Эридон. Игры судьбы

Зверь внутри рычал от удовольствия и предвкушения, в голове набатом звучало: «Моя, моя, моя».
 
Глава 8
 
Астрид Веленская
Разум завопил, срываясь на отчаянный крик внутри в тот момент, когда моя туника оказалась на полу, а губы предательски выдали тихий стон – слишком явный отклик на движения его ладоней. Всё слишком. Слишком горячо, слишком близко, слишком… опасно. В груди заколотило от чувства, которое я не имела права сейчас испытывать.
  
Я резко оттолкнула Рианса. Его тело отозвалось упругим сопротивлением, но он отступил. Я вскочила на ноги, почти не чувствуя пола под ступнями, и схватила тунику, прикрывая ею грудь. На одевание сил не было – меня трясло.
– Уходи, – прошипела, с трудом выдавливая слова.
Он сидел на полу, тяжело дыша. Смотрел на меня снизу вверх, и в его взгляде было то, чего я не хотела видеть.
– Астрид, ты серьёзно? – хрипло спросил.
– Про-ва-ли-вай, – по слогам процедила я.
Отошла на пару шагов назад, но… не рассчитала, что кровать так близко, и чуть не завалилась на неё. Только рефлексы спасли от позорного падения.
– Ты сама не знаешь, чего хочешь, – в голосе появилась доля раздражения.
Рианс начал подниматься.
– А ты знаешь? – огрызнулась, натягивая тунику и отворачиваясь. – Или думаешь, что если кто-то на миг откликнулся, это что-то значит?
– Я видел, как ты смотришь на меня. Это не «на миг».
– Ошибаешься. Всё это ошибка, – я резко развернулась к нему. – Ты не должен был… Я не должна была… – я стиснула зубы, отказываясь завершать эту фразу. – Просто уйди, Рианс.
Он продолжал молча смотреть… И не уходил. Синие глаза полыхали живым, обжигающим чувством. А потом он удручённо вздохнул.
– Знаешь, я привык к тому, что люди пугаются сильных чувств, не могут их понять. Ты не первая. Но ты – первая, с кем мне не всё равно.
– Прекрати! – крик сорвался с губ, прежде чем я осознала. – Не смей…
Я быстро подошла к двери, распахнула её… и чуть не получила по голове.
– Астрид, у тебя все хор…– Андрас замолчал, увидев, что я стою босиком, в одной рубашке, с растрёпанными волосами, а напротив – Рианс, полуодетый, с потемневшим взглядом.
– А он что здесь забыл? – занесенная для стука рука тут же сжалась в кулак, готовый к удару.
Не дожидаясь приглашения, демон прошел в комнату, чуть отодвинув меня в сторону и встав так, что я оказалась за его спиной.
– Делаю за тебя твою работу, – пожал плечами Рианс, одной рукой удерживая брюки, а второй поправляя рубашку.
Ухмылка, появившаяся на его лице, говорила о том, что его ничуть не смущает сложившаяся ситуация.
– Позволь узнать, – рыкнул Андрас, и в комнате потемнело. – Что за работа такая, где штаны снимать нужно?
Синеглазый вальяжно уселся на кровать, подмигнул мне и ответил:
– Это… так сказать, экстренная благодарность за спасение.
– Чтооо?! – синхронный вопль был такой силы, что с потолка посыпалась пыль.
– Я убью тебя!
И полыхнуло пламя.
Андрас Калести
Пламя метнулось к Риансу, но тот даже не пошевелился. Самоуверенное поведение, за которое он тут же поплатился, когда огонь пробил его щит. Одно дело – направленный удар человека и совсем другое – эмоциональный огонь от взбешенного демона.
Но, должен признать, Рианс среагировал мгновенно. Его рука взметнулась – и поток ветра рванул навстречу огненному вихрю. Воздух засвистел, магии столкнулись в грохочущем ударе. Стихии боролись, и пламя было оттеснено в потолок, где деревянные перекрытия тут же загорелись.
– Астрид, отзови огонь! – крикнул я, активируя щит. – Ты спалишь всё вокруг!
– Как только спалю его, – огрызнулась она.
Глаза – горящие угли, голос – пламя. Силуэт Астрид словно дрожал от сдерживаемой ярости, и я видел, как её магия пульсирует, искажая воздух вокруг.
Гадать о причинах её состояния не нужно: я увидел достаточно, чтобы сделать выводы. Полностью на её стороне: думать надо, что говоришь девушке. Но теперь моя задача отгородить её от Рианса.
– Астрид, остановись. Или это сделаю я.
Шагнул ближе, незаметно призывая тьму и готовясь в любой момент вмешаться.
Она повернулась ко мне, и взгляд её резанул, как лезвие. В нём было всё: гнев, боль, уязвимость, за которую она себя ненавидела. Но пламя, хоть и не сразу, начало гаснуть. Оно дёргалось, извивалось в воздухе, будто не желало покоряться. Но слабело, постепенно становясь дымом, гарью, тяжёлым вздохом на потолке.
Я выдохнул. И только теперь заметил, что Рианса уже нет в комнате. Убедившись, что Астрид в порядке и её гнев утих, я развернулся и вышел. Он не мог уйти далеко.
– Рианс! – позвал, увидев его в конце коридора.
Он остановился, но не повернулся.
– Не смей к ней приближаться, ты меня понял?
Его плечи нервно дёрнулись.
– Ты знаешь, я не предупреждаю дважды.
– Увидим, Андрас, – было мне тихим ответом, после чего он ушёл.
Хаос, только этого нам не хватало!
***
Я вернулся в комнату, не спеша закрыл за собой дверь и окинул Астрид взглядом. Она стояла у окна не двигаясь, в напряжении, словно что-то сдерживала.
Смятая рубашка едва прикрывала плечи, на виске полоска запёкшейся крови, на щеке красное пятно от удара. В воздухе стоял запах гари, сандала и чересчур сильных эмоций. Таких, что даже тьма в уголке комнаты казалась плотнее обычного.
– Ты в порядке? – спросил я.
Она повернула ко мне лицо, каждая черта которого выражала усталость. Но взгляд уже был холодным:
– Буду. Когда приведу себя в порядок. Можешь пока заняться улицей? От следов нужно избавиться.
Я молча кивнул. Иногда лучший способ помочь – не мешать.
Она двинулась к двери ванной комнаты. Краем глаза заметил, что левая рука немного на отлёте от тела – неестественный угол, словно что-то мешает. Промолчал. Если ей нужно, скажет сама. Когда за ней закрылась дверь, я ушёл на улицу.
Снаружи было тихо. Ветер качал вывески и голые ветки деревьев, ночной морозный воздух обжёг лёгкие. Улица пустынна, дома спят.
Но уже в следующую секунду… сладковатый запах крови, следы сражения на брусчатке, вмятины от ударов на ограждениях, бурые потёки и тела. Я поднял руку, и тьма мгновенно отозвалась. Густая, вязкая, как чернила, она скользнула по улице, обвивая каждый предмет, втягивая их в себя без звука, как в болото. Кровь, магические следы, даже запах – она поглощала всё. Ни шороха, ни всплеска, только лёгкое понижение температуры и тишина. Я стер всё, что можно стереть. Смерть не должна оставлять следов, когда это касается нас, особенно наследницы.
Закончил чистку, на секунду задержал взгляд на верхнем этаже таверны. Там, за стенами, девушка, которую он умудрился задеть глубже, чем она могла себе позволить.
Но об этом потом. 
Когда я вернулся в комнату Астарты, она лежала поперёк кровати. На меня не отреагировала никак. Её волосы раскинулись по подушке, в воздухе над ладонью медленно крутились огненные снежинки, каждая из которых вспыхивала, мерцала и таяла.
– Успокаиваешься? – спросил я, стараясь не нарушить её сосредоточенности.
– Размышляю, – с усталостью в голосе, что приходит после эмоционального взрыва, ответила наследница.
Я осторожно, чтобы не потревожить, сел на край кровати. Долго молчал, прежде чем продолжить.
– О чём?
– «Ваше величество, я не успел», – произнесла она вдруг, и от этих слов внутри у меня стало пусто.
Фраза, клеймом вбитая в мою память. Слова, которые я когда-то произнёс, стоя в кабинете перед повелителем с опущенной головой, не в силах смотреть ему в глаза. А теперь они прозвучали от неё – спокойно, отчуждённо, будто цитата.
  
Она вспомнила.
Я знал, что этот день однажды наступит. И пытался отсрочить его в надежде, что чудо случится, и воспоминание не всплывёт. Но в тоже время думал, даже надеялся, что она узнает меня ещё при первой встрече, что в её взгляде промелькнёт хоть капля узнавания. Но этого не случилось. И я, вопреки логике, испытал облегчение вперемешку с разочарованием, которое жгло изнутри. Почему она должна помнить гонца, который принес самую страшную новость не только для неё, а для всего нашего народа?