Незапланированная беременность

Я быстро оделась и вышла из спальни, направляясь в ванную комнату, чтобы умыться и расчесать волосы.
На кухне Паша сидел за столом, отпивая кофе и затягиваясь сигаретой. Он перевёл взгляд на меня и сдержанно проговорил:
– Не думай, что я хочу уморить тебя голодом. Тебе просто нужно сдавать кровь из вены, и желательно ничего не есть и не пить перед этим.
  
Я подошла к столу, села рядом с ним и кивнула в ответ, стараясь не показывать беспокойство. Хотела закурить, но, вероятно, это было бы неуместно перед сдачей крови, поэтому решила воздержаться.
***
За всю дорогу к лаборатории мы не обменялись ни словом. Паша вёл машину, погружённый в свои мысли, а я сидела рядом, чувствуя, как напряжение буквально витает в воздухе. Каждый звук казался громче обычного, а тишина между нами – всё тяжелее.
Когда мы вошли в лабораторию, девушка на ресепшене проверила нашу запись и, дружелюбно улыбнувшись, проводила нас в кабинет. Я старалась не думать о том, что ждёт меня внутри, но волнение не покидало – сердце билось чаще, ладони слегка вспотели.
Врач в белом халате сидел за столом. Увидев нас, он встал, поздоровался с Пашей рукопожатием, а со мной – лёгким кивком.
– Павел, не успели из армии прийти, а вы снова у нас… – произнёс он с лёгкой усмешкой.
Я бросила обеспокоенный взгляд на Пашу, приподняв бровь. Значит, я не первая, солгавшая ему о ребёнке, и он водил сюда других девушек. Это осознание вызвало во мне смешанные чувства.
Паша натянуто улыбнулся.
– Да, вот очередная девушка хочет сделать меня отцом своих детей… – ответил он с горькой иронией.
Врач понимающе кивнул и перевёл взгляд на меня.
– Сейчас придёт медсестра, она заберёт вас в другой кабинет, чтобы взять кровь из вены, – сказал он.
Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжалось. Паша стоял со сложенными на груди руками, больше не обращая на меня внимания.
Медсестра увела меня в другой кабинет. Никогда раньше не сдавала кровь из вены, и мне было немного страшно. Я смотрела, как на моей руке стягивают жгут, а рядом на столике лежал огромный шприц.
– Сжимайте руку в кулак, мне нужно чётко видеть вашу вену, – сказала она, и я послушно выполнила указания.
Девушка взяла шприц в руку.
– Достаточно. Если боитесь крови, закройте глаза или смотрите в стену.
Я крови не боялась, но решила отвернуться. Чувствовала, как игла проникает под кожу. Мне всегда казалось, что это очень больно, но оказалось терпимо – намного безболезненнее, чем забор крови из пальца.
Я не удержалась и мельком взглянула на шприц, который стремительно наполнялся тёмно‑бордовой, почти чёрной кровью. От этого зрелища меня передёрнуло, и я снова отвела взгляд к стене, стараясь сосредоточиться на чём‑то другом.
Когда процедура закончилась, я вышла в коридор и направилась к кабинету доктора. Заходить не стала, а заглянула в щёлку двери, наблюдая, как у Паши берут мазок из полости рта ватной палочкой.
– Всё, Павел, вы свободны. Когда результат будет готов, я сообщу и отправлю курьера с оригиналом документа, – сказал врач.
– В этот раз мне нужно получить срочный результат. Девушка на втором месяце хочет сделать аборт, я должен быть уверен, что она не беременна от меня. Чем быстрее я её освобожу, тем лучше – надеюсь, она перенесёт операцию, – твёрдо произнёс Паша.
Врач согласно кивнул.
– Понимаю. Павел, любой каприз за ваши деньги, – добавил он, делая пометку в блокноте, и протянул Паше квитанцию на оплату. – Результат будет к завтрашнему утру.
– Спасибо. Думаю, мы скоро увидимся, – проговорил Паша с грустной улыбкой, сжимая в руках квитанцию и прощаясь с врачом.
Интересно, сколько он уже потратил на эти проверки? Мысли о том, что я стала причиной таких затрат, терзали меня, вызывая чувство вины.
Паша вышел из кабинета и бросил на меня быстрый взгляд.
– Пойдём, я отвезу тебя домой…
Я последовала за ним, покидая лабораторию, и не могла избавиться от ощущения, что между нами возникла непреодолимая пропасть.
Всю дорогу я смотрела на Пашу, не отрывая взгляда от его профиля. С каждым мгновением мне становилось его всё больше жаль. Он снова и снова водит девушек на тесты, надеясь, что когда‑нибудь ему повезёт. Наверное, он всё ещё верит в чудеса, мечтая о детях, – и это казалось одновременно трогательным и трагичным.
Интересно, а если бы он не был бесплоден, хотел бы он детей или просто относился бы к случайным связям, как многие парни, игнорируя последствия?
Я прикусила нижнюю губу, желая вывести его на откровенный разговор. Похоже, он не заметил, как я прикоснулась к его ноутбуку. Решительно нарушив тишину, я задумчиво проговорила:
– Так странно… Ты вроде собирался развлекаться до тридцати и не обременять себя отношениями. А сейчас вдруг хочешь детей?
Паша одной рукой держал руль, другой дотянулся до пачки сигарет.
– Кто тебе сказал, что я хочу детей? Я просто не хочу, чтобы моих детей убивали, – объяснил он, зажимая сигарету между зубами.
Я устроилась поудобнее на сиденье и, осторожно посматривая на дорогу, сказала:
– Похоже, ты фартовый, раз ни одна от тебя ещё не залетела…
Паша усмехнулся, мельком глянув на меня, но в его глазах не было радости.
– Да, в таких вещах я просто везунчик.
– А что ты будешь делать, если удача тебя подведёт? Ты женишься на этой девушке?
– Нет. Я хочу правильную девушку в жёны. Но хорошая от меня не залетит, поскольку я с ними не провожу время. Но если удача вдруг меня подведёт, – он нервно усмехнулся, – ребёнок не будет виноват в том, что зачат не в той…
– Интересно, – хмыкнула я, наблюдая за ним, и сделала ещё одну попытку добиться его признания о диагнозе. – Почему ты не предохраняешься? Удача ведь не безгранична. Во‑первых, не предохраняться опасно – можно подхватить какую‑то дрянь. Во‑вторых, детей нужно заводить от любимой девушки, а не рисковать, награждая ими первую встречную.
Паша слегка улыбнулся, втягивая сигаретный дым.
– Ты абсолютно права. Но с резинкой ощущения не те. Не забывай, ты сама прозвала меня «фартовым», так что я испытываю удачу по максимуму. – Он затушил окурок и продолжил: – Никогда больше не спи с парнями без защиты. Могут быть неприятные сюрпризы – как смертельная инфекция, так и нежеланные дети.
  
Я склонила голову, наблюдая за ним, и спросила: