Эридон. Игры судьбы
Её фиалковые глаза сверкнули, и она подмигнула, как будто мы с ней уже лучшие подруги. На моё счастье, на этом она решила закончить наше знакомство… по крайней мере, пока.
Но уже через пару секунд произошло то, чего я опасалась с самого начала: магия природы проснулась. С потолка плавно спустились лианы, шевелясь, как живые. Они с мягким шелестом обвили колонну у изголовья её кровати, затем принялись растекаться по стенам, словно зелёная паутина. Там, где был гладкий, прохладный каменный пол, теперь распустилась сочная изумрудная трава. Я даже услышала, как она влажно скрипнула под каблуком эльфийки.
А потом на её столе вырос мох. Настоящий, с мелкими капельками росы и запахом сырости, как в старом лесу после дождя. Я поморщилась.
Бррр… Грибов только не хватало.
Оглядела свою половину комнаты, которую магия, слава богам, не тронула. Холодные стены, аккуратная кровать, сумка с вещами – всё под контролем. В отличие от этой ботанической феерии.
Эльфийка между тем принялась напевать что-то на своём лёгком звенящем языке. Лианы затрепетали, отзываясь на её голос, и я вполне серьёзно подумала: не поговорить ли с магистром о переселении. В одиночной камере вряд ли так пахнет болотом.
Нет, я, конечно, люблю красоту и изящество, но в данном случае не вижу смысла тратить время на такую ерунду.
Задерживаться здесь в мои планы не входит, значит, и обустраиваться смысла не имеет.
Да и после долгих лет обучения с наставником в условиях казармы я привыкла к голым стенам и минимализму в мебели.
Я повернулась к шкафу. То, что он необычный, я поняла, как только зашла в комнату: магический фон ощущался с порога. Внушительный, с дверцами, покрытыми узорами, которые могли показаться просто резьбой… но нет. Это были переплетения формул и потоков. Я узнала их: паутина, вплетённая в ткань магии, невидимая обычным зрением, но ясная для того, кто хоть раз пытался читать потоки. Его сделали не просто мастера-бытовики, а фанатики детализации и контроля. Создание такой «бездонки» не про «хлопнуть в ладоши и произнести заклинание». Это магическая симфония, выстроенная до секунды и наносимая в чёткой последовательности, где малейшая ошибка делает шкаф… взрывоопасным.
Я, признаться, не умею составлять такие сложные структуры. Мне больше по душе пламя и энергия боя, а не тонкие переплетения формул, требующие часов и дней сосредоточенного писка пером и ментальной выносливости.
Но вот пользоваться этим чудом – запросто. По мысленному приказу вещи из сумки-«бездонки» словно ожили: аккуратно, без звука, они начали одна за другой перекочёвывать в шкаф. Свёртки, мантия, пара томов – всё раскладывалось на полках само, будто невидимая хозяйка приводила мой гардероб в порядок.
Большинство магов-новичков снисходительно морщит нос, когда слышит о факультете бытовой магии. Мол, туда идут те, у кого ни запал, ни сила не тянут на что-то серьёзное. Наивные.
Во-первых, создать «бездонку» может только маг с высшим допуском и устойчивой психикой, потому что ошибиться в расчётах там легче лёгкого. Во-вторых, кроме самих формул, требуется участие артефакторов, чтобы выдержать нагрузку входящих магических потоков и не сложиться, как карточный домик.
И да, такая вещь стоит целое состояние. Поэтому они и существуют пока только в двух видах – сумка и шкаф. Но больше меня удивило другое: этот шкаф стоял в обычной комнате общежития. Не в покоях магистра, не в лаборатории, а здесь, рядом с кроватью, с потрёпанным ковром у изножья и треснувшей подоконной доской. Как будто академия говорила: «Мы можем себе позволить вложиться в вас».
Я провела пальцами по резному краю двери, ощущая слабое покалывание активации.
– Ну что ж, академия, – пробормотала я себе под нос, – ты умеешь удивлять. Даже без иллюзий и пафоса.
И, надо признать, за этот шкаф ты получила маленький плюс в моём списке. Пока что единственный.
Дальше у меня по плану – переодеться и сходить за книгами: может, если я попытаюсь изображать прилежную ученицу, меня раньше отсюда заберут?
Пока эльфийка с воодушевлением перебирала свои плетёные сумки, откуда периодически выглядывали цветы и какие-то странные веточки, я вытащила из шкафа тёмные кожаные брюки, белую рубашку с длинными рукавами и удобный, прочный жилет в тон. Бросила короткий взгляд на тунику и штаны, в которых была: мятая, слегка запылённая ткань уже просила замены.
Переодевалась без спешки: сняла тунику, стянула брюки и закинула их на край кровати (потом нужно будет воспользоваться очищающим зельем). Ткань рубашки прохладой коснулась плеч, заставляя кожу покрыться мурашками. Брюки сели как вторая кожа, мягкие, комфортные. Жилет – последний штрих.
Подошла к зеркалу. Рыжие густые волосы ниспадали до талии – не просто медные, нет. Это был огонь, замёрзший в янтаре, где каждый локон – отблеск закатного солнца. Я поправила пару прядей, спадающих на лицо, и встретилась с самой собой взглядом.
Большие тёмно-зелёные глаза глядели пристально. В них, в самой глубине, скрывалась боль – старая, закалённая, утрамбованная глубоко под слоями холода и контроля. Чтобы никто не догадался. Чтобы видели только взгляд, способный прожечь насквозь.
Когда-то эти глаза сияли, мечтали, жили. А теперь они наблюдали. Оценивали. Ждали.
Я усмехнулась уголками губ. В этом отражении было всё: воспоминания, гнев и сила, которая уже не нуждалась в доказательствах.
Лицо с лёгким загаром, пухлые губы нежно-розового цвета. Красивая? Да. Я это знала. И не стеснялась использовать, когда нужно. Флирт – удобное оружие. Не обязывает. Не ранит.
Своим телом я гордилась. Не за форму. Не за изгибы. За выносливость и силу.
Чтобы волосы не мешали, я быстро собрала их в высокий хвост, стянула тугим ремешком, пригладила выбившиеся пряди. Наклонилась, застегнула ремешок на сапоге, выпрямилась и уже открывала дверь, когда за спиной вновь раздался голос эльфийки:
– Ой, а ты случайно не за учебниками?
Я обернулась через плечо. Элеймистина стояла у шкафа, аккуратно укладывая какие-то свёртки и книги на свободную полку. Двигалась плавно и слишком размеренно, будто находилась в лесной резиденции.
– За ними, – коротко кивнула я, внутренне уже готовясь к неизбежному. Ох, сейчас увяжется.
– Давай вместе сходим, – с воодушевлением предложила она, повернувшись ко мне. – Заодно узнаем друг друга лучше. Нам же пять лет вместе жить.
Очень надеюсь, что это не так.
Вслух я лишь спокойно сказала:
– Ладно.
Дверь открылась с лёгким скрипом, я шагнула в коридор, прикидывая, насколько быстро смогу от неё оторваться, если будет много болтать. Перед тем как выйти, эльфийка закрыла шкаф и довольно улыбнулась, как будто поставила первую галочку в списке «подружиться с соседкой».
Что ж, возможно, в бытовых мелочах помощница мне и пригодится.
Хотя бы в качестве щита от особо болтливых одногруппников.
***
Мы шли по просторным и длинным коридорам академии в сторону библиотеки вот уже добрых десять минут. Эли говорила без умолку, рассказывая о своём детстве, восхищаясь академией, задавая вопросы и тут же переключаясь на другие темы. Она замолчала лишь раз, когда мимо проходил преподаватель. После этой короткой паузы ей почему-то пришло в голову поделиться со мной историей своего поступления в академию.
Задумавшись о своём, я перестала её слышать, но Элеймистине, оказывается, требовались не только «свободные уши», но и ответная реакция.
– И после того, как меня чуть не выдали замуж, я решила отправиться в академию, – она повернулась ко мне. – Ведь мага не могут принудить к замужеству. Он сам вправе решать, когда, с кем и за кого, – на этих словах эльфийка не только добавила громкости в голосе, но и стала жестикулировать, словно готовясь к сражению за свои убеждения.
Я на всякий случай снова отклонилась влево, чтобы мне не прилетело в голову. И мельком отметила свои реакции на новую соседку: раздражение, вызванное преувеличенной эмоциональностью и легковерностью собеседницы, доминировало, и в этом ничего хорошего. Но если сменить угол восприятия, то такими натурами манипулировать проще. Достаточно пары правильных слов, чуть приукрасить реальность – и они сами начнут действовать в нужном тебе направлении, считая это своей инициативой. Хотя ей бы стоило срочно научиться следить за своими руками – я уже в седьмой раз увернулась от её попытки похлопать меня по плечу или взять за локоть. Словно её совсем не учили манерам.