Колодец Смерти

***
Келлер закончил свой доклад. Запланированный рутинный опрос Брока принял неприятный оборот, и жандарм почувствовал, как в нем разгорается гнев, когда Леа вздумала дать ему нагоняй:
— Черт тебя побери, Келлер! Какого хрена ты заявился один к подозреваемому?!
— Леа, ты сама это одобрила! Напоминаю, что я собирался только прощупать почву.
  
Баденко стиснула зубы. Да, она сама отпустила Жюльена одного к подозреваемому. Не предполагая ни минуты, что тот может повести себя таким образом. В итоге она подвергла опасности своего коллегу. А почему? Потому что предпочла бесконечные допросы о девчушке, исчезнувшей двадцать лет назад, вместо того чтобы должным образом отработать след Брока, на который они вышли благодаря вещественным доказательствам… Баденко сердито подняла глаза к небу и пообещала, что больше так не попадется.
— Прости меня, — сказала она виновато.
— Все в порядке, Леа, — успокоил ее Келлер. — Ты не могла знать, никто не мог знать!
— Я только что говорила с судьей Бюто: специалисты уже выехали, чтобы снять отпечатки шин «Клио». И будем производить обыск.
— Хорошо. Со мной еще десяток жандармов из местной бригады. Я ввожу их в курс дела, и мы начинаем.
— Окей. А что Брока, успокоился?
— В данный момент он держит себя в руках. Но с этого типа нельзя глаз спускать.
— Кстати, ты затребовал в банке и во «Франс Телеком» распечатки звонков с его стационарного телефона?
— Да, еще утром, перед отъездом в Эскиуль.
— Хорошо, встретимся в казарме как можно скорее.
— Здесь очень большой дом. Нам понадобится уйма времени, чтобы все прочесать. Я дам знать, если что-нибудь найдем. А у вас какие новости?
Леа вздохнула.
— Мы только что приехали к Дюкуинг. Допрашиваем ее и возвращаемся обратно. Будем в Байонне через три часа.
 – 37 – 
 Я вам не боксерская груша! 
Луиза подошла к машине бригадира, который дежурил перед домом Дюкуинг. Метрах в десяти от нее Леа говорила по телефону, нервно расхаживая туда-сюда. Она подводила итоги с Келлером — вид у нее был хмурый, в глазах читалось беспокойство. Луиза перенесла внимание на жандарма и, наклонившись к окну, спросила:
— Все в порядке? Ничего нового?
— Ничего, майор. Просто смертельно скучно, если вам это интересно. Госпожа Дюкуинг практически не выходит. Только если поиграть с собакой здесь, во дворе. Бедная женщина страшно напугана, она боится отойти от дома. Продукты ей доставляют на дом, и только за хлебом она ездит сама. Ах да, вчера она ездила в хозяйственный магазин.
— Вы не заметили никого, кто бы бродил вокруг этого места?
— Никого. И машины цвета «голубой металлик» тоже.
Луиза отошла, увидев, что Леа закончила разговор и почти бегом направляется прямо к ней: что-то явно случилось. С той минуты, как Брока показал клыки, ее коллега вся кипела. Она встала перед ней и резко бросила:
— Луиза, раз уж мы здесь, надо допросить Дюкуинг. Но теперь главное — это Брока!
Луиза открыла было рот, но решила не возражать. Сейчас не время. Леа не в состоянии ее выслушать.
— Давай, — коротко ответила Луиза и пошла в дом.
Дюкуинг понадобилось несколько минут, чтобы открыть дверь. Она появилась на пороге в рабочем комбинезоне, заляпанном краской, рядом стоял Бальто, который следовал за ней по пятам. Увидев Луизу, он завилял хвостом, тявкнул и положил лапы ей на пояс. Жандарм погладила пса по голове. Проплешины, оставшиеся на его шерсти после того, как с нее сдирали скотч, все еще были видны, но начали зарастать. Появился легкий пушок, который слегка прикрывал бледную кожу.
— Бальто! А теперь в корзину, лежать! — приказала Дюкуинг. — Входите, — добавила она и посторонилась.
— Вы делаете ремонт? — холодно спросила Леа.
— Крашу плитку в ванной, — нервно ответила медэксперт. — Знаю, не лучшее решение, но я хотя бы больше не буду видеть эту надпись.
Наступила напряженная тишина. Реакция женщины была вполне объяснима. Жандармы, не спрашивая хозяйку, прошли в гостиную и сели за стол, предложив ей присоединиться. Кокер-спаниель положил морду на лапы и стал наблюдать из своей корзины за вновь прибывшими.
— Клара Жубер, — спокойно начала Луиза. — Вы нам о ней ничего не сказали.
Медэксперт стала белой, как бумага. Она закусила губу, и в глазах у нее заблестели слезы. Утерев их платком, она ответила, всхлипывая:
— Хотите знать, почему я это сделала? Это личная история, которая никак не связана с нападением на меня и убийством Магида Айеда, так что…
— Вы в этом уверены? — прервала ее Луиза.
Дюкуинг широко открыла глаза.
— Я… я не понимаю.
— Значит, по-вашему, нет никакой связи между этими событиями и исчезновением Клары? Или между Кларой и Магидом Айедом? А также между Кларой и аббревиатурой «НЧС»?
Женщина отвела взгляд. Ее волнение росло с каждой секундой. Внезапно она превратилась в хрупкую, растерянную девочку. Бальто, по-видимому, почувствовал переживания своей хозяйки, потому что оставил корзину и подошел к ней. Она машинально наклонилась и погрузила пальцы в его шерсть.
— Нет, — наконец прошептала она, выпрямившись. — Иначе я бы вам об этом сказала.
Леа откинулась на спинку кресла и воинственно скрестила руки на груди.
— Что вы можете сказать нам о Кларе? — переняла эстафету Луиза. — И о ваших отношениях с ней?
Дюкуинг отвернулась и вытащила из коробки салфетку. Высморкавшись, она пожала плечами и призналась:
— Если хотите знать, Клара была единственной подругой за всю мою жизнь. Необыкновенная девушка. Исключительная. Полная энергии и жизни. Мы с ней были как сестры. Неразлучны. Когда она исчезла, я потеряла часть себя.
— Что вам известно об этом исчезновении, точнее, об исчезновениях?
— Ничего. В феврале она сказала мне, что просто сбежала. А в июне исчезла. На этот раз — по-настоящему.
— Она была вашей лучшей подругой и не объяснила своего побега?
— Говорю же вам, что нет, — упрямо возразила Дюкуинг, но прозвучало это фальшиво.
«Она не хочет или не может говорить о причинах побега, — подумала Луиза. — У нее есть секрет? Но какой?» Жандарм была погружена в эти размышления, когда вмешалась Леа:
— А Тибо Брока: вы что-нибудь помните о нем?
Глаза молодой женщины блеснули.
— Вы говорите о толстом парне? Блондине?
— Да.
— Он был другом Клары. Они знали друг друга задолго до лицея. Но потом между ними словно кошка пробежала.
— По какой причине?
— Клара не особо распространялась на эту тему. Она только призналась мне, что Тибо навязчивый и что у него были ожидания, на которые она не могла ответить.
Дюкуинг сделала паузу, вздохнула и пристально посмотрела в глаза Баденко.
— Скажу яснее: думаю, что этот парень был безумно влюблен в нее. А она — нет. В их отношениях не было равенства. И в конце концов Клара решила положить им конец.
— Вы знали, что молодого человека в лицее травили? — тут же спросила Леа.
Дюкуинг вздрогнула и густо покраснела.
— Я слышала, что распространялось какое-то видео… видео, на котором он был голый, — сказала она смущенно. — Но я не знаю, правда ли это.
— Вы сами его не видели?
— Нет. До меня доходили только слухи. Я даже не знаю, существовало ли оно на самом деле. Но так или иначе, многие ребята стали подшучивать над ним, а столкнувшись в коридоре, оскорбляли и унижали его.
— Клара участвовала в этой травле?
— Нет! — воскликнула Дюкуинг. — Она не способна на такое!
— Клара была влюблена в какого-нибудь мальчика?
  
— В какого-нибудь мальчика? Нет, я не…
— А кроме Брока, кто-нибудь за ней ухаживал?
— Ну, насколько мне известно… Хотя вполне возможно! Клара была потрясающая, так что… Но почему вы это спрашиваете?
Прием, который выводит допрашиваемого из равновесия. Баденко намеренно забрасывала Дюкуинг вопросами, меняя темы, не оставляя ей времени на обдумывание ответов.