Нина. Ожог сердца (СИ)
Ну да ничего! За четыре часа полета проспится. А как в самолет попадет, так это проблемы Беляша. Кто женщину споил, тот ее в самолет и заносит!
«Да и почему я должна вмешиваться?» — думаю, проходя в детский отдел. Все взрослые люди. И если Маня с Беляшом решила оттянуться, я точно не ее совесть. Рассматриваю игрушки. Обычно я тут ничего не покупаю. Только дома, в нашем Детском мире. У малышки игрушек и так полно. Еще ей куклы мои немецкие достались, а к ним — два мешка приданного. Вот я в детстве любила им шить!
Тоска сдавливает сердце жестким кулаком. Я еще не улетела, а уже хочу домой к мужу и детям. Выудив из сумочки маленькую нокию, звоню Коле.
— Я люблю тебя, — выдыхаю в трубку. — Очень люблю!
— Я тебя тоже, девочка, — рокочет Николай. На заднем фоне слышен шум трассы. Кто-то сигналит. Слышимость так себе. Вжимаю трубку в ухо, стараясь не пропустить не единого слова. — Возвращайся поскорее. А главное, береги себя. Не заморачивайся с подарками, Нин. Прошу тебя, — глухо просит муж. Видимо и у него на душе тяжесть.
— Хорошо, — соглашаюсь поспешно. Никуда не пойду. Завтра прогуляюсь по выставке и назад.
— Умничка. Попу там не рви на британский флаг. Пусть Беляш сам…
— Не буду. Я решила уволиться, как ты просил. Найду себе другую работу, — заявляю решительно. Вот только о пьянке на лавочке говорить не хочу. Потом расскажу, когда вернусь.
— Позвони, как устроишься в отеле, — просит меня Коля и связь прерывается.
«Наверное, в туннель въехал», — прохаживаюсь мимо мягких страшилок и неожиданно замечаю симпатичного зайца.
Ируське такие нравятся!
«Небольшой. В сумку поместится!» — размышляю я, крутя в руках игрушку. А заяц такой веселый, с озорными глазами и мягкой меховой шерсткой. И не задумываясь, кладу в корзинку.
Смотрю на часы. Должны уже объявить наш рейс.
Быстро прохожу на кассу, втайне опасаясь наплыва толпы. Но народу сейчас мало. Два-три человека. Кассир просит билет. Стандартная процедура. Показываю, расплачиваюсь и иду к своим.
— Ой, Ниночек, — радостно всплескивает руками подруга. — Ну где ты ходишь! Мы с Димкой тебя уже заждались. Давай, выпей на посошок.
— Не хочу, — мотаю головой и даже сажусь чуть в стороне. Благо возле наших все места заняты. Я не с ними! Не с ними!
Глава 5
Открываю каталог с выставки в Италии и просматриваю томографы. Цена огромная. Ответственность — еще больше. Я советовалась с нашими докторами. И точно знаю, какой нам нужен. В Италии мы его не купили. На тот, что хотелось, денег нам не хватило. А кредитную линию банк не открыл, сколько наши финансисты ни бились.
А другой я сама брать отказалась хоть наши партнеры из «Диндар-медикал» и настаивали. Даже откат предлагали. Но аппарат неудобный в обслуживании, диагностика с большими погрешностями. Груда металлолома, одним словом. Только деньги на ветер.
Просматриваю толстые глянцевые страницы каталога. И честно говоря, не знаю, зачем я его с собой поволокла. Завтра на выставке выдадут новые. И цены там будут другие.
«Может, нам снова не хватит!» — спохватываюсь мысленно и выдыхаю. Не хватит, так не хватит. Это уже не моя проблема.
Листаю дальше и натыкаюсь на знакомый бренд. О, «Диндар-медикал». Вглядываюсь в хищное лицо главы корпорации. Джафар ибн-чего-то там и печально вздыхаю. Вот упертый старик! Всегда так почтительно раскланивался со мной. Разговаривал! Даже на свидание звал через помощника. Но я свела все к шутке.
Вот только Гамаля ничего не смущало. Он себе десять жизней намерил, неотразимый наш! А умер от инфаркта прошлой осенью. Интересно, кто теперь вместо него встал у руля? Наверняка Гафур, старший сын.
«Гафур совсем не похож на отца. В нем больше европейского лоска, культуры, образования. Да и учился он в Англии, стажировался в Штатах. При нем точно «Диндар» рванет вперед», — размышляю, прислушиваясь к механическому голосу. Наш рейс. Вылетаем.
Поднимаюсь с места. Кошусь на коллег, поспешно убирающих за собой, и иду на посадку. Становлюсь в очередь и пытаюсь унять глупую панику.
Нервы ни к черту!
Сначала Коля меня накрутил, а потом Беляш с Ниной прямо в зале отлетов сабантуй устроили. Противно.
Так и хочется развернуться и выйти отсюда. Взять такси и поехать домой.
В дьюти-фри всем подарки купила, вот и хорошо! Пора уходить по-английски.
Улыбаюсь собственным думкам и вздрагиваю, когда, растолкав толпу, ко мне пробирается Маня и хватает за рукав шубы.
— Молодец, Зорина, очередь нам заняла! — хвалит с видом королевы.
Много ли ей надо! Выпила с Беляевым за панибрата и почувствовала себя избранной.
— Становись вперед, — чуть отступаю в сторону. Не хочу, чтобы на меня перегаром дышали и за рукава хватались. — И вы, Дмитрий Петрович, — поворачиваюсь к Беляшу.
— Вы всех пропускать будете? — раздается сзади едкий женский голос.
— Могу и вас пропустить, — улыбаюсь весело двум теткам за сорок. — Самолет без нас не улетит. Какая разница, где стоять?
— А действительно, — смеются они и чуть тише спрашивают меня. — А ты чего, девочка, с этими синяками летишь? — кивают на Беляша и Маню.
«Господи, какое позорище», — охаю про себя, а вслух замечаю негромко. — Коллеги боятся летать.
— Зорина, ты где?! — развернувшись, возмущается Маня.
— Здесь я, — роняю спокойно. А в душе все переворачивается от возмущения. Хорошо, хоть в Эмиратах сухой закон.
— Тебя как зовут? — тихо спрашивает одна из теток.
— Нина.
— Я — Аня, а сестра моя — Валя. Садись с нами, девочка. Самолет все равно полупустой. Поболтаем дорогой. Ты нам понравилась. А синяки твои проспятся к посадке.
— Хорошо, — киваю я. И весь полет общаюсь с новыми знакомыми, и выдыхаю облегченно. Накрутила себя, аж самой смешно.
А Беляш с Маней спят, раскрыв рты. И просыпаются лишь когда самолет заходит на посадку.
В здании аэропорта нас уже встречает сотрудник «Диндара», проводит через ускоренный паспортный контроль и провожает к припаркованному прямо у выхода белому лимузину.
— Как дорогих гостей встречают! — радостно восклицает Беляш, вытирая лоб мятым носовым платком, и заявляет строго. — Так, Зорина. Ты что это устроила в самолете?
Ну конечно! Это я напилась в зале отлетов и дрыхла, пуская слюни.
— Что именно? — смотрю в упор. Терпеть не могу, когда мной понукают. Тем более без малейшего повода.
— Ну как же… — пыхтит Беляш. Вытирает жирный подбородок, и мне кажется, ничего ужаснее я не видела. — Я проводил планерку. А вы, Нина Сергеевна, отсутствовали. И понятия не имеете о производственном процессе, — выговаривает мне шеф, когда лимузин выезжает на трассу.
Приснилась ему эта планерка под коньячными парами, что ли?!
— А что именно я пропустила? — приподнимаю одну бровь. Сама не хочу нарываться, но характер у меня бойцовский. Я такие номера не прощаю.
Вернемся, уволюсь сразу. Ни дня отрабатывать не буду. Что там Коля мой говорил насчет больничного? Надо будет купить на две недели.
— Ниночка, котик, — берет меня за руку Маня. — Мы сейчас едем в ресторан. На переговоры с топ-менеджерами нашего «Диндара». Саид с Мустафой уже ждут нас.
— Так в планах не было, — выдыхаю недовольно. Все, накрылся мой шоппинг. И все из-за Беляша. Ему щеки понадувать надо и пиписьками помериться, а нам с Маней придется сидеть и ждать, когда это безумие закончится.
— Не было, а теперь есть, — резко бросает гендир. — Тут я распоряжаюсь, не забыла?
— Тут? — уточняю, оглядывая белоснежный кожаный салон лимузина.
— Тон смени. Ты с директором все-таки разговариваешь. И запомни, твое дело телячье. Просто слушай, что предложат партнеры. Не встревай. А то опозоришь нас, как тогда, в Милане.
— В Милане я сэкономила вам сто десять тысяч долларов, — напоминаю тихо.
— Это тебе так кажется, — недовольно крякает Беляш и отворачивается к окну, всем своим видом показывая, что разговор с нерадивым сотрудником закончен.