Любовь на поражение (СИ)

Чтобы легче пережить поездку.
— Вик, а ты как себе мою жену представляешь? — внезапно спрашивает, и я осекаюсь.
А действительно как? Задумываюсь, какая же девушка сможет терпеть скверный Димкин характер.
Наверное, такая же стервоза, как и он сам. Образ в голове появляется удивительно четкий, и я тут же его озвучиваю.
— Высокая, стройная блондинка. Ноги от ушей, голливудская улыбка. Вот такие наращенные волосы, ногти и ресницы, губы, чуть накачанные филлером. Грудь… ммм. Размер третий-четвертый?
  
— Мимо, Вик, всё мимо. Про наращенные губы и ресницы — это вообще жесть полная, — Диму ощутимо передергивает. — Я ж импотентом стану, если такое в своей постели увижу.
— Да не губы наращенные. А ногти, ресницы и волосы.
— Одна байда. Брр…
— Ну неважно, это ж я так, для примера. В общем, найдешь свою Нагайну, совьете гнездо и будете вместе яйца высиживать.
— Чего-чего высиживать? 
— Яйца. Ты биологию в гимназии прогуливал, что ли? Некоторые виды змей вместе высиживают яйца. Вплоть до вылупления змеенышей. Очень романтично, да.
—Вик, — Дима как-то подозрительно косится в мою сторону. — А ты что пила за ужином?
— Эм. Сок виноградный. Очень вкусный, между прочим. Анина подруга принесла. Сказала, что это домашняя консервация.
— Кажется, этот сок забродил. Очень сильно забродил. Выпей перед сном сорбент, а то мало ли что… Еще белочку словишь.
Я фыркаю и отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть улыбку. Странный, конечно, вышел диалог, почти на уровне бреда, но зато Диму удалось отвлечь от неосторожно брошенных мной слов.
Да и дорога пролетела быстрее. Уже спустя минут пять мы въехали во двор и остановились у подъезда.
— Спасибо, что подвез, — спешу выскочить из салона, но Дима придерживает меня за плечо.
— Как палец?
— Да нормально, — кошусь на бинт. — Болеть, думаю, будет, как бинт сниму, а так ничего.
— Обработай еще раз на ночь. Если сильно к ране присох — не отдирай, смочи сначала в теплой воде, а лучше всего в растворе фурацилина, если он есть в аптечке.
— Посмотрю.
— Да погоди ты… Куда так рвешься?
— Ну что еще, Дим? Я устала и хочу спать.
— То есть кофе мне не светит?
— Нет.
— Ладно, — Дима вздыхает, нервно ерошит отросшие волосы, а потом выдает: – В воскресенье у меня выходной. Давай сходим куда-нибудь? Место можешь выбрать сама. Кино, театр, кафе, выставка. Или просто можем погулять, я тебе город покажу.
— Мне его уже твоя мама показала, спасибо.
— С моей мамой у вас явно было не свидание.
Да что ж такое? Я мысленно стону. То есть Димка от своей затеи закадрить меня так и не отказался?
Плохо, очень плохо.
— Нет, Дима, — обрубаю его поползновения на корню. — Ни на какое свидание я с тобой не пойду. Не трать время, поищи кого-нибудь более сговорчивого.
— Ты всё еще обижена на меня? — снова хмурится.
— Обида — это не совсем то слово. И да, я тебе уже сказала, что как парень ты меня не интересуешь. За месяц ничего не изменилось.
— Вик.
— Пока, Дим, — не став больше ничего слушать, выскакиваю из машины и несусь к подъезду.
А этот засранец выходит из машины и идет следом за мной. Я ускоряю шаг, но он все равно меня настигает. Дышит буквально в спину.
Естественно, на нерве я роняю ключи на землю, не успев открыть дверь подъезда, а Дима их поднимает.
Сам пиликает замком домофона и открывает передо мной дверь. 
— Дима!
— Что? Я забыл пожелать тебе «спокойной ночи».
И не успеваю я опомниться, как он наклоняется и целует меня в щеку. Безбожно долго скользит губами по коже, заставляя меня дрожать. Шумно дышит, обжигая лицо и шею своим дыханием… И только потом отступает на пару шагов.
Я же заскакиваю в подъезд, и как наскипидаренная мчусь к лифтам. Тут не мой родной пятый этаж, особо не побегаешь.
К счастью, Орлов меня не преследует, и до квартиры добираюсь спокойно. И во дворе, когда я выглядываю в окно, его тачки тоже нет.
Уехал. Аллилуйя! Можно выдохнуть… И присесть, а то ноги уже не держат. Да и руки внезапно превратились в желе…
  
Глава 38 Это подстава подстав
 
Ночью мне опять приснился странный сон. Причем более чем странный.
Наверное, во всем виноват фильм, который я посмотрела, чтобы расслабиться.
Слишком сильно отпечаталось просмотренное в подсознании, что и вылилось в такой невероятный яркий сон.
Мне снился особняк из фильма и какой-то прием, больше похожий на бал-маскарад. А я была героиней, вращающейся среди всего этого великолепия.
А еще там был странный парень в черной маске с серебристыми узорами, с которым я танцевала.
Понять кто это — не могла. Видела только темные волосы, стального цвета глаза в прорезях и линию чувственных губ с подбородком.
Красив был, зараза. Да еще и танцевал как бог. Сначала долго кружил меня по залу, а потом куда-то слинял, и я бесконечно долго искала его по коридорам особняка.
В итоге всё же нашла. На заднем дворе у красивой беседки, увитой виноградом и алыми розами.
А дальше… Стыдно признаться даже себе, но мне приснился поцелуй. Очень жаркий, страстный и глубокий.
Который я прочувствовала сполна, поскольку во сне места для рефлексии не было.
Во сне казалось совершенно нормальным, что меня жадно целует незнакомец, что его руки нагло тискают и ласкают мое тело.
И это все вызывает во мне приятный отклик. 
Во сне я откидывала голову назад, позволяя мужским губам ласкать шею и спускаться ниже, к тяжело вздымающейся груди.
И слегка постанывала от гуляющего в крови возбуждения.
Но даже возбуждение не смогло победить моего любопытства, и я попыталась сорвать со своего соблазнителя маску, как только представилась возможность.
И именно в этот момент я и проснулась. Так и не успев разглядеть, кого именно мне в полуэротичекий сон подкинула богатая фантазия…
С разочарованием я справилась быстро, лишь подивилась удивительной реалистичности сна.
А вот с возбуждением оказалось справиться сложнее. Слишком сильно была напряжена грудь и тянуло низ живота.
И это точно нельзя было списать на цикл, он у меня пару дней назад закончился. Так что это определенно было возбуждение.
Причем впервые оно было настолько сильным. Само собой, о дальнейшем сне даже думать не приходилось. Хотя на часах едва пробило пять утра.
Кажется, Аня права. Пора мне обзаводиться парнем. Где бы только его найти? Не так чтобы галочки и физического удовольствия ради, а чтобы влюбиться с первого взгляда и навсегда?
Но это были лишь мысли, а пока мне пришлось довольствоваться лишь едва теплым душем да чашкой чая с любимыми конфетами.
Ну и рисовать снова потянуло. Схватилась за карандаши с бумагой и долго и кропотливо изображала героя моего сна.
А потом долго любовалась результатом. Водила пальцами по изображенному лицу и думала:
— Кто же ты, красавчик в маске? Где тебя искать?
А после рассмеялась и убрала рисунок в папку к остальным. Не хватало еще влюбиться в плод своего воображения.
Это будет чистая клиника… Ну нафиг, что называется.
И вообще, у меня впереди новый трудовой день. Уже пора выдвигаться, если хочу пройтись пешком.
***
В субботу галерея закрывалась рано, но я уходить не спешила. Очень мне хотелось закончить ту картину, которую облюбовала Аня.
Там осталось совсем ничего, буквально последние штрихи нанести. Вот я и старалась, доделывала. Даже порезанный палец не мешал.
Аня тоже осталась, за компанию, так сказать. Разбиралась с документами, которые давно хотела рассортировать.
Что-то нужно было отправить в архив, что-то выбросить. Вот и занялась тем, до чего давно руки не доходили.
  
Потом еще за кофе вызвалась съездить. А за то время, что она моталась, я успела закончить работу.
— А вот и я! — Аня с довольным видом поставила на столик пакет, из которого выудила два бумажных стаканчика с кофе и две упаковки с круассанами. — Ты с чем будешь? С шоколадом или с клубникой?