Любовь на поражение (СИ)

У Димы всё хорошо, к счастью. За год все эмоции улеглись, бешеный азарт в отношении меня утих, внушенные самому себе чувства остыли.
Судя по словам Олега, его старший брат уже успел сменить нескольких девушек и вполне доволен жизнью.
Всё, как я и думала, в общем. Это было предсказуемо, как и то, что за ночью всегда приходит рассвет. Хорошо, что слишком далеко у нас не зашло…
  
— После одного хмм… инцидента, — Лилия Александровна загадочно хмыкнула, вырвав меня из мыслей. — Но об этом рассказывать не буду. Факт в том, что уехала. Чтобы забыться. Тетя по знакомству пристроила. Ну, не совсем по блату, конечно. Если бы была бездарностью, никто бы меня проталкивать не стал.
— Но, — я прикусила губу, — как я понимаю, со временем всё изменилось? Раз вы с Артемом Алексеевичем женаты?
— Да. Так сложилось. Потому что от судьбы не убежишь, Вик. Если двоим суждено быть вместе, никуда от этого не денешься. Даже если будешь пытаться убежать. Для каждой любви свое время.
Я аж вздрогнула, внезапно вспомнив ту старушку у подъезда. Которую больше и не видела. Она говорила такие же странные слова.
— Вик, все хорошо?
— Да, простите, задумалась просто.
— Понятно. Так вот, мне кажется, что именно поэтому Тёма так сильно не любит Лондон. Потому что знает, что тут я пыталась убить свою любовь. Мужчины в этом плане как-то остро реагируют. Кстати, а что насчет тебя? Не приглянулся тебе тут кто-то, м?
— Нет, — помотала головой. — У меня никого нет.
— Значит, еще рано тебе. Время не пришло. Но знай, если что — всегда можешь со мной поговорить. Хоть лично, хоть по телефону. Не держи в себе.
— Хорошо, —улыбнулась я, переводя взгляд на Темзу.
— Тогда давай поедем в ресторан, м? Я уже проголодалась. Наши туда подтянутся. А вечером поговорим о том, что будем делать дальше. Ведь победа — это только начало пути. Работы предстоит очень много. Надо готовиться.
Да-да. Всему свое время… В данный момент мне надо было работать над вкладом в свое будущее.
Пока ехали в такси, я вытащила смартфон и нашла в галерее снимок родителей. Я его сделала тем вечером, когда они уезжали в театр.
Такие счастливые, предвкушающие счастливый вечер… Кто бы знал, что всё так закончится?
Неужели и это было заранее предрешено? Тогда судьба — очень жестокая штука…
— Они бы тобой гордились сейчас, — Лилия Александровна притягивает меня к себе и целует в висок.
— Надеюсь на это, — смаргиваю предательские слезы и вздыхаю. — Надеюсь… 
— И вообще, выше нос, Вика. Всегда верь в лучшее, даже если будет очень трудно. И тогда всё обязательно будет хорошо.
Вера и Артем Алексеевич встретили нас в ресторане. Вера тут же повисла на мне и с заговорщицким видом протянула печенье.
— Это что?
—Там гадание было, в центре. Я не удержалась. Папа отвлекся на телефонный разговор, а мне стало скучно. Вот и вытащила.
— Да открой уже. Мне интересно, что там.
—Ладно, — со смехом разламываю дурацкое печенье и вытаскиваю бумажку, на которой написаны три слова:
«Всё только начинается»…
  
Бонус
 
Некоторое время спустя 
Нью-Йорк
— Олег, какого хрена? — при виде брата, стоящего на пороге, роняю челюсть на пол.
Выглядит он крайне херово. Весь в крови и грязище, еле на ногах держится.
Один глаз заплыл полностью, под вторым обширная гематома, губы разбиты в мясо, нос свернут на сторону.
Это что за пиздец?
— Димон, не ссы, у меня все окей, — выдает заплетающимся языком, переступает порог и едва не падает на пол. — Буквально лучше всех.
— Я вижу, бля, — подхватываю и кое-как дотаскиваю до дивана тяжелую тушку брата. Набрал форму в качалке, называется.
— Сука!!! — Олег падает кулем на диван, глухо стонет и прижимает руку к левому боку. — Больно-то как.
— А ну, снимай рубашку, посмотрю, что у тебя там.
— Да просто отвали! — рычит в ответ. — Просплюсь и буду как новенький.
Ага, конечно. Люто матерюсь, поскольку Олег не дает себя раздеть, а потом иду за ножницами.
Просто разрезаю футболку на две части и весь холодею. Тело брата превратилось в один сплошной кровоподтек. Там реально нет живого места.
— Пиздец. За что тебя так отделали?
— За любовь, Димон. За любовь. Не на ту девушку я глаз положил. — хрипло смеется, и я вижу, как на губах начинает пузыриться кровавая пена.
А вот это уже не просто пиздец, это полный пиздец. Кажется, тут нужна неотложка.
— Олеж, ты только кони не двигай, лады? — стискиваю брату руку, а сам набираю номер клиники. — Потерпи, сейчас приедет скорая.
— Да что мне… сде…лается, — ухмыляется и теряет сознание.
***
Олега прямо из приемного покоя забрали в операционную. Состояние требовало немедленного хирургического вмешательства.
У него диагностировали тяжелую ЧМТ, разрыв селезенки, множественные переломы ребер, ушибы внутренних органов, внутреннее кровотечение.
С тяжелым сердцем приходится звонить отцу, а потом всю ночь торчать в клинике возле отделения реанимации.
Прилетает батя утром. Вижу, что хочет заорать, но замолкает, видя мое умученное состояние.
— Как он? — хрипит, падая в соседнее кресло.
— Без изменений. Операция вроде прошла неплохо, но в сознание так и не пришел.
— …. — матерится и хватается за голову.
— Мама знает?
— Ты что? Это ее убьет. Нет, Лиля уж точно ничего узнать не должна. Андрей в курсе, они с Марикой будут меня прикрывать. В крайнем случае отправим Лилю к Вике в Лондон. Блять, Дима, как так? Почему ты не уследил за братом?
— Пап, Олегу уже не пять лет, а двадцать, — возмутился я в ответ. — Поздновато за ручку водить, ты так не считаешь? Да и откуда я мог знать, что он так влипнет? По подозрительным местам не шарахался. С опасными личностями не тусовался.
— Да, вот уж от Олега такого не ожидал, — психует отец. — За тебя боялся, а устроил раскардаш он.
— Я уже перебесился.
— А Олег подцепил палочку бешенства, да? Заебись. Не в курсе, что произошло?
— Не понял, но, кажется, из-за какой-то девки в драку влип… Но точно не узнаем, пока не очнется.
Было тревожно, очень. Мы с отцом места себе не находили, ошиваясь возле дверей реанимации.
Я не представлял, что будет, если брат умрет. Не представлял, как это перенесет мама.
Да и самому хреново было. Как бы ни пререкались и не собачились мы, но Олега я любил и терять его не хотел.
К счастью, этот засранец все же выкарабкался. Ближе к вечеру открыл глаза, а уже на следующее утро его перевели в обычную палату.
Само собой, началось расследование, которое ни к чему не привело. На Олега напали в темном переулке, вдали от камер.
Притянуть было некого. Хотя брат и подозревал, кто заказчик, но без доказательств ничего сделать было нельзя.
Влип, конечно, брат по-глупому.
Влюбился в какую-то модель, которую встретил в клубе. Русскую, но с детства жившую в Америке.
Только вот эта модель была при очень крутом мужике, который, собственно, ее карьеру и двигал. Там была договоренность о свадьбе. Брачный контракт, все дела.
Мужик, правда, был сильно возрастной и девчонку, похоже, не удовлетворял. Вот и решила покрутить хвостом перед свадьбой.
Олег не раскололся, но я думаю, хорошо она ему лапши на уши навешала, раз он решил подержанную девку увести у почти мужа.
Хотел бросить всё, увезти эту шалавень в Россию и даже жениться. Глаза отца надо было видеть, когда он всё это слушал.
Да и мои тоже.
И ведь внушения отца не помогли. Олег, как безумный продолжал ждать эту прошмандовку.
  
Только вот она даже сообщения ему не прислала. Более того, замуж выскочила, пока брат в больничке отлеживался.
Только тогда до него, кажется, дошло…
*****
Возвращаться домой брат отказался. Сказал, что будет доучиваться Нью-Йорке.