Эридон. Игры судьбы

– Потому что тёмные не прикрываются ароматами, чтобы скрыть гниль, – прошептал демон. – У них иная философия: если тебя тошнит от правды, значит, ты не готов её услышать.
Я кивнула. Знала. И всё равно шла. Возможно, из упрямства. Возможно, потому что слишком уж хотелось услышать хоть один ответ. Пусть даже и не тот, к которому я готова.
– Андрас, я забыла, кто у них тут самый главный? Нам же к нему надо, – тихо уточнила я, не сводя взгляда с очередной сверкающей вывески. Как назло, в самый неподходящий момент нужные слова вылетают из головы. Да уж, хороша наследница. Папенька бы погладил… чем-нибудь тяжёлым, чтобы род его не позорила.
  
– Видящий, – подсказал Андрас, почти не разжимая губ.
– Точно. Как могла забыть…
Видящий у тёмных эльфов, как повелитель – у демонов, император – у людей, владыка – у драконов, архонт – у светлых эльфов. Высший титул, в общем. Им становится сильнейших из тёмных и правит до тех пор, пока не родится тот, кто превзойдёт его по силе. И за последние триста лет такого ещё не случалось.
Снег смягчал звук шагов, прятал мир в кокон тишины и делал даже грубые вывески чуть сказочнее.
– А кто-нибудь знает, куда нам нужно идти? – нарушила молчание Тиана, продолжая с любопытством разглядывать надписи. Похоже, что её заинтересовала та, что гласила: «Найди свою любовь». Уж лучше бы что посущественнее искала…
– Единственный отдельно стоящий дом на этой улице – приемная Видящего, – отозвался синеглазый. – Пройти мимо будет сложно.
– Тогда предлагаю разделиться, чтобы не терять время. Мы с кудряшкой пойдем искать таверну, всё же наша основная цель была отдохнуть, а вы сходите к этому предсказателю и потом расскажете новости, – выступил с предложением оборотень.
– Но я тоже хочу к предсказателю! – Тиана надула губы и скрестила руки, как обиженный ребёнок.
– Звезда моя, мы обязательно зайдём в лавку, которая так привлекла твоё внимание, – он глянул на вывеску «Найди свою любовь». – Но должен предупредить: пустая трата монет. Я и без пророчеств скажу, где твоя судьба, – и гордо ткнул пальцем в себя.
– В твоих влажных фантазиях, – отрезала она.
– Фантазии – дело гибкое, – невозмутимо ответил Никлас и уже почти повернулся к лавке с надписью «Приворот», как…
– Только попробуй, блохастый, – рыкнул Андрас, – и твоей единственной страстью станет полено. На всю оставшуюся жизнь.
– Спасибо, но дриады – не мой вкус, – с невинной улыбкой парировал оборотень.
– Довольно! – не выдержал Рианс.
Похоже, и его терпение заканчивалось.
– Мы идём к Видящему. Никлас, Тиана – в таверну, – он многозначительно посмотрел на оборотня. – Без глупостей.
– Угораздило же меня попасть в компанию, где ни люди, ни нелюди не знают, что такое юмор! – драматично вздохнул Никлас, подняв руки к небу. – Пойдём, кудряшка. Хоть тебя развлеку, пока эти мрачные типы будут раскапывать чьи-то судьбы.
Он не дал Тиане и слова вставить: просто подхватил её за руку и увёл прочь, свернув на боковую улицу. Девушка обернулась, бросив мне взгляд, в котором смешались смущение и сдержанный смех, но сопротивляться не стала.
Мы стояли в молчании до тех пор, пока парочка не скрылась из виду. Я мысленно прокручивала варианты: как бы избавиться от чернявого и дойти до Видящего. Андрас хранил молчание, но я чувствовала – он тоже что-то прикидывает. А недооборотень… Да бездна его знает, он немногословен.
– Я только одного не понял, – наконец нарушил молчание Андрас, не оборачиваясь, – А кто назначил тебя главным?
Рианс закатил глаза, видимо, в попытке кому-то взмолиться и ничего не ответил.
– Молчишь? Вот и отлично, – удовлетворённо кивнул демон. – Потому что это мы с Астрид идём к Видящему. А ты можешь остаться тут и покормить птиц. Или пойти за своим домашним любимцем, – он взял меня за руку и уверенно повёл вдоль улицы, не дожидаясь реакции.
Но мы сделали всего пару шагов, когда услышали:
– Одна проблема, демон. Ты мрачный, а тёмные эльфы вас не жалуют.
Тьма, синеглазый прав.
У тёмных эльфов с мрачными давно особые отношения, которые я бы назвала «маму не поделили». Тёмные презирают мрачных, считая их бастардами тьмы и искренне веря, что только они её истинные дети. А мрачные не любят, когда их называют бастардами и бьют за это морду эльфам. Так что да, аргумент был весомым.
– И давно ты стал таким знатоком эльфийских симпатий? – едко бросила я, разворачиваясь.
– Давно, – Рианс скрестил руки на груди, на его лице проступила усмешка.
Над ним кружились снежинки, цепляясь за волосы и ресницы, но он и не думал их смахивать.
– В отличие от некоторых, я хоть иногда включаю голову.
Я почувствовала, как раздражение начинает подниматься от живота, растекаясь по грудной клетке.
– Не вижу никакой проблемы. Я не младенец и не нуждаюсь в сопровождении для похода к злобным предсказателям. Обещаю сладкого у чужих не брать и в тёмные подворотни не заходить. В крайнем случае, если меня попытаются съесть…
– Ты человек, Астрид, – перебил Рианс.
Я едва не проговорилась. Челюсти сжались сами собой.
– Иии?.. – протянула я, всё ещё стараясь держать нейтральный тон.
– И? – он повернулся к Андрасу, проигнорировав меня. – Андрас, ты точно за неё отвечаешь? Мне кажется, есть более гуманные способы избавиться от подопечной. Напомню: тёмные эльфы практикуют ритуалы на человеческой крови.
Он смотрел на Андраса, как будто ждал, что тот вот-вот скажет: «Ошибочка вышла, девочка подзабыла теорию». Это… задело.
– Оторванными руками они пентаграммы не нарисуют, – холодно изрекла я.
Но Рианс будто не услышал. Или не захотел услышать.
– Астрид, это эльфы. Тёмные, мать твою, эльфы! – в синеве глаз сверкнуло. – Ты – человек! Как бы хорошо тебя не обучили, ты не ровня им. Они не будут с тобой нянчиться, как мы с Никласом. На место сразу поставят! Без вопросов.
Когда недооборотень закончил свою гневную тираду, у него появилась большая проблема в лице разозлённой меня. Холодное бешенство взметнулось, как пламя, пронизывая до костей. Снег, словно откликаясь, стал идти гуще, ветер усилился, хлопья больно били по щеке. Я выпрямилась и медленно сделала шаг вперёд, сдерживая эмоции лишь внешне. Потому что внутри – внутри будто раздался голос, властный, грозный, древний, и напомнил, кто я.
– И какое же у меня место, интересно узнать? – растягивая каждое слово, спросила я.
Я готова была убивать. Без разбора, безжалостно, мучительно. И плевать я хотела, что, кроме Андраса, никто не знает о том, что я не человек, а очень даже злобный огненный демон.
– Тебе по пищевой цепочке рассказать или сама догадаешься? – Рианс подошел ближе, чтобы случайные прохожие не стали свидетелями разговора. – Астрид, сейчас не время играть в богов. Приспусти своё тщеславие и включи голову.
Огненный шар сорвался с моей ладони почти машинально. И, будь его рефлексы чуть медленнее, он бы уже шипел с обгоревшими бровями. Но шар, едва подлетев к плечу, бесследно рассыпался в воздухе.
Недооборотень застыл изваянием, по его скулам побежали желваки, взгляд стал колючим. Повеяло ледяным ветром.
– Астрид, ты переходишь границы. Мне надоело играть с тобой в эти игры. Если ты ещё раз позволишь себе подобное…
– И что будет, Рианс? – вмешался Андрас, делая шаг вперёд и заслоняя меня собой.
– Ты знаешь ответ, Андрас. Следи за своей подопечной, иначе рискуешь остаться без неё.
– Угрожаешь? – голос демона стал замогильным, тени вокруг него резко сгустились, вокруг стало мрачнее.
Если бы я могла видеть его лицо, поставила бы золотой, что чёрные вены уже расползлись по коже.
  
– Предупреждаю. Я не знаю, почему ты позволяешь девчонке подобное, но я терпеть это не намерен. Сейчас у нас одна миссия и рисковать ради самомнения данной особы я не буду. Либо мы идём вдвоём, либо я иду один.
– Эльфа лысого ты пойдешь один! – я резко вышла из-за спины Андраса, достала кинжал и направила его в сторону будущего трупа. – Мы пойдем к эльфу вместе, но потом, – я подошла ближе, – я предлагаю тебе лично узнать, какое у меня место в пищевой цепочке.