Симбой, верилось с трудом. Уж слишком жестко звучали директивы. Да, законы военного времени, и вот это вот все, но… Блудняком как-то за версту несет. И я оказался в его самом эпицентре. Вот честно — я бы с гораздо большей охотой отправился искать людей, чем перенастраивать долбанный ретранслятор. Что-то мне подсказывало, что там ответы на свои вопросы я бы получил значительно быстрее. Но такой возможности у меня не было. Судя по внешнему виду, оружию и экипировке Лисы и Серого, навряд ли у них найдутся технологии, способные привести меня в порядок. Про гребаный вирус вообще молчу. Так что приоритеты остаются прежними: сначала ретранслятор, потом — медицинский модуль, и только потом — поиск выживших. Кроме того, если после посещения модуля Эдема ко мне вернется память, жить станет значительно легче. В общем, решено. Вот только в себя бы прийти хоть немного… А то со своим текущим самочувствием я имею неиллюзорные шансы скопытиться по дороге. Не говоря уже о том, что в дивном новом мире за каждым углом возможна встреча с очередной неведомой хтонью, которая может потребовать концентрации всех моих сил. Которых, судя по откату от последней активации нейрогена, осталось не так уж и много. И вероятность того, что следующая убьет меня с гарантией, уже не выглядит банальной перестраховкой искусственного интеллекта. М-да. Чем дальше в лес — тем больше стеклотары…
— Симба, — снова позвал я ассистента, вспомнив еще один весьма интересующий меня момент. — А почему статус раптора внезапно сменился на нейтральный?
— С вероятностью в девяносто процентов тактический биоробот «Раптор» распознал в носителе юнит Эдема, — тут же отозвался помощник.
— Допустим, — я кивнул. — Но почему тогда статус «нейтральный», а не «дружественный»?
— Дружественный статус может быть присвоен юниту только после включения в общую сеть и синхронизации с системами Эдема.
— Угу. Право на которую еще нужно заслужить, — буркнул я. Подумать только, я должен выслуживаться перед какой-то гребаной нейросетью только для того, чтобы ее железки меня не грохнули… Не так, ой не так представлял я будущее человечества… Кажется, когда мои современники шутили на тему «когда нейросети нас победят» — не так уж они и шутили. Хотя все равно кажется, что они имели в виду нечто другое…
Ладно. Подведем итоги.
Поход в подземелье аукнулся мне потерей боеприпасов, патронов, верной арматурины и резко понизившейся боеспособностью. Из всего оружия у меня остался только топор, который я каким-то чудом прихватил с собой, кувыркаясь в канаву от раптора. Инстинктивно, наверное. Смешно, но именно арматурину, верой и правдой служившую едва ли не с самого начала, мне было жальче всего. Ну, ладно, и обрез тоже. Который, впрочем, без патронов превратился в тяжелую и неудобную железяку, которую нужно таскать с собой. Я себя знаю: даже понимая, что вероятность найти подходящие патроны в постапокалиптической Москве — ноль целых, хрен десятых, выбросить ствол мне бы жаба не позволила. А так… Ладно. Легко пришло — легко ушло.
В активе у нас были разблокированные клинки, и… И, пожалуй, все. Не считая некоторой новой информации и понимания, что здесь творится какой-то блудняк. Впрочем, в этом я и раньше не сомневался.
— Симба, что там у нас по заданию? Доложи статус задачи по локализации мутагенной угрозы, — очень не хотелось бы свалить к ретранслятору и внезапно узнать, что я что-то там не доделал, и основное задание превратилось в бессмыслицу.
— Вывожу статус задачи, — тут же отозвался Симба. В интерфейсе перед глазами возникла надпись.
[ЛОКАЛИЗАЦИЯ МУТАГЕННОЙ УГРОЗЫ]
Центральный узел: уничтожен.
Колония: разобщена и дезорганизована, частично уничтожена.
Уровень мутагенной угрозы: снижен до приемлемого.
Вероятность восстановления колонии: 2%.
Статус задачи: выполнена.
Проследуйте к ближайшей станции Эдема для получения вознаграждения.
Хах. Ну, и то хлеб. По крайней мере, от меня, как выяснилось, не требовалось выкосить всех сетников до единого. Сейчас я на подобное явно был не способен. Но вообще — система кнута и пряника во всей красе. Выполнишо задание — получишь плюшку. Не выполнишь — в утиль. Ой, не нравится мне все это, ой, не нравится… Но выбора нет. Ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала — подлечиться, потом — все остальное.
— Симба, как у нас обстоят дела с регенерацией? Сколько активаций нейрогена я еще переживу?
— Активных наноботов осталось меньше тридцати процентов. При текущем состоянии организма повторная активация нейрогена с высокой вероятностью приведет к гибели носителя. Рекомендуется посещение…
— Ой все, Симба. Хватит, — фыркнул я. — Вообще-то я именно туда и собираюсь, если ты забыл. Но есть нюанс… Ладно. Где там этот ретранслятор? Давай, прокладывай маршрут, и двинули. А то времени у нас больше не становится.
  
— Прокладываю маршрут, — отозвался Симба. Расстояние до цели — два с половиной километра.
В интерфейсе развернулся новый полупрохрачный слой, на котором возникла карта с маршрутом. Недалеко… По старым меркам. По новым — десять раз сдохнуть успеешь, пока доберешься. Ну, будем надеяться, что мне повезет. Потому что больше, вроде как, и не на что.
— Ну, ладно, — я дожевал полоску мяса и с сожалением убрал сверток в заплечный мешок. — Пойдем посмотрим на этот ретранслятор.