Спектакль

Натали сложила руки на груди.
– Удивительно, что распятие не загорелось.
– Еще успеет загореться, – ответила Симона.
Палач уложил Пранзини в позу для казни.
– ПОЗОР! – крикнул кто-то из толпы. Другие голоса присоединились, и волна свиста и шипения прошла по толпе.
Лезвие упало вниз, и голова Пранзини покатилась в лоток.
Симона стиснула руку Натали.
Натали стояла с разинутым ртом. Она сжала ладонь Симоны в своей, не отводя глаз от происходящего.
  
– Я ожидала, что это будет быстро, но чтобы так…
– Жизнь. А потом… – Симона сняла руку с нее и щелкнула пальцами. – Смерть.
Надзиратель достал голову Пранзини и бросил в корзину. С опилками, если Натали правильно помнила. В одну минуту он еще дышит, а в следующую – уже в корзине с опилками, которая стоит рядом с остальным телом.
– Боже мой, мы были так близко, что слышали звук падения! Луи обзавидуется, когда я ему расскажу. – Симона взяла Натали под руку. – Что ты обо всем этом думаешь?
Натали перевела взгляд с эшафота на Симону.
– Это отвратительно.
– Он или гильотина?
– И то, и другое, – сказала Натали. – Несмотря на мои претензии, это зрелище и правда принесло удовлетворение.
Толпа двигалась как вода, люди медленно расходились в разные стороны. Натали и Симона застряли в плотном потоке и продвигались маленькими шажками, и взгляд Натали стал блуждать. Проблеск восхода залил все тенями и оранжево-серыми оттенками. Она наблюдала за приземистым мужчиной, который шел так, будто двигал мебель, за согбенной нищенкой в коричневом одеянии, затем увидела, как бродяга стал горячо спорить сам с собой.
– Вон там Луи, – сказала Симона, толкая Натали локтем. – Увидимся с тобой вечером. Не забудь принести подушку. Удачи в морге.
Натали поблагодарила ее, помахала Луи и свернула на улицу Гербье. Она заметила Кристофа за пару десятков метров, прислонившегося к газовому фонарю, пока мимо тянулся поток парижан. Папы еще не было.
Мужчина, который спорил сам с собой, побрел обратно в ее сторону, идя против движения толпы. Кто-то его оттолкнул с дороги, и Натали отступила, чтобы дать ему пройти. К ней приблизилась нищенка, потряхивая своей кружкой. Натали была ошеломлена неприятным запахом, сделала вид, что не заметила ее, и пошла дальше. Женщина была настойчивой. Папа всегда говорил не вступать в беседу с попрошайками, потому что они его дважды грабили. Но иногда нищий увяжется за тобой, и единственный способ от него избавиться – что-то дать.
Натали достала из кармана пару сантимов. Она бросила их в кружку, и женщина схватила ее руку, чтобы поблагодарить. Натали отняла руку и впервые посмотрела нищенке в глаза. Ее лицо было покрыто сажей и грязью, но глаза…
Она их видела раньше.
Глаза, которые поглядывали на нее из-за веера на Пер-Лашез, глаза, которые смотрели на нее каждый день со страниц Le Petit Journal.
«А потом ты сделала нечто странное». Тетя Бриджит протянула руку, чтобы показать Натали, что произошло в ее сне.
Время застыло и перестало существовать или превратилось в воду и просочилось в недра земли. Времени больше не было в этот момент.
Мадам Резня сузила глаза с презрительной усмешкой.
Вызов.
Натали схватила ее за запястье. Женщина вырвалась из ее хватки с неожиданной легкостью. «Она сильная».
Мадам Резня толкнула ее и убежала.
Натали бросилась за ней; старуха преградила ей путь.
– Стыдно должно быть. Что за человек гоняется за нищими?
– Это Зои Клампер! – она высвободилась и побежала в тусклом свете. Все было покрыто тенями, и вокруг были полуосвещенные лица, тонкие лучи света. Затем она увидела, как Зои пробегала под газовым фонарем. Натали виляла в толпе, сокращая расстояние между ними.
Несколько людей посмотрели на бегущую Натали озадаченно. Зои пересекла улицу, и Натали сошла с тротуара всего в нескольких метрах.
– Помогите! Зои Клампер, убийца!
Около дюжины молодых мужчин преградили ей дорогу, смеясь, выкрикивая что-то в парах алкоголя. Один из мужчин взял ее под руку.
– Пранзини мертв! Пойдем с нами отмечать.
Натали отстранилась и споткнулась, а они засмеялись. Она осмотрела улицу и увидела, как мелькает знакомое одеяние, исчезая в переулке. Натали устремилась за ней.
Зои остановилась, стоя к ней спиной. Затем, помедлив мгновение, повернулась к Натали лицом, держа между ними пузырек с прозрачной жидкостью:
– Соляная кислота. Проест дыру в чем угодно, чего коснется, включая кожу.
Натали сделала шаг назад.
– Ты хочешь закричать, – она покачала пузырек в руке. – Я и правда знаю, о чем ты думаешь. Одно прикосновение к руке – и я могу читать мысли. Благодаря этому инвалиду, которого я избавила от страданий на днях, и освежающему вливанию его крови.
Голос Натали засох в горле. «Думай».
– Нет, не думай. Я в твоей голове, помнишь? – Зои стянула капюшон с головы. – Я провела последнюю пару дней в голове месье Ганьона – ты ему очень нравишься, кстати, – и как же это оказалось полезно. Это, а еще то, что нищие – невидимки для большинства людей. Иначе я не узнала бы о плане Кристофа.
– Ты блефуешь.
– Нет, – сказала Зои, положив руку на сердце. – Инвалида еще не похоронили. Тело пока в холодильнике. Кристоф выложил его на плиту в витрине, чтобы устроить тебе частный просмотр сегодня утром, чтобы посмотреть, будет ли у тебя одно из твоих видений. Не знаю, что именно ты видишь, но не могу позволить, чтобы ты узнала что-либо обо мне.
Натали нахмурила лоб. «Я тебя ненавижу».
– Ну, ты мне тоже не особо нравишься. Полезный дар, не правда ли? Думаю, я могла бы воспроизвести его в лаборатории, – она показала на голову Натали. – И планирую оставаться там несколько дней, перед тем как убью тебя. Мне нужна информация для экспериментов с кровью, которые необходимо провести над редким видом Природного Озаренного.
– Натали, – голос Симоны послышался за ее спиной. Она повернулась и увидела ее и Луи на входе в узкий переулок, всего лишь силуэты в тусклом свете.
– Один шаг в ее сторону, – прошипела Зои, – и я брошу это к ее ногам.
Натали кашлянула.
– Делай… делай то, что она скажет. Там кислота.
Луи убежал.
«Трус».
– Он и правда трус, – сказала Зои. – Как и большинство мужчин, стоит только посмотреть повнимательнее.
Натали снова повернулась к Зои.
– Ты могла меня убить и в соборе.
– И собирать там твою кровь? – Она помотала головой. – Нет, то было просто предупреждением. Меня расстроила история с квартирой – съезжать было неудобно. Но ты мне рассказала, куда направишься. Ну, ты сказала вот той своей подруге.
Натали еще складывала в голове вопрос, когда Зои на него уже ответила.
– Сверхъестественный слух, – сказала она, потянув себя за мочку уха. – Дар Дамиена. Или, как ты его называешь, Темного художника.
– Вот, – Натали засучила рукав, оголив запястье, – возьми мою кровь прямо сейчас. Тебе… не нужно меня убивать.
Зои подняла пузырек.
– Мне нужно наполнить около тридцати таких сосудов для того, что хочу сделать.
– Стоп, – раздался другой голос сзади.
Страх пробежал по лицу Зои. Корабль попал в бурю.
Натали обернулась и увидела полицейского с поднятым пистолетом. Кристоф и Луи стояли за его спиной.
Вот почему Луи убежал: позвать на помощь.
– Не такой уж и трус, мадам Резня, – сказала Симона.
Зои бросилась к другому концу переулка, разбив по дороге пузырек. Они понеслись за ней, перепрыгивая через мусор и кучи одежды, быстро сокращая разрыв. Зои резко свернула вправо, в толпу. Натали прыгнула за ней и схватила за полу одежды, чтобы задержать ее. Полицейский добежал до них и взял Зои за плечо.
  
Мужчина с керосиновой лампой остановился рядом и посветил на них.
– Боже мой! Это Зои Клампер?
– Что такое? – сказал другой. – Зои Клампер?
– Расступитесь, – сказал Кристоф, поднимая руку. – Альбер, веревку.