Мозаика сердца (СИ)

— Он ничего не говорил и никого не слышал.
— Зачем ему была нужна моя карточка?
— Мы не получили ответ на этот вопрос. Он молчал. А глухонемых невозможно «прочитать», это их особенность и козырь, — раздраженно ответил Кир. — Многие Земли имеют глухонемых разведчиков и шпионов, особенно, когда направляют их в Марилию, потому что наши менталисты могут взламывать любые ментальные блоки…
— Кроме блоков глухонемых, — добавила я, а друг согласно кивнул.
— Кир, мне нужно знать, что Крис жив и у него все хорошо. Я должна разобраться с тем, что с ним случилось, понимаешь? — серьезно произнесла я. — А вдруг он тяжело болен или потерял память? Или ещё что-то ужасное случилось?! Поэтому он и не искал меня. Я не могу сидеть, сложа руки и нечего не делать, когда, может быть, ему нужна моя помощь! Даже, если сейчас он — это уже другой человек, я должна об этом знать.
Кирстан недовольно смотрел на меня.
— И для этого ты собралась в Берингию? Сама? Можно отправить людей, которые все проверят.
— Я должна сама, — я упрямо поджала губы. — Оборотни хитрые и изворотливые. Это подтверждается тем, что Райан МакЭнор не оставил за собой никаких следов. Твои люди могут ничего не найти о Крисе и в Берингии, как они в документах ничего не нашли. Просто потому, что не знали о связи барса и моего мужа.
— Лучше бы ты также сильно захотела отправиться в Свободные земли, — угрюмо произнёс Кир.
— Я обещала туда отправиться, если не найду никаких зацепок в документах, — напомнила я достаточно миролюбиво, огромным усилием воли сдерживая себя.
— Лучше бы я не приносил их тебе, — проворчал Кир.
— Кир, ну, что за ребячество?! — возмутилась я, недоверчиво рассматривая друга. — Я не узнаю тебя! Что с тобой происходит?!
— То, что я уверен в том, что твои домыслы и фантазии насчёт белого барса неоправданны.
— Значит, неоправданны?! Значит, фантазии?! Ну, знаешь ли… — я медленно поднялась. — Тогда… Отвези меня в Мар, в Главный храм, где живут видящие. Думаю, пора с ними встретиться. И, посмотрим, что они скажут.
Кир побледнел, а его взгляд заледенел.
— Их предсказания ни к чему хорошему не привели в прошлый раз, — холодно произнес он. — Я никуда не повезу тебя.
— Кир, даже, если бы не было того предсказания, все равно случилось бы то, что должно было случиться, — спокойно ответила я.
— Не уверен, — резко ответил он.
— Кир, ну, хватит! Ты сейчас должен уехать в Дар, забери меня с собой и отвези в столицу в Главный храм.
Кир закрылся от меня и отвернулся. Да что с ним такое?! Я осторожно подошла к нему, неуверенно погладила ладошками спину и прошептала:
— Кир, ну, пожалуйста, прошу тебя. Вопрос о Берингии пока снимается, все равно границы закрыты. Но в храм ты можешь отвезти?
Напряженная спина друга слегка расслабилась, но он промолчал.
— Я же не твоя пленница, в конце концов, — пробормотала я и сама вздрогнула от понимания того, что сказала. Кир тяжело вздохнул и подавился воздухом.
— Хорошо, — тяжело вздохнул он, откашлявшись и не оборачиваясь. — Когда ты так просишь, я не могу отказать. Конечно, ты не моя пленница. Мы поедем к ним, раз ты так хочешь, но мне это не нравится. И видящие разговаривают только с теми, с кем сами захотят…
— Спасибо, — пробормотала я и уткнулась лбом в широкую спину Кира. Он осторожно повернулся и привлёк меня к себе, обнимая.
— Ты — не моя пленница, ты — мое сокровище, — тихо пробормотал Кир куда-то в мою макушку.
***
Главный храм нашего мира совсем не изменился с того времени, как я видела его в последний раз. С того злополучного дня, когда, посетив его вместе с академическими друзьями, узнала, что являюсь зеленым лучом Богини Матери. Все такой же беломраморный и похожий на роскошный дворец, с витражными окнами и с великолепными скульптурами небесных прислужников Богини Матери, величественных старцев и строгих матрон, расставленных по периметру храма.
Тысячи людей пришли помолиться у золотой статуи Богини Матери, и мне с Киром пришлось долго ждать своей очереди. Но я непременно должна была поведать Богине тайные переживания и надежды, а все жители нашего магического мира Вериус знали, что если помолиться именно у этой скульптуры в Главном храме, то Богиня сразу получает информацию о тебе, поэтому поток паломников в Главный храм мира был неиссякаем.
 
Я дождалась своей очереди, которая подошла все же сравнительно быстро ввиду моего физического состояния, которое заметили прислужники храма, и помолилась у главной скульптуры Богини, опустившись на колени, моля ее, чтобы Крис и Джейсон Тубертоны оказались живы, чтобы я нашла мужа как можно скорее живым и здоровым. И попросила ее дать ответ, кто такая Хранительница артефакта подчинения. Кир вместе со мной молился о чем-то своём. Затем я поднялась с колен и вместе с Киром вышла из храма.
Несколько слепых старушек, одетых в белые просторные балахоны с капюшонами, из-под которых им на грудь ниспадали распущенные белоснежно-седые волосы, сидели на мраморных ступенях храма, держа в руках клюки.
Поток из паломников обходил их стороной, не задевая и каждой предоставляя пространство примерно метр в диаметре. Это происходило само собой и было столь удивительно, что какое-то время я заворожено смотрела, как людской поток плавно обтекает старушек, оставляя каждую в своём «кругу».
Еще я заметила, что мелкий тёплый моросящий дождик не оставлял следы в «кругах» старушек, также обходя их стороной.
Одним словом, «видящие Богини» демонстрировали чудеса прямо на ступеньках Главного храма.
Мы медленно проходили мимо старушек-видящих, но они равнодушно и молчаливо сидели и не обращали на нас никакого внимания, щуря свои слепые глаза. Приставать к видящим с просьбой о предсказании было нельзя, и мы уже несколько раз прошли мимо них туда-сюда, когда я вдруг услышала тихий хрипловатый голос за спиной.
— Серая вязь… проклятая вязь… зеленый луч… ты не жена уже, но и не вдова… тот, с кем связана… ни жив, ни мертв… новая душа…
Я резко остановилась, почувствовав как холодок пробежал по позвоночнику, и медленно обернулась к говорившей, крепко вцепившись свободной рукой за Кира, чтобы не упасть от охватившего волнения. Второй рукой я изо всех сил сжала набалдашник трости.
Видящая сидела на широкой ступени у Главного храма, ничем особо не отличаясь от других старушек. Хотя, когда я повнимательнее присмотрелась к ней, то заметила, что она была старше других. Я отметила и сильно сгорбленную фигуру, и глубокие морщины, и очень дряблую пожелтевшую от старости кожу, и слезящиеся тусклые блеклые глаза. Она была очень стара.
— Пожалуйста… где мой муж, подскажите, — прошептала я севшим голосом, когда мы с Киром подошли к ней.
Теперь людской поток загадочным образом обходил и нас с Киром, увеличив в диаметре круг вокруг говорившей с нами видящей.
— Там, где ты обретёшь себя… — спокойно ответила видящая, уставившись снизу вверх своими удивительными слепыми глазами прямо на меня.
— Я не понимаю, — растерялась я, почувствовав озноб и дрожь по всему телу.
— Ты потеряла солнце внутри себя, зелёный луч, и потерялась сама в этом мире. Твоя жизнь была разбита на осколки, которые ты собрала вновь в одно целое, но… — бормотала словно в трансе видящая.
Она замолчала, а я зашаталась от волнения и слабости и, если бы Кир не приобнял меня, то упала бы прямо к ногам видящей.
— Солнце сгорело внутри тебя… нужно найти новое солнце… Ты хочешь найти мужа, зелёный луч, но… все зря, — видящая замерла, а я побледнела, наверное, ещё больше.
 
Кир каменным изваянием застыл рядом.
— Но и по-другому нельзя, — со вздохом продолжила она. — Так должно быть. Он там, где нужно быть тебе. Ты собрала свою мозаику жизни… он… никогда уже не соберет.
Я зашаталась, сердце сжали тиски, а хмурый Кир уже практически держал весь мой вес на своей напряженной руке и что- то недовольно цедил под нос.