Землянка для звёздного лорда (СИ)

Все слухи про эту загадочную рассу тут же всплывают в мозгу. А их до неприличия мало. Почти все укладывается в три постулата: они никогда не прощают обиду, они всегда доводят начатое дело до конца и они всегда требуют свою долю за спасение терпящего бедствие корабля.
И это очень, очень плохо. Потому что если нас спасут золы и отбуксируют наш новейший истребитель к своему фрегату, нас с Ру по головке за это не погладят. Скорее всего исключат из академии. Возможно отдадут под трибунал.
  
А это крах всего!
Все, чего я добилась за последние четыре года полетит утилизатор!
Моя карьера! Возвращение на Землю. И папа...
— Открывай пусковые шлюзы! — командую подруге. Просто так сдаваться я не собираюсь.
— Что ты задумала?
— Они нас не захватят, — ввожу короткие команды на виртуальной клавиатуре и рассчитываю два возможных варианта.
В нашей ситуации сбежать от них на истребителе мы не сможем.
Проклятье.
Придется идти на крайние меры.
— У нас нет энергии!
— Энергии у нас как раз таки предостаточно! — чеканю я.
Вот только используем мы ее не по назначению, — но об этом я умалчиваю.
— Открывай шлюзы! — рычу я.
— Нам нечем стрелять. Здесь нет боекопмлекта, — Ру еще раз перепроверяет огневой отсек.
— У нас есть сигнальные ракеты и трассёры.
— Что? Ты золам фейерверк решила показать?
— Отвлечь! — медленно выравниваю истребитель.
Встречаем золов нос к носу с ощерившимися орудиями.
Тут же на экран выводится запрос на связь.
— Катя, — голос Ру звенит от страха. — Они требуют данные для закрытого канала связи.
— Отклонить!
— Но...
— Отклонить, — быстро переключаю на панели программы. И запускаю одну единственную из возможных.
«Программа самоуничтожения! Выйдите из программы, если вы не планируете...»
— Заткнись уже, — ударом кулака отправляю ассистента пилотирования в отключку.
— Катя, ты что делаешь? — голос Ру предательски дрожит. — Ты не можешь...
— Могу! Мы не можем сдаться в плен и корабль сдать недружественной нам расе мы тоже не можем. Ядро не выдержит гиперпрыжка. Других вариантов нет.
— И ты решила нас убить?
— Нет. Только отвлечь золов и оставить их без трофеев. Курсант Ру Санно как ваш командир приказываю вам пройти в спасательную капсулу и отстыковаться.
— Что?
— Что слышала! Нет времени спорить. Садись и уходи отсюда! — быстрым вводом команд на клавиатуре активирую для нее спасательную капсулу.
— А ты? — Ру каким-то обреченным жестом отстегивается и активирует гравитационные ботинки.
— В хвостовой части еще одна капсула.
Небольшой истребитель нового поколения оснащен двумя капсулами. Но для контроля за балансом капсулы разнесены в разные концы истребителя.
— Я выскочу в ней, как только активирую самоуничтожение. Торопись! Я не хочу, чтобы космолет золов пострадал.
В мои планы не входит разжигание межгалактического конфликта.
Вот только черный «наконечник» приближается к нам слишком быстро.
Я уже могу различить матовые черные панели солнечных батарей для обеспечения энергии. На верхней части космолета множество антенны и приборов для связи и наблюдения.
Это плохо. Очень плохо. Видимо ассистент сбоит и неверно расчитал их скорость. Или я чего-то не учла.
— Бегом! — кричу на подругу замершую за моей спиной.
— Кать, ты не успеешь, — Ру кладет мне ладонь на плечо. Я вздрагиваю. И врубаю пуск сигнальных ракет и трессеров.
— Бегом я сказала! — толкаю ее к капсуле.
Но Ру упирается. Потом разворачивается и выбегает из командной рубки.
— Куда? — реву я в переговорник.
— Я займу вторую капсулу, активируй ее для меня. Ты не успеешь до нее добежать. Выйдешь в первой. До связи, — ее голос обрывается тяжелым дыханием.
Твою мать!
Мои пальцы все быстрее и быстрее порхают по виртуальной клавиатуре, попутно сверяюсь с сотней данных и не понимаю, что я упустила в первый раз. Вроде все расчеты были верны.
На экране моргает уведомление об открытии люка капсулы. Отлично. Ру внутри.
Пора выпускать ее в космос.
Заношу палец над клавишей отстыковки и...
Истребитель сотрясается от мощного удара. 
  
Глава 3
 
Меня подбрасывает с креслом на гидравлической поддержке вверх и тут же ухает вниз. Допремни играют со мной злую шутку. Я не могу увернуться.
Со всей дури прикладываюсь шлемом и плечом об угол панели.
Шлем даже не поцарапался.
Отлично. А вот плечу больно. Осторожно ощупываю его. Вроде не выбито. Все остальное ерунда!
Вот твари! «Черные гончие», ага, как же! Вы крысы.
— КРЫСЫ! — кричу сквозь заполняющий капитанскую рубку ядовитый дым.
Экраны и приборы как с цепи сорвались.
Температура ядра быстро приближается к критической точке.
— Потерпи, родное, — я пытаюсь хотя бы открыть сбросовый шлюз и пустить космический холод внутрь. Но у меня ничего не выходит.
Виртуальная панель на мое прикосновение отвечает россыпью искр.
Вся электроника словно с ума сошла.
Система не реагирует на мои команды. А панель управления закоротило. Даже этого чертового ассистента запустить не могу!
— Твою мать! — бью кулаком по панели и замечаю часто-часто моргающую эмблему неисправности спасательной капсулы.
Оборачиваюсь. Первая капсула на месте. Стоит открыта.
Значит это вторая.
— Ру, прием! Ты меня слышишь? Ру? — кричу в переговорник и пытаюсь вернуть себе контроль над истребителем.
— Ммм, — раздается в ответ мне протяжный стон.
— Ру, я сейчас!!! — я отстегиваю ремни и активирую гравиботинки. — Сейчас! Я попробую вручную тебя отстыковать! Ты только жди. Сейчас!
Прижимаю к груди повреждённую руку, нежно баюкаю ее как младенца.
Это ненадолго успокаивает боль.
Я успеваю сделать всего пару шагов, как меня накрывает очередной взрывной волной. Чертовы гравиботинки не дают отлететь мне назад. Вместо этого я со всей дури грохаюсь на пол.
— ААА! — не могу сдержать крик, когда припадаю на повреждённую руку.
Ядовитый дым из пробитой системы очистки воздуха заполняет отсек.
Приятного мало. Скорее всего пожар под обшивкой.
Только успеваю собрать мысли в кучу как раздается третий взрыв. На этот раз прямо рядом со мной.
Переговорник взвырается писком на запредельных частотах.
Опускаю шлем и скидываю с головы коммуникатор.
Пытаюсь отдышаться. Но это невозможно.
Жадно хватаю ртом стремительно беднеющий кислородом воздух.
Горла тут же начинает саднить от вдыхания ядовитых продуктов горения.
Я приваливаюсь к терминалу спиной и не могу найти в себе сил, чтобы подняться.
Гравиботинки в одну секунду становятся неподьемной ношей. А мои мышцы превращаются в желе.
Перед глазами все плывет. Делаю очередной шумный вдох и пытаюсь активировать углепластиковый шлем.
Одеревеневшими пальцами набираю команду на наладоннике.
Перед глазами все плывет.
Едкий сизый дым разъедает глаза.
Слезы брызжут во все стороны.
— Сейчас... - вдох, выдох, — Ру, я сейчас...
Истребитель опять трясет. Сильно.
Это скорее всего отключилась система стабилизации при полете. Или ядро подбирается к критической температуре.
Медленно стекаю по консоли на пол. Сил больше нет.
Сквозь слезы и удушающий кашель чувствую, как кто-то пытается меня поднять.
Чьи-то крепкие руки уверенными движениями быстро исследуют мое тело на повреждения и переломы. После отключают гравиботинки и рывком ставят меня на ноги.
Тело взрывается болью.
— АААА!!! Твою мать! — я обмякаю в чужих руках.
Но договорить не успеваю. Мне на лицо натягивают маску.
Делаю судорожный вдох и жду новый приступ мучительного кашля. Но его нет.
  
Смесь пригодна для дыхания.
Вдыхаю жадно и часто. Боюсь, что сейчас маска исчезнет.
Сознание медленно возвращается ко мне.