Дороги выбора (СИ)
Знаешь, я впервые понял, что в этом она тоже находит силы. Тогда на рынке, увидев тебя, она очень сильно испугалась. Твое появление перевернуло ее душу, потянуло к тебе с невероятной силой, и она испугалась этих чувств, сбежала, отвлеклась на рабов. А потом, узнавая историю Рейны, стала бороться за свои воспоминания, за свои чувства, за свою любовь.
— История Рейны?
— Она очень похожа на Киани. Знала, что целителям опасно на границе, но несмотря на это отправилась выполнять свою работу. Так же искренне верила в своих защитников и ни разу не засомневалась в них. Когда на них напали, она только своей силой воли сохранила свою связь с Фархом. День за днем, год за годом, используя эту связь, восстанавливала свою память и боролась с ошейником. К тому времени, сами ошейники уже сильно ослабили свой магический фон, и Рейна решилась на побег, но опять же, уйти одной не смогла и выпустила остальных драконов. Остатками своей магии, направила их к стражам наблюдателям. Сама же, обессилев, потерялась в пустыне. Боясь, что ее узнают и вернут хозяину, несмотря на боль, разбила ошейник и вырвала себе глаза, чтобы не признали в ней драконицу. Её подобрали случайно и решили отдать на «мясо». Так она попала в город, и её выкупила Киани.
Рейна устала, она поистине устала сражаться в одиночку, и сейчас Киани борется не только за ее истощенное тело, но и пытается убедить ее именно отдохнуть, расслабиться, довериться чистой силе и не стремиться умереть. В этом порыве она смогла найти грань своей реальности и влияния нектара. Перенаправив его магию, смогла смягчить воспоминания Рейны и вспомнить, приоткрыть завесу памяти, связанную с тобой.
В груди поднимались странные чувства, была невероятная гордость за Рейну. Радость за Парта и Фарха, что вскоре вернут себе сестру и любимую. И невероятный калейдоскоп от боли и радости, что тянул меня к Киани. Хотелось схватить ее в объятья, целовать и укрыть от всего зла и тревог. До тошноты пробирала злость на тех, кто пожелает обидеть ее. Убью, спалю всем огнем, что у меня есть, но больше не позволю ей страдать и плакать, не позволю в одиночку сражаться.
— Она спит! — глаза Киани светились восторгом.
— Что? — Мирх и я, погруженные в свои мысли, не сразу сообразили, о чем она говорит.
— Рейна спит, сама. Отдыхает. Больше не стремится к смерти. Еще пара дней, и можно будет снять ошейник.
— Хорошие новости, — улыбнулся я.
Я хотел обнять Киани, но в коридорах поднялась суматоха, все слуги бежали во внутренний двор.
— Что случилось? — теперь растерялась Киани.
— Ваня вернулся, — хмыкнул Мирх. — Думаю, сейчас наша помощь не помешает.
— Киани, — я не хотел, чтобы моя звездочка рисковала, но Мирх коснулся плеча и покачал головой:
— Все хорошо, там просто шумный демон и десяток лавархов.
— Но они же вымерли все! — возмутился я.
— Не все, — пожал плечами белый конт. — На землях отступников они еще встречаются.
— Лавархи? — переспросила Киани.
— Это ездовые ящеры, — пояснил Мирх Киани и очень тихо добавил, — Они очень похожи на маленьких драконов, только без крыльев. И лучше их не сравнивать с драконами, крылатые этого не любят.
— Потому что они не драконы, — нахмурился я.
— Я хочу посмотреть! — восхитилась Киани. — Рейна еще минимум три часа проспит, я сигналку поставила на ее пробуждение. Пойдем!
Меня ухватили за руку и потащили во внутренний двор. Я усмехнулся. Карам явно пожалеет, что впустил в свой дом такую компанию. То рабы, то лавархи. Нам надо срочно отправляться в путь, а то боюсь представить, что они завтра притащат.
И-Вань
Спасать! Помогать! Не по-демонски это! Не по-демонски. Вот морду кому набить, рога пообломать, это за всегда — Да!
Из комнаты, где разместили купленных рабов, мне навстречу шагнул Рокизар, и я остановился. Его обломанный рог уже был виден голубоватой магической дымкой. Не пройдет и пары дней, как он будет полностью восстановлен. Раны, порезы, ушибы уже полностью сошли с лица и тела. И на меня взглянул, подернутый подчинением от рабского ошейника, темный взгляд молодого демона.
— Как ты стал рабом? Рассказывай! — Велел я.
— Меня избили, сломали рог и надели ошейник, чтобы оплатить компенсацию торговцу.
— Какую компенсацию? — Не понял я.
— Компенсацию за оскорбление. Я обозвал торговца идиотом и дураком, а после ударил.
— И зачем ты это сделал?
— Чтобы он понял, что не прав, предлагая мне цену за здорового и крепкого лаварха всего в одну монету.
- А он что действительно предложил тебе такую цену?
— Да.
— Помнишь, где он живет?
— Да.
— Показывай.
— Да, господин.
Хотелось ли мне мирным путем решать этот вопрос? Разумеется, нет. Было ли мне жалко Рокизара, тоже нет. За свое имущество демон отвечает сам, и если теряет его — то сам и виноват. Но мне хотелось выпустить пар, набить в кои-то веки кому-то морду, Киани так не кстати запретила убийства, но ничего, магию она не запрещала. А значит, сделаем свою справедливость по-демонски!
Лавархи. Я ухмыльнулся, давно не видел этих зверюг. Когда драконы пришли на земли Миолы, демоны специально привезли этих ящеров и заявляли, что это ручные драконы. Как же крылатые бесились от такого сравнения. Как ревели.
Я сам не знал, мне отец рассказывал, но интересно, как Аргайл отреагирует на таких зверюшек? Реветь наверняка будет.
Мое настроение росло в гору. Мой день начинал мне нравиться, у меня есть живой племяш, сейчас я набью кому-то морду и, желательно, не одну, а еще подарю Киани и Лиэри лавархов. Во, вытянется личико у дракона, а что, у меня даже официальная причина есть для подарка. Свадебка его и Киани, а что сам виноват, нечего брачные браслеты надевать. Посмотрим, как он от подарочка откажется.
Мы остановились перед огромными воротами большого торгового дома.
— Сообщи, что пришел Княжич И-Вань, — довольно заявил я Рокизару.
Демон подошел к воротам и несколько раз постучал кулаком по створкам, но ответа не последовало. Я недовольно рыкнул, сила и ярость разливались по венам опьяняющей волной.
— Кто так сообщает, — покачал я головой и, оттащив ментальным захватом Рокизара от ворот, пульнул в них «молотом небес». Ворота недовольно крякнули и вместе с частью стены завалились внутрь двора. Все обитатели данного места замерли, на их лицах читалось изумление и страх. Чудесно! Вы нас не ждали, а мы приперлись!
Магию я оставил на потом, бросил Рокизару, чтобы никого не выпускал со двора, и рванул махать кулаками. Какое же это упоительное чувство слушать хруст чужой челюсти под твоими кулаками или мельком отслеживать полет тушки, что секунду назад уверенно перла на тебя. Сила и мощь разливались и пели во вновь обретенном теле. Я взревел от восторга, ощущая себя живым до кончиков волос…
Я увлекся… Бывает… Очухался, только тогда, когда понял, что бить больше некого, двор был усеян с десяток демонов, торков и парочка лошадей. А их то я когда успел вырубить?
— О, повелитель моих дней, — хрипел распростертый на земле демон, в мольбе поднимая над землей только свои руки. — Умоляю, скажите, что вам надо, ваш покорный слуга выполнит все!
— Рокизар! — Я оглянулся, парнишка уложил троих, видимо, гостей торговца, так как богатые одежды выделяли их среди скромных нарядов слуг, что валялись рядом. Н-да, не подумал, что покупателей можно было и не трогать.
— Господин, Рокизар слушает ваш приказ, — напомнил мне о себе демон.
— Это тот идиот, что позарился на наших лавархов?
— Да, господин.
— Подними-ка мне его. У меня еще кулаки чешутся, надо зуд унять.
— Господин! Помилуйте, молю, все отдам! Все лавархи целы и невредимы! В конюшне они, в конюшне!
— Рокизар, иди проверь, а мы пока о компенсации поговорим.
Я перехватил демона покрепче одной рукой, а второй примерялся обломать один из рогов, но вот все не мог решить какой. Как у Роки или все же оба, для симметрии.