Измена. Без права на ошибку (СИ)

– Обещаю.
Мы медленно прошлись по дому. Андрей показывал комнаты, делился планами. Эту стену снести, здесь сделать гардеробную, там – библиотеку. Говорил с таким воодушевлением, что становилось ясно: он вкладывает в этот дом душу.
Для нас. Для нашего будущего.
  
Глава 21
 
Глава 21
Я стояла у окна своего кабинета, просматривая эскизы нового проекта, когда секретарь позвонила по внутренней линии:
  
– Екатерина Владимировна, к вам... Максим Морозов. Говорит, что это очень важно.
Сердце пропустило удар. Максим. Я не видела его три месяца – с того дня, как суд официально оформил развод. Что ему нужно?
– Пусть подождет десять минут, – сказала я, давая себе время собраться.
Я посмотрела на свое отражение в стекле. Деловой костюм, аккуратная прическа, уверенный взгляд. Ничего общего с той растерянной женщиной, которая три месяца назад застала мужа с любовницей.
Когда я вышла в приемную, едва узнала его.
Максим выглядел ужасно. Мятая рубашка, небритое лицо, темные круги под глазами. Он похудел, осунулся, постарел лет на десять. Стоял у окна, сжимая в руках какие-то помятые бумаги, и при моем появлении вздрогнул.
– Катя, – его голос дрожал. – Спасибо, что согласилась меня принять.
– У меня пять минут, Максим. Говори.
Я не пригласила его в кабинет. Не хотела, чтобы он заходил в мое пространство.
– Я... – он облизал губы. – Катя, я все потерял. Компанию, деньги, репутацию. Живу у друга на диване. Не могу найти работу – никто не хочет брать.
Я молчала, ожидая продолжения.
– Я понял, какую ошибку совершил, – продолжал он, делая шаг ко мне. – Ты была лучшим, что случалось в моей жизни. А я... я все разрушил своими руками.
– Максим...
– Нет, выслушай! – Он схватил меня за руку. – Я люблю тебя. Всегда любил. Просто был слаб, глуп, не ценил того, что имел. Но теперь все изменилось. Я изменился.
Я высвободила руку:
– Ты изменился только потому, что потерял все. Если бы у тебя осталась компания, деньги, власть – ты бы даже не вспомнил обо мне.
– Это не так! – воскликнул он. – Катя, давай начнем все сначала. Уедем куда-нибудь. В другой город, в другую страну. Я найду работу, буду верным мужем, исправлюсь...
Я смотрела на этого человека и чувствовала... ничего. Ни любви, ни ненависти, ни жалости. Пустоту. Как будто смотрела на незнакомца.
– Максим, мы развелись три месяца назад. Официально. Я больше не твоя жена.
– Но это можно исправить! – Он попытался обнять меня, но я отступила. – Катя, пожалуйста. Ты же знаешь, что между нами было что-то настоящее. Пять лет не могут просто исчезнуть!
– Пять лет лжи уже исчезли, – холодно сказала я. – В тот момент, когда я застала тебя с Викой.
– Я был болен! – отчаянно говорил он. – Какой-то вирус, зависимость... Мужчины иногда сходят с ума, но это лечится! Мы можем пойти к психологу, я докажу тебе...
– Стоп, – я подняла руку. – Максим, послушай себя. Ты обвиняешь во всем какой-то «вирус»? Ты изменял мне с десятками женщин пять лет подряд. У тебя трое детей от разных любовниц. Это не болезнь. Это выбор.
– Неправильный выбор! – Он упал на колени. – Катя, я на коленях прошу тебя. Дай мне еще один шанс. Последний.
Я посмотрела на него – на этого жалкого мужчину на коленях – и поняла окончательно: любовь умерла. Может, она умерла давно, а я просто не хотела это признавать. Но сейчас я смотрела на Максима и не чувствовала ничего, кроме легкой брезгливости.
– Вставай, – сказала я тихо. – Не унижай себя.
– Унижай меня! – вскричал он. – Бей, оскорбляй, делай что хочешь! Только не отворачивайся! Катя, я без тебя умру!
– Нет, не умрешь. Найдешь работу, восстановишься, может, даже встретишь кого-то. Но это будет уже без меня.
Я развернулась к двери своего кабинета, но он вскочил и преградил путь:
– У тебя кто-то есть, да? – в его глазах вспыхнула ярость. – Этот Волков? Ты спишь с ним?
– Это не твое дело, Максим.
– Еще как мое! – Он схватил меня за плечи. – Ты моя жена!
– Бывшая жена! – Я попыталась оттолкнуть его, но он держал крепко. – Отпусти меня немедленно!
– Ты променяла меня на него! На человека, который разрушил мою жизнь!
– Ты сам разрушил свою жизнь! – выкрикнула я. – А теперь отпусти, пока я не вызвала охрану!
В приемную вбежал Игорь, услышав крики:
– Катя, что происходит?
Максим отпустил меня и обернулся к нему:
– Это не твое дело! Я разговариваю с женой!
– С бывшей женой, которая явно не хочет с тобой разговаривать, – холодно сказал Игорь. – Проваливай, пока я не вызвал полицию.
Максим метнул на меня полный ненависти взгляд:
– Это он настроил тебя против меня, да? Волков! Все из-за него!
– Все из-за тебя, – устало сказала я. – Уходи, Максим. И больше не приходи.
Он стоял еще несколько секунд, тяжело дыша. Потом развернулся и выбежал из офиса, хлопнув дверью так, что задребезжали стекла.
– Ты в порядке? – Игорь обеспокоенно посмотрел на меня.
– Да. Просто... дай мне минутку.
Я вернулась в кабинет и закрыла дверь. Руки дрожали. Не от страха – от осознания того, как низко пал человек, которого я когда-то любила.
Вечером я рассказала Андрею о визите Максима. Мы сидели на террасе нового дома – ремонт еще не закончился, но уже можно было приезжать, мечтать о будущем.
– Он приходил к тебе? – Андрей нахмурился. – Чего хотел?
– Прощения. Нового шанса. – Я отпила вина. – Говорил, что изменился, что любит меня.
– И что ты ответила?
– Что между нами все кончено. Навсегда.
Андрей обнял меня:
– Он опасен, Катя. Человек, который потерял все, может на многое решиться.
– Ты думаешь...
– Я думаю, тебе нужна охрана. Хотя бы на время.
Я хотела возразить, но что-то в его словах заставило задуматься. В глазах Максима действительно была не просто отчаяние. Там была ярость.
Следующие два дня прошли спокойно. Я почти забыла о визите Максима, погрузившись в работу над новым проектом. Андрей, как всегда, задерживался в офисе допоздна.
И вот вечером мне позвонил незнакомый номер:
– Екатерина Владимировна? Это дежурный 23-го отделения полиции. Вам нужно срочно приехать. Произошел инцидент с участием вашего... Андрея Волкова.
Сердце провалилось в пропасть.
– Что случилось?!
– Приезжайте. Объясним на месте.
Я примчалась в отделение за двадцать минут. Андрей сидел в комнате для допросов, держа пакет со льдом на разбитой губе. Увидев меня, вскочил:
– Катя! Прости, я не хотел, чтобы ты об этом узнала...
– Что произошло?!
Следователь, мужчина лет пятидесяти, жестом пригласил меня сесть:
– Ваш бывший муж напал на господина Волкова около его офиса. Удар битой по голове, попытка нанести повторный удар. Господину Волкову повезло – он увернулся, и удар пришелся по плечу.
Я посмотрела на Андрея – на разбитую губу, синяк под глазом, разорванную рубашку.
– Максим... Максим сделал это?
– Он сидит в соседней комнате, – кивнул следователь. – Признается во всем. Говорит, что господин Волков разрушил его жизнь, соблазнил жену. Что хотел восстановить справедливость.
– Он сумасшедший, – прошептала я.
– Возможно. Психиатрическую экспертизу назначим. Но факт остается фактом – покушение на убийство. Господин Волков будет писать заявление?
Андрей посмотрел на меня:
– Катя, это твое решение тоже. Он твой бывший муж.
Я встала и подошла к окну. В соседней комнате, за стеклом, сидел Максим. Сгорбленный, в наручниках, с пустым взглядом. Жалкий, сломленный, конченный человек.
  
Часть меня – та, что помнила пять лет брака – хотела пожалеть его. Но другая часть, более сильная, вспомнила все предательства, всю ложь, всю боль.
– Пишите заявление, – сказала я, не глядя на Максима. – Пусть несет ответственность за свои действия.