Колодец Смерти
***
Роман Жубер вновь ощутил прилив энергии. Испытывая отчаянную потребность реабилитироваться, он выразил готовность сотрудничать. При этом он был не из тех, кто обвиняет других, лишь бы самому остаться в стороне.
— Во время нашего последнего разговора у вас дома вы упомянули о визитах Брока, — начала Леа.
— Да… С тех пор как он вернулся во Францию, он навестил меня раз десять. Но какое это имеет отношение к нашему делу?
— Вы можете рассказать мне поподробнее об этих визитах? Когда они начались?
Жубер нахмурился, но все-таки ответил:
— Кажется, первый раз Тибо появился летом 2012 года, поскольку он тогда как раз обосновался в Эскиуле. Наверное, это были праздники или воскресенье, иначе я был бы в офисе. Он приехал узнать, нет ли у меня новостей.
— Он приехал без предупреждения? — удивилась Леа.
— Да, а что в этом такого?
— Ничего. Продолжайте.
— Помнится, я подстригал живую изгородь, когда увидел его. Вообще-то, если честно, прошло несколько секунд, прежде чем я понял, что это Тибо! Он больше не имел ничего общего с подростком, которого я знал! Короче говоря, его визит меня удивил. Солнце палило нещадно, было очень жарко. Я пригласил его в дом, но в холодильнике у меня было пусто, и я даже не мог предложить ему холодного пива.
— То есть он проехал больше ста километров до Пузака, но не счел нужным позвонить вам и убедиться, что вы будете дома? Вы в этом уверены?
Жубер, будучи совсем не глупым, понял, что в вопросе жандарма скрыт какой-то подтекст. Но какой — это от него ускользало. Он вопросительно посмотрел на Леа.
— Просто ответьте мне, господин Жубер.
— Да, уверен. Повторяю: я был застигнут врасплох, и в холодильнике ничего не осталось. Такого бы не случилось, если бы он меня предупредил.
— У вас есть объяснение, почему он не предупредил?
— Может, у него были какие-то дела в наших краях? И он решил заехать ко мне, раз представилась такая возможность? Я не понимаю, к чему вы клоните, — озабоченно добавил он. — И я также не понимаю, почему вы говорите со мной о Тибо, какое он имеет отношение к этой истории?
— Если вспомнить другие визиты, господин Брока предупреждал вас по телефону?
Жубер открыл рот, но тут же закрыл его. Он задумался, потом ответил:
— Нет… Не припомню такого, — признался он, словно осознав нелепость этого обстоятельства. — Полагаю, Тибо заезжал ко мне, когда у него возникали здесь дела!
— А вы сами когда-нибудь звонили Брока?
— Нет. Честно говоря, его редкие визиты доставляли мне удовольствие, но мне их было более чем достаточно. Видеть Тибо означало неизбежно погружаться в воспоминания…
Жубер замолчал. Его затуманившиеся глаза видели что-то, известное только ему.
— В вашем списке контактов нет никакого Тибо Брока: значит ли это, что вы никогда не спрашивали у него номер мобильного телефона?
— Так и есть: по той причине, что я вам сейчас сказал, и потому, что мне это даже в голову не приходило.
— По этой причине, а не потому, что у господина Брока не было телефона?
Жубер удивленно посмотрел на жандарма.
— У кого в наше время нет телефона?
— Так у Тибо Брока он был?
— Я думаю, да!
— Вы думаете или вы знаете?
Физиономия Жубера стала красной от возмущения.
— Так все эти ухищрения, чтобы узнать был ли у Тибо телефон? Нет, это какой-то бред!
— Простите, месье, но я просто выполняю свою работу. Значит, Брока никогда не говорил вам, что не иметь телефона — это его сознательный выбор?
— Нет, никогда, — холодно ответил Жубер.
— Вы когда-нибудь видели у него телефон?
Мужчина подумал и покачал головой.
— Не думаю… Но, честно говоря, я мог не обратить на это внимания.
Леа кивнула и продолжила:
— Когда Брока приезжал к вам последний раз?
Жубер откинулся на спинку стула, собрался с мыслями и ответил:
— Летом, во время моего отпуска… Да, точно летом! А если быть точным — 17 августа, потому что я угощал его остатками праздничного торта, который мы начали с двумя приятелями по шахматному клубу накануне вечером.
— 17 августа. Интересно!
— Интересно?
— Ваши банковские выписки показывают, что вы поменяли шины в понедельник 16 августа 2021 года, утром в день вашего рождения, — уклончиво ответила жандарм. — Можете ли вы мне сказать…
— Видите ли, я много езжу! — раздраженно прервал ее Жубер. — Накручиваю двадцать — тридцать тысяч километров в год. У меня много перемещений, связанных с работой, по всему Юго-Западу. Можете посмотреть мой ежедневник. Так что означает ваше замечание?
Леа улыбнулась и успокоила его:
— Вы неправильно меня поняли, месье: я никак не связываю дату, когда вы поменяли шины, со степенью их износа.
— Тогда почему вы зацепились за эту дату?
— Вы скоро поймете. Можете мне сказать, на какой машине приезжал к вам Брока летом?
— Как всегда, на своем «Рендж-Ровере». Не машина, а танк, на ней бы ездить по горам, а не по шоссе!
— Вы никогда его не видели на другой машине?
— Нет, да я и не думаю, что у него есть другая.
Леа вздохнула и сообщила:
— Он приобрел «Клио IV» «голубой металлик» в октябре 2020 года, через месяц после вас.
Жубер заметно побледнел: так вот почему жандармы сосредоточились на Тибо!
— Вы хотите сказать — такую же модель, как у меня?
— Именно так. И более того, Брока поменял шины в субботу 21 августа, через пять дней после вас. Он установил шины «Мишлен Праймаси 3». А за несколько дней до этого приезжал к вам.
Лицо Жубера исказилось. Словно не веря своим ушам, он растерянно повторил:
— Это невозможно… Это невозможно…
Леа выдержала паузу и спросила:
— У Тибо Брока были с вами какие-то счеты? Упрекал ли он вас в чем-нибудь?
Потрясенный и сбитый с толку, Жубер ответил не сразу:
— Нет, он никогда и ни в чем меня не упрекал…
— Окей. А вы никогда не видели кого-нибудь рядом с Брока? Каких-нибудь друзей?
— Тибо — совершеннейший нелюдим, — прохрипел Жубер сдавленным голосом.
Внезапно подняв голову, он с горечью добавил:
— По крайней мере, я всегда так о нем думал, но, выходит, я его знал не так хорошо, как мне казалось.
***
В 21:15, после продолжительного разговора с судьей Бюто, Леа распорядилась освободить Жубера из-под стражи. Errare humanum est, perseverare diabolicum[30]. Она с Жюльеном и Луизой стояла у окна, когда Жубер вышел на улицу: с осунувшимся лицом, сгорбившись и еле передвигая ноги, он дошел до жандармского автомобиля, который должен был отвезти его домой, и почти рухнул на сиденье. Леа почувствовала, как кровь прилила к ее щекам. Расследованием руководила она, был ли у нее шанс избежать этой ошибки? Нет, рассудила жандарм, только не с дуэтом манипуляторов, которые без колебаний использовали этого беднягу как наживку. Луиза обернулась и заметила волнение на лице коллеги.
— По крайней мере, сегодня Жубер будет спать в своей постели, — сказала она, чтобы успокоить Леа.
– 68 –
Судьба послала ему предупреждение!
Александр Шаффер проснулся, словно от толчка. Его бил озноб, тело было влажным от холодного пота. Образы из его кошмара начали распадаться в тот самый момент, когда перед глазами проступили контуры неизвестной ему комнаты. Затем со всей силой напомнила о себе реальность. Он находился в доме своей невестки. Давид умер. На следующий день были похороны… Он вытянулся в кровати, сердце колотилось как бешеное. Снаружи доносились завывания ветра, от которого трещала кровля и балки.
Шаффер закрыл глаза, чтобы успокоиться, и тогда из глубины сновидения, в которое он тут же погрузился, снова возник леденящий ужас, теперь в образе Клары. Перед ним разворачивались картины его вторжения в шале Жубера, и Шаффер дрожащими руками сильнее натянул на себя влажные простыни.