Помешанная на нём (СИ)

Мы впервые разлучаемся, причём на неопределенное время и для меня это был огромный эмоциональный удар.
Я не могу сдержать слёз. Мне обидно и тоскливо, но я понимала, что мы не сможем жить с Настей вместе всю жизнь. У нее своя жизнь, у меня своя. Мы выросли. Обязательно найдем себе мужей, выйдем замуж, родим деток…
Хотя… Настя обязательно всего этого добьется, а вот я… Я влюбилась в мужчину, который не может предоставить мне всего этого.
  
— Не плачь и не волнуйся, — мягко сказал Ратмир, взяв меня за руку и сплетая наши пальцы. — Это ненадолго. К тому же мы будет недалеко от твоей сестры, и если ты захочешь, мы поедем к ней в любой момент, — обещает.
Я одариваю его благодарным взглядом, после чего обнимаю за шею и целую в щеку.
— Спасибо, — шепчу. — Мне трудно, потому что мы с Настей никогда не разлучались… К тому же она единственная кто у меня остался из родных… Если не считать человека, который называл себя моим отцом…
— Кстати на счёт него… Думаю ты должна знать что его уже нет в живых, — вдруг говорит Ратмир, и на миг я теряю дар речи, ошарашено посмотрев на мужчину.
— Нет? — повторяю.
— Ты из-за этого переживаешь? — спрашивает он, бросив на меня быстрый взгляд.
А я вдруг осознаю, что мне плевать… Мне плевать на то, что случилось с моим так называемым отцом. Он получил по заслугам. Единственное что меня беспокоило во всем этом, это возможная причастность Карателя к его смерти. Мне бы этого очень не хотелось.
— Это ты его?.., - спросила осторожно.
— Я хорошенечко помял его, и он получил своё наказание… Но умер он не от моей руки… К сожалению, — отвечает и я облегченно выдыхаю.
Конечно, за последнее время я привыкла к тому, кем является Каратель и что он делает, но слышать о том, как он убивает… Мне почему-то было больно. Я знала что с каждым убитым человеком, его душа погружается в мрак ещё глубже и вскоре, я просто не смогу её оттуда вытянуть. А я, всё же, хотела попробовать это сделать.
— Это имеет для тебя такое особенное значение? — подмечает Ратмир, услышав мой вздох облегчения. — Убил ли я твоего отца или кто-то другой…
— Мне всё равно как он умер, — говорю правду. — Я не чувствую по этому поводу никакого сожаления… Как бы это черство не прозвучало… Но мне тяжело слышать о том, когда убиваешь ты, — добавляю, вернувшись на свое место и посмотрев перед собой. — Ты мне небезразличен, а то, чем ты занимаешься… Точно не посодействует тебе во благо… Как физически, так и морально, — объясняю, и Ратмир снова одаривает меня быстрым, более проницательным взглядом, после чего подносит мою руку к своим губам и целует тыльную сторону ладони.
— Ты тоже мне не безразлична, Мириам. Я бы даже сказал, что ты для меня очень многое значишь… Что ты моя жизнь и воздух… И мне бы никогда не хотелось тебя обижать. Я бы хотел для тебя лучшей жизни, спокойной и надежной… Без этого всего. Но мы уже встретились. Я не могу тебя отпустить и пока не могу ничего пообещать, но… Я постараюсь дать тебе то, чего ты желаешь… Чего ты достойна! Только вот для этого мне нужно время. И я прошу дать мне его, — добавляет он, снова взглянув на меня.
Я понимаю, о чём он, и согласно киваю ему. А что мне ещё остается, если я сама не могу от него отказаться!
Ратмир ещё раз целует мою руку и продолжает свой путь.
Спустя некоторое время мы подъезжаем к моему дому, где мы с Настей снимали квартиру.
— Тебе помочь? — спросил Ратмир.
— Нет, я сама соберу вещи… К тому же их у меня немного. Я не успела обзавестись большим гардеробом за три недели здесь… Без денег, — отвечаю, улыбнувшись ему.
— Мы обязательно это исправим, — обещает он. — Тогда может, и забирать ничего не будешь, чтобы не терять зря времени? — предлагает.
Я отрицательно качаю головой и покидаю машину.
— Я здесь в основном из-за Нонны Сергеевны… Эта старушка была добра к нам… Помогла. Я не могу уехать не попрощавшись, — отвечаю, и Ратмир понимающе кивает. — Я постараюсь очень быстро, — добавляю и ухожу.
Вещи я всё же собираю… Пускай их у меня совсем немного но всё же ходить в чём-то нужно… Сомневаюсь что сегодня у Ратмира будет время или желание заезжать в магазин и покупать мне одежду.
Когда сумка собрана, я не спешу покидать спальню, а на время остаюсь в ней, оглядываясь вокруг. Сколько раз ещё мне придется поменять место жительства, прежде чем я найду свой настоящий дом, свое постоянное пристанище?
Грустно, когда понимаешь что твоя жизнь, похожа на жизнь кочевника.
Сижу в спальне несколько минут, затем поднимаюсь, беру сумку и иду в комнату сестры. На комоде вижу её блокнот, и в этот момент в моей голове возникает мысль, сделать сестре подарок.
Вырываю страницу из блокнота, пишу ей «я тебя люблю, сестренка», после чего снимаю с пальца кольцо мамы, которое мне вернул Ратмир и оставляю его на этой записке.
Насте тоже нравилось кольцо мамы, ведь она очень сильно любила её, а поскольку она была старшей сестрой, всё же будет правильнее, если семейная реликвия останется у неё.
Когда дело сделано, я иду к Нонне Сергеевне и прощаюсь с ней. Говорю, что уезжаю к парню, которого люблю, и с которым у нас намечается свадьба.
Она желает мне удачи, обнимает, целует, и я возвращаюсь к Ратмиру.
— Всё в порядке? — спрашивает он, двигаясь с места.
— Да, — отвечаю. Хотя всё было далеко не в порядке, ведь сегодня я еду в дом Ратмира, где мы будем жить вместе. И конечно, это меня сильно волновало.
Я и Каратель под одной крышей… В одной кровати…
  
Глава 27
 
— Как далеко находится твой «безопасный и надёжный» дом? — спрашиваю, когда мы покидаем город и выезжаем на трассу.
— Примерно в двух часах езды отсюда, — отвечает он, снова взяв меня за руку.
— Далеко… Тогда может поговорим? — предлагаю.
— О чём?
— Об Александре. О твоем отчиме. О… Марине, — пересчитываю.
Ратмир одаривает меня быстрым взглядом.
— Я обещал тебе рассказать обо всём, когда мы приедем ко мне, напоминает он.
— Да, но… У нас столько свободного времени. К тому же… Вдруг мне что-то не понравится в твоем рассказе и я передумаю ехать к тебе. Здесь у меня есть выбор. А там, в твоем доме, мне некуда будет деваться… А вдруг ты меня потом не отпустишь? — высказываю свои опасения.
— Я и сейчас тебя не отпущу. Уже никогда, Мириам, не отпущу, — отвечает, одарив меня таким взглядом, что я ни капельки не усомнилась в его словах. — К тому же… В моём рассказе тебе точно кое-что не понравится… Поэтому да, лучше я расскажу тебе всё уже в доме, чтобы потом закрыть в подвале и никуда не отпускать, — вдруг говорит и я перевожу на него ошарашенный взгляд. А затем вижу, как кончик его губ слегка приподнимается вверх и понимаю, что он… Шутит?
— Ратмир, я серьёзно… Давай поговорим об этом сейчас, — настаиваю. — Я думаю, что пора уже мне кое-что узнать о тебе, если я уже согласилась поехать с тобой и жить в одном доме!
— Ладно, — уступает он. — Чтобы ты хотела знать?
Я бы хотела знать всё о Марине, но сдерживаю себя от вопросов на счёт неё, чтобы скрыть свою ревность.
— Начни сначала с отчима, потом расскажи, про Александра, — говорю. — Конечно, если тебе не тяжело вспоминать человека, который над тобой издевался в прошлом…, - добавляю, понимая, что разговор об отчиме, может быть тяжёлым для Ратмира.
— Не тяжело, потому что этот человек вызывает во мне одну ненависть, — говорит Ратмир.
— Тогда расскажи мне о нём… Всё что можешь… Хочу знать того ублюдка, который сделал это с тобой. А потом уже поговорим об Александре в твоей жизни…, - говорю, и перевожу взгляд на Ратмира. Вижу, как он сильнее сжимает руль, и как мрачнеет его взгляд и уже сожалею о том, что настояла на этом разговоре… Но потом он берет себя в руки и говорит:
  
— Начну с того, что Александр и есть мой отчим…
— Что? — не сдерживаюсь я от крика. — Ты серьёзно?
Ратмир кивает.
— Прости… Не хотела перебивать! — тут же беру себя в руки. — Продолжай!