Наследник для хозяина стаи (СИ)
Добрался только к вечеру - так тщательно путал следы. А на пороге гостевого домика его уже ждали.
- Добро пожаловать, - сухо обронил Зиминский.
И первый направился в открытую дверь. Давид за ним. У входа на полке лежала чистая одежда – темные рубашка и штаны. Очень кстати.
Переодевшись, Давид пошел в кабинет, который находился прямо за гостиной.
Зиминский стоял у окна, а в кресле рядом с ним сидела омега. Давид напрягся. А Вивьен зачем здесь?
- Она – моя помощница, - откликнулся Зиминский.
- И по вашей указке направила Аврору ко мне на аукционе? Или чья это была идея? Вы ведь давно за мной следили.
- Не только за вами, господин Сабуров. Мы следим за многими. Подождите, не надо возмущенных слов – я объясню, почему наше вмешательство строго ограничено. Но прежде побеседуйте с Вивьен. Она расскажет вам некоторые особенности поведения омег, чтобы вы лучше понимали состояние Авроры и чего от нее ждать. А потом мы перейдем к обсуждению дальнейших действий.
В иное время Давид рассмеялся бы. Омега будет им помогать? Полная хрень! Но теперь нет.
- У нас мало времени, господин Сабуров, - откликнулась женщина. – Присядьте, пожалуйста, - кивнула на свободное кресло.
Зиминский исчез, оставив их один на один.
Вивьен на это никак не отреагировала. В редких фиалковых глазах сквозила такая пустота, что волк тоскливо взвыл: эта омега - не жилец. Но ее это будто бы совсем не волновало.
- Расскажите подробно о том, что случилось. С самого начала.
Давид замешкался, пытаясь подобрать нужные слова, но в итоге плюнул. Какой смысл приукрашивать? Это может только навредить. Омега выслушала его очень внимательно. Не перебивала, только время от времени прикладывалась к бокалу вина.
Дождавшись, пока Давид закончит, она сухо кивнула.
- В целом, не катастрофа, но все равно плохо. Связь была грубо нарушена… - И, в ответ на его недоуменный взгляд, пояснила: - Когда омега симпатизирует альфе, она пытается установить с ним своего рода контакт. Но не на физическом уровне, а по-другому. Вы наверняка замечали, что Аврора начала прикасаться к вам чаще обычного, попадаться на глаза, стремиться провести время, но без сексуального подтекста…
Да, замечал. Последние недели его малышка стала невозможно ласковой. А он все это просрал.
- …Это естественная потребность любой влюбленной омеги. Взамен она помогает альфе на физическом уровне. Именно благодаря Авроре ваше лечение оказалось столь успешным…
Давид криво ухмыльнулся. И про это знают? Лихо… Но омега качнула головой.
- Я догадываюсь, о чем вы подумали. Но нет - мы не лезли слишком в открытую. Просто недомогания альф слишком очевидны для окружающих.
Логично. Его болезнь действительно сказывалась и на публичной жизни. Избавление от нее можно заметить.
- А если бы у меня не было проблем со здоровьем?
- Тогда бы вы стали сильнее, продуктивнее, умнее… Запах влюбленной омеги – это своего рода допинг. Только рядом с ней альфа может раскрыть весь свой потенциал. И находится в промежуточной форме ликана без ущерба для здоровья столько, сколько сам хочет..
Давид мысленно присвистнул. Это очень ценно качество.
-…Но, - Вивьен снова сделала глоток вина, - во время становление привязки оба партнера очень уязвимы.
Чушь. Омега не может быть парой альфы. Она предназначена для всех! Но на этот раз Давид промолчал. А Вивьен продолжила:
- …Гормоны скачут, логика поступов отсутствует, а чувства выкручены на максимум. Негативные в том числе. Приплюсуйте сюда беременность. Самое умное в это время - уединиться на несколько месяцев. Когда-то альфы, добившиеся от омеги взаимности, так и поступали…
Вивьен запнулась, и в ее глазах промелькнула нечто болезненное. Но омега отвела взгляд, а Давид не стал лезть к ней в душу.
- …Это помогало обоим пройти сложный период без особых проблем, - добавила после глотка вина. – Итогом становилась уникальная связь, дающая оборотням невероятные способности...
- Сомнительно, чтобы Совет от этого отказался!
- Но он отказался. И причиной тому люди...
Давид перестал улавливать нить рассказа. А человеческое племя тут с какого бока?
- ...Таким образом они рассчитывали победить двуликих, - охотно пояснила Вивьен. – Когда люди поняли, что нас не взять силой, они решились действовать хитростью. Состряпали мирный договор, дали нам право жить рядом без опаски, чтобы усыпить бдительность. А сами в это время разработали план победы над извечным соперником. И, как видите, вполне успешный…
- Да неужели?!
Но в это раз промолчала омега. А взгляд как у кобры – холодный, немигающий. Давид открыл рот, чтобы добавить парочку едких фраз, но не стал. Потому что если хорошенько подумать, то…
- Полукровок и одиночек все больше. Нравы в стаях – ниже. И добродетелью считается не честь, а жестокость и похоть. Мы стоим на пороге вырождения, господин Сабуров.
И Вивьен залпом опрокинула вино.
Давид с жадностью проследил за ее движением. Ему бы тоже не помешало промочить горло...
- Я готов согласиться, что дела обстоят не слишком хорошо, но…
- Но что? Мы выстоим? Интересно… И многие, по-вашему, захотят враждовать с людьми?
Вряд ли хоть кто-то… Альфы скорее перегрызутся, чем начнут действовать сообща. И потом, терять сытую жизнь? Ради чего?
- Оборотни привыкли к вседозволенности, - кивнула Вивьен его мыслям. – Развратите общество - и вы можете делать с ним, что угодно. Люди это умеют… И верно поняли, что эмоциональное состояние омеги влияет и на альф тоже. Не говоря уж о способности рожать очень сильных волчат.
- Что вы предлагаете?
- Я? Ничего… Если угодно - побеседуйте с Виктором. Он отвечает за организационные работы.
Да, Зиминский будет полезнее в этом плане, все равно омеги ничего не решают. Но оставался последний вопрос.
- А вам это зачем? Судя по всему, вы должны ненавидеть альф.
Ответом ему стала пустая, как взгляд омеги, улыбка.
- Ненавижу всей душой, господин Сабуров. Уж поверьте.
И, прихватив с собой стоящую в изножье стола бутылку, омега ушла. Давид проводил ее мрачным взглядом, но не стал останавливать, хотя имел на это полное право. Вместо этого он отправился искать Зиминского. Долго ходить не пришлось – оборотень ждал его в гостиной.
- Рассказ был не из приятных, не так ли? – улыбнулся криво.
- То же самое я мог услышать от вас. Или получить помощь.
Потому что если Зиминский так дохрена осведомлен, то зачем им кто-то третий? Но альфа и бровью не дернул.
- Могли бы. Но нам нужно было удостовериться в вашей готовности сотрудничать. И результатом я более чем удовлетворен. Вы общались с Вивьен на равных.
Ах, вот оно что! Проверка! Давид чуть заметно поморщился.
- Меня интересует в первую очередь Аврора. Как вернуть ее… - и, запнувшись, исправился: - как исправить мою ошибку.
- Вернуть доверие омеги сложно. Первое время Аврора не захочет ничего слышать.
- Как Вивьен не слышит вас?
- Вивьен – не моя женщина.
Значит, омега Зиминского – эта та, которая покончила с собой? И Аврора может тоже… Нет! Она не станет! Он не допустит! Давид дернулся, готовый рвать когти обратно в стаю, но Зиминский поднял руку:
- Успокойтесь, господин Сабуров. Исходя из имеющейся информации, могу сказать, что вы не были настолько подонком, каким был однажды я. Это очень облегчает дело. Но омеги... - глубоко вздохнул, – они невероятно тонкие натуры. Понадобится огромное терпение, любовь и нежность, чтобы убедить Аврору в вашей искренности. И вдвое больше усилий, чтобы вернуть былые отношения. Если вы не готовы к этому, то, уверяю, не стоит и начинать.
В комнате повисла тишина. Давид смотрел на собственные сжатые до побелевших костяшек пальцы и понимал, что… согласен. На все.
- Разумеется, вы должны соблюдать верность, - добавил Зиминский. – Никто не будет за вами следить, но…
- Не делайте из меня идиота! – огрызнулся зло. – Как будто я сам этого не понимаю!