Ресторан «У Винсента»

— Я бы никогда не позволила, чтобы с вами случилось что-то плохое. Неужели вы мне не верите, Пинсын?
Пинсын был не в силах противостоять влажному голосу Мими. Только благодаря ей он все еще не умер и жил прекрасной жизнью.
Пинсын задержал взгляд на нервно сжимавшей нож Сонми. При виде измазанной в рвоте одежды женщины внутри него поднялась волна гнева. В силу особенностей постройки помещение плохо проветривалось. Даже ароматный запах еды вызывает тошноту, если нюхать его слишком долго, а тут рвота. Как можно так по-скотски себя вести на территории чужой собственности? К лицу прилил жар.
  
— Я смотрю, вас стошнило. А ведь... вам тут не пивнушка.
Пинсын собирался приказать ей бросить нож, но первыми вырвались именно эти слова. Все уставились на него. На лицах людей читалось больше удивления, чем испуга.
— Да уж, вам ведь и завтра открываться, а тут такой запах, — затараторила Чоннан.
— Избавляться от запахов я умею профессионально, — тут же влезла Эчжин.
Две женщины мгновенно захватили инициативу. Все внимание переключилось на них.
— А как же иначе, от пожилых ведь очень сильный запах?
— А то. Еще я хорошо убираюсь и могу вывести любые пятна. Я всему вас научу.
— Вот и отлично, покажете нам потом, госпожа, когда все устаканится.
— Я же говорила, что я вам не госпожа.
— Ой, ну что вы, все мы госпожи, не одна только жена этого писателишки такая важная птица.
Пинсын свободной рукой провел себе по волосам. Открываться завтра? Как бы не так.
Точно, он ведь не отменил заказ на доставку продуктов, еще и набрал намного больше обычного. Почему он так поступил? Пинсын дернул себя за волосы. Он же знал, что сегодня последний день его работы в этом ресторане, так почему совершил подобную ошибку? Даже если допустить, что он просто сделал заказ по привычке, почему Мими не остановила его? Как назло, в последнее время из-за летней засухи подскочили цены на фермерские продукты: на овощном рынке пыль столбом стоит, и, даже несмотря на это, Пинсын сделал огромный заказ на дорогие овощи.
Почему Мими не остановила его?
Неужели... она ожидала его провала?
— Жалко, — пробормотал Пинсын себе под нос.
— Что? Чего жалко? Что случилось? — тут же среагировала Чоннан.
Пинсын молча нахмурился и погрузился в свои мысли. Он ждал ответа от Мими. Хотел, чтобы она объяснила ему. Всезнающая Мими. Мими, которой было известно прошлое и будущее Пинсына, его надежды и чаяния, его пороки и достоинства.
Он даже думать не хотел о том, что Мими может не доверять ему.
Возможно, Мими тоже больше не хочет, чтобы он стрелял в людей. Пинсына осенила догадка. Ведь и Мими причиняли много боли. Подслушивая вместе с ним разговоры гостей, она тоже разочаровалась в людях и в порыве злости решила уничтожить лабораторию, а потом, наверное, пожалела об этом. Такое вполне возможно, ведь и Пинсын раскаивался в содеянном.
Мими понимала, что Пинсын привык жить в бедности. Она наблюдала за тем, как он изо дня в день расстраивается из-за цен на продукты, хотя ему уже не нужно было беспокоиться о деньгах. Поэтому Мими...
«Ответь, Мими. — Пинсын отчаянно напряг все мышцы рук и ног. Иногда Мими появлялась, когда он так делал. — Почему ты молчишь, Мими? Скажи что-нибудь. Ты же не хочешь, чтобы я кого-то убил? Ведь нет? Ты же добрая. И ласковая. Ты тоже сейчас жалеешь о том, что мы натворили?»
Ответа все не было. Слова понемногу начали вылетать вслух:
— Все в порядке. Я не буду злиться. Каждый может оступиться. Как я могу злиться на тебя? Уж нам ли с тобой не знать, мы столько времени провели вместе. Какую бы ошибку мы ни совершили, есть куча мерзавцев, которые творят вещи намного хуже. Ты же знаешь, это они настоящее зло, а не мы. Они намеренно обманывают людей, вредят исподтишка, причиняют боль. Мими, ну ответь. Ты раскаиваешься? Ты ведь не хотела этого?
Происходило что-то странное. Мими любила поболтать. Если Пинсын, занятый работой, ненадолго замолкал, она тут же появлялась. Мгновенно чувствовала, когда ему становилось одиноко или грустно. И она ни разу не игнорировала его, если он звал ее по имени. Так почему же сейчас Мими не отвечает?
Первой пришла в себя Сана. Подкравшись к Сонми, сжимавшей в каждой руке по ножу, она прошептала:
— Он в наушниках?.. С кем он разговаривает?
— Я ничего не вижу.
— Тогда что с ним? С кем он говорит?.. Он что, сумасшедший?
Сонми взглянула на Сана. Беременная с угодливым выражением лица усиленно делала вид, что хочет подружиться, и тем не менее стояла на расстоянии, выставив руки вперед и изогнувшись, как креветка, только бы не прикоснуться к запачканной рвотой одежде Сонми. Притом что ее саму недавно тоже вырвало.
Увидев растерянное выражение лица Пинсына и его бешено вращающиеся глаза, Сучхан наконец очнулся и снова обрел способность думать. Он прекрасно знает таких людишек: носятся себе, считая, что весь мир принадлежит им. Их бы отлупить розгами, да в последнее время все несут глупости про насилие и всякое прочее. Идиоты.
Сейчас на его стороне не было никого, в этом и заключалась основная проблема. Хуже всех Чоннан и Эчжин — эти явно сговорились, а ведь они хотя бы близки ему по возрасту, в отличие от остальной молодежи. Вглядываясь в лица каждой женщины по очереди, он словно опять видел перед собой чертовых одногруппников. Вот из-за таких идиоток будущее Южной Кореи такое мрачное! Конечно, от них ничего хорошего не жди!
Если уж выбирать, то больше всех подходит Ёнчжу, его бывшая ученица. Сидит в углу, подальше от своей матери, и дрожит всем телом. Разлад с родителями означает, что любой может вмешаться и занять вакантное место. Выглядит невинной овечкой. Тело женщины, а разум ребенка: этих соблазнить проще всего. Именно такой и была его супруга в прошлом.
Сучхан решил действовать. Он слегка прикоснулся к локтю Ёнчжу, и та, подпрыгнув от испуга, резко подалась назад.
— Ты же готова спастись одна? — прошептал Сучхан. Глаза Ёнчжу округлились от удивления. — Ты же можешь жить без матери? Хотя нет, ты же хочешь жить без нее?
Девушка молчала, однако внимательно разглядывала лицо Сучхана, ее губы беззвучно шевелились. Сучхан внутренне завопил от радости. Получилось!
— Давай выбираться вместе! Мы сможем спастись. Здесь куча народу...
Четыре столика, восемь гостей. Сучхан, всю жизнь проработавший учителем, прекрасно знал, что одному человеку не под силу держать в поле зрения столько людей.
— Нам надо собраться. Видишь, он все равно не в себе, — Сучхан указал подбородком в сторону Пинсына, — даже пистолет толком держать не умеет, а уж стрелять-то тем более. Машет им туда-сюда, но, если попытаемся отнять, он не сможет отбиться.
— Правда? Он не умеет стрелять? — спросила Ёнчжу, повернув голову к Сучхану, и медленно облизнула острым языком тонкие губы.
— Ручаюсь, — прошептал Сучхан ей на ухо. — Мужчины любят молоденьких, попробуй соблазнить его. Если такая красивая девушка окажет ему знаки внимания, все точно пройдет как по маслу.
— Что я должна ему сказать? Чтобы пощадил нас всех?
Такого вопроса Сучхан не ожидал. Пощадить всех?
Что будет, если все выберутся отсюда живыми? Пойдут сплетни. Как он будет смотреть в лицо Эчжин на занятиях? А если она разболтает одногруппникам о том, что сегодня случилось? Расскажет, как он врал, чтобы выкрутиться из ситуации. А жена? Он хотел заставить подлую изменщицу раскаяться в своих поступках. Для этого он непременно должен быть несчастным мужем, который чудом выбрался почти с того света. Если вся эта заварушка закончится ничем, Сучхану от нее не будет никакой выгоды.
  
Нужны жертвы и преступник. Кто-то обязательно должен пострадать, будь то от пистолета или ножа.
05
Мими никогда не молчала так долго.
Пинсын отчаянно взмолился вслух:
— Мими, Мими!
Тело сотрясалось нервной дрожью. Казалось, он снова остался один во всем мире. Это ужасное чувство, которое ни разу не посещало его после появления Мими, вдруг навалилось и накрыло его с головой, как ударная волна.