Эридон. Игры судьбы

– Астрид, это надолго? – донёсся голос Андраса из-за плеча.
– Было бы надолго, но нас уже сдали. Скоро здесь будет кто-то из преподавателей. Надо ускоряться, – я вытащила из сапога кинжал, любимый, проверенный.
Лезвие скользнуло по щеке желтоглазого не прорезая кожу, но достаточно близко, чтобы напрячься.
– Последнее предупреждение: не лезьте ко мне. Иначе придётся долго зализывать раны, – клинок сместился к его бедру. – И последствия запомнятся надолго.
  
– Ты переходишь границы, – это был уже напряжённый голос синеглазого.
Я нехотя перевела на него взгляд – и не пожалела. По скулам недооборотня ходили желваки, чуть прищуренные глаза метали молнии, губы сложились в напряжённую линию, брови сведены, между ними пролегла глубокая складка. Застывшая угроза. Красив, ничего не скажешь. Даже слишком. Я бы и засмотрелась, но не тот момент, не та обстановка, да и в руках кинжал, не зря же я его доставала.
– Границы? – я наклонилась ближе, и лезвие легло ему на щёку, повторяя ту же самую ласковую, почти дразнящую траекторию, что и с оборотнем. – Их с завидным постоянством переходишь ты и твой дружок с хвостом. Но, странное дело, тебя это почему-то не тревожит.
Пальцы крепче сжали рукоять кинжала. Не для удара – для акцента. Вплотную поднесла его к его глазу.
– Напомнить, что я обещала сделать с твоими глазами, Рианс? Или сам вспомнишь?
Он не отвёл взгляд. Но в их синеве что-то мелькнуло.
– Астрид, – осторожно позвал Андрас.
Видимо, он был уверен, что я сейчас займусь выкалыванием глаз.
Спасибо, конечно, за веру, но я не законченная идиотка. 
Хотя… кто знает, как бы я поступила, будь сейчас не в академии.
– Андрас, – повернулась к нему, давая возможность прочитать всё, что думаю, без слов. – Я только один, для профилактики, – ласково добавила, но взгляд был куда красноречивее: «Это игра, демон. Не мешай мне выигрывать».
Он понял. Кивнул едва заметно. Я уже развернулась обратно к своей «жертве», чтобы закончить спектакль (может, парой слов, может, лёгким порезом по самолюбию), как вдруг меня резко схватили за запястье.
Пальцы – горячие, крепкие. Рывок. И я уже знала, кто это. Даже не глядя. Потому что воздух сам вокруг него будто изменился: сгустился, задрожал.
– Пора поговорить, – жесткий приказ и прежде, чем я успела что-либо сказать (что-нибудь очень острое и очень грубое), меня затянуло в переход.
Перемещение длилось не дольше удара сердца.
Мы с недооборотнем оказались посреди пустыря под ливнем. Дождь бил в лицо острыми каплями, вынуждая щуриться. Слева темнел лес, справа мерцал огнями город и громоздилась академия.
Я промокла за секунду. Рубашка прилипла к телу, мокрые волосы прилипли к лицу. Вскинув голову, я огляделась и с раздражением спросила:
– Как ты выбрался? – голос тонул в громовых раскатах, пришлось говорить громче. – Удачное место для «поговорить». Идеально подходящее для убийства. Без свидетелей.
– Да кому ты нужна, чтобы тебя убивать, – фыркнул он. Волосы мокрые, в глазах мечутся отблески молний. – Я действительно хочу поговорить без криков и твоих любимых угроз.
– Мы этим и занимались. Только в более комфортной обстановке, – с нажимом заявила я. Молнии вспыхивали с пугающей частотой, а щит, который я пыталась вызвать, моментально рассыпался в воздухе. – Так как ты выбрался?
– Ловкость рук и годы тренировок, – буркнул синеглазый в ответ. – Астрид, мне надоели эти стычки.
Он сделал шаг, приблизившись почти вплотную. Голос стал ниже, мягче, в нем появилась тянущая нотка – такая, от которой у неподготовленных особ учащается пульс.
– Можешь просто поговорить? Хотя бы раз?
– Только после вас, – я вскинула подбородок.
– В день знакомства ты сама себе что-то придумала, сама на это разозлилась и объявила нас врагами! – ему тоже пришлось кричать, несмотря на небольшое расстояние между нами.
Гроза продолжала набирать обороты, раскаты грома становились все мощнее.
– Так и живи себе спокойно, я же за вами не гоняюсь в попытке убить, – проорала я в ответ. – Это вы постоянно перед моим носом появляетесь! В чем проблема? Нам нет необходимости пересекаться.
– Проблема в том, что…
Договорить он не успел – в следующий миг небо разорвалось вспышкой. Грохот был такой силы, что земля под ногами завибрировала. Молния ударила в то небольшое пространство, что было между нами – всполох белого света ослепил, нас отбросило в стороны, будто две щепки.
Хвала моим рефлексам, которые успевают среагировать до того, как голова поймет, что произошло. Иначе катиться бы мне кубарем по мокрой земле и набивать синяки камнями, которыми она усыпана. Ещё в полете моё тело сгруппировалось, и в нужный момент я ногами оттолкнулась от земли, кувыркнулась назад и приземлилась на ноги. Быстро оглядевшись, увидела, что собеседник мой тоже стоит на ногах на другой стороне пустыря.
Только я сделала шаг, как в мою сторону полетела искра. Заклинание! Почти невидимое в свете молний, но я успела. Щит, краткий и слабый, вырвался из ладони и тут же исчез в грозе, но его хватило: удар магии разбился, не дойдя до тела.
– Какого гоблина? – выдохнула я, пытаясь понять, откуда пришла атака. Неужели ловушка от недооборотня?
– Астрид, осторожно! – возглас Рианса был таким, что мне показалось, будто он пытается прорваться сквозь саму бурю.
И… всё замедлилось.
Вот я стою посреди пустыря, стараясь увидеть нападавшего.
В тридцати шагах от меня Рианс уже сорвался с места. Бежит. Но его движения как во сне, в котором ты тонешь в мёде: слишком медленные, слишком беспомощные. Он не успеет.
Я не понимаю – зачем он бежит? У него нет причин.
А я не двигаюсь. Просто смотрю, как над головой возникает ещё одна молния, сверкая мёртвенно-белым светом. Она летит в меня. Секунда – и цель будет достигнута.
Щиты бесполезны, гроза впитает их мгновенно, что только усилит удар молнии. Отпрыгнуть? Поздно, она совсем близко.
Интересно, убьёт сразу? Или оставит сгоревшей наполовину?
И в этот момент – тьма.
Вспышка исчезает, как будто кто-то вырвал её из реальности. Пространство над моей головой заволокло густым, чёрным, почти осязаемым туманом.
Рианс Либери
Девчонка металась глазами по сторонам, в попытке разглядеть что-то сквозь завесу дождя, а молния уже неслась к ней: яркая, жгучая, будто воплощённый гнев грозы.
– Астрид, осторожно! – крик сорвался, прежде чем мысль оформилась.
Руки взметнулись сами собой, и я сделал единственное, что могло дать ей хоть какой-то шанс – замедлил время. Сила уходила, будто её выливали через край. Гроза пила энергию жадно, впитывая всё до капли.
Проклятье! Видимо, из-за этой же бури нас и швырнуло сюда, на пустырь, а не в таверну, где я хотел нормально поговорить с этой безумной девчонкой. 
– Ну же… уходи от удара, глупая человеческая девчонка, – рыкнул я.
Правда, мои сомнения в том, что она человек, только усилились, когда я сегодня обнаружил на её ауре следы морока. Распознать, действующий он или был ранее, не успел, след испарился. Но он точно был.
Астрид стояла. Просто стояла. Даже не дёрнулась. Я рванулся к ней…
Почему ты не двигаешься?!
Молния близко, я не успею.
Но тут появилась тьма. Вязкая, плотная, будто вытканная из самого мрака. Развернулась прямо над её головой, заслонив небо.
Андрас, ты решил сам прикончить девочку?
Астрид Веленская
Оглушительный взрыв прогремел прямо над головой, заставив меня вздрогнуть. Небо будто разорвалось надвое, но я не видела ничего. Вокруг меня стояла густая кромешная тьма, настолько плотная, что казалось – если протянуть руку, то она не пройдёт сквозь неё, а упрётся в стену. Но эта тьма вела себя странно… ластилась, как котёнок, прося внимания, признания. Её прикосновения были … знакомы. Как будто мы уже встречались.
  
Иногда в этом чернильном мареве вспыхивали фиолетовые разряды, как отблески молний, застрявших внутри неё. Тьма поглощала удары грозы, превращая их в нечто своё.