Грубая любовь (СИ)

Всё шло так, как должно было, и вернуть что-то обратно уже было нельзя, а потому и сожалеть об этом не было никакого смысла.
Но Амир не спал.
Он лежал, растянувшись, словно огромный кот, и закинул обе руки за голову.
Мужчина дышал ровно и размеренно и даже прикрыл глаза, но уснуть не смог. В голове лениво копошились мысли, главными из которых были - как помочь Лине справится с эмоциями и почему его запах изменился настолько разительно именно за эту ночь, которую он провел с девушкой.
  
Ясно же было, что с ним происходит какая-то хрень, которая раньше не происходила, и с этим нужно было что-то решать.
Хотя бы узнать для начала, что это такое!
Он даже немного задремал, когда услышал вой на улице, от звука которого в теле тут же все напряглось особенным образом.
Это был зов, который никто не мог услышать – ни люди, ни звери.
А мог только такой, как он.
Даже если он был бракованный и совсем не правильный Палач, каким был его брат по странной крови.
Так выли волки, призывая его к себе, потому что где-то что-то случилось, и в это нужно было вмешаться.
Раньше это было не его дело.
До тех пор, пока не появился неожиданно его брат, который при первой же встрече попытался его убить. При чем убить жесткого и изощренно. Но Амир не умер, а брат вдруг проникся братскими чувствами и принялся его лечить, а потом прибегать в гости.
Странный брат со странным именем Уран.
Создание, которое ходило по миру, способное уничтожить в одиночку небольшой город, или разорвать руками армию со всем его самым мощным и современным оружием.
Силу своего брата и других Палачей Амир видел своими глазами, но уже ничему не удивлялся.
А еще Уран был иногда неуправляемым зомби, который не видел своих и чужих – и просто убивал всех подряд, а потому часть его обязанностей пришлось выполнять Амиру.
Мужчина натянул на голое тело штаны и тихо выскользнул из квартиры, прикрыв за собой дверь, чтобы спуститься на улицу.
Не смотря на свою намешенную человеческую кровь – Амир так же, как Палачи, не ощущал холода, а потому спокойно ступал босыми ногами по асфальту, и в темноте видел так же зорко, как волки.
Вернее, волколаки.
Мужчины, которые могли ходить и в обличии людей, и в обличии лютых хищников.
Черные волки ждали его в тени деревьев, куда Амир и направился, попутно сканируя местность на предмет лишних глаз и ушей, но было тихо. Спали даже кошки в подвале дома, и бездомная собака за мусорным баком. А люди и подавно.
- Приветствуем тебя, Амирхан.
Проговорил один из волков, и все они склонили головы перед ним, приложив синхронно ладони к груди.
Чёрт, Амир никак не мог привыкнуть к такому вселенскому уважению просто потому, что в нём текла кровь Палачей, даже если он не был чистокровным!
Это было охрененно приятно, но всегда как-то коробило.
- Приветствую вас, волки.
Амир повторил их жест, выказывая и свое уважение тоже.
На самом деле, волколаки были отличными ребятами.
Он даже завидовал по-белому их братству и поддержке.
Стая – это было не просто слово.
Это означало особенное доверие друг другу. Безусловное доверие.
Это означало такой уровень поддержки, который людям было не понять и не почувствовать. Стая – это одно сердце, разделенное на волков. Одна боль, одна радость. Нельзя было передать словами сплоченность этих ребят.
Амир знал, что от него пахнет сексом, но в мире хищников это было нормально, а потому его это ни капельки не смущало.
Что естественно – то не без оргазма, как говорится!
Но сейчас он чувствовал себя иначе. Не так, как после любого другого секса до этой ночи. Впервые ему не хотелось просто встать и уйти.
Впервые хотелось остаться рядом так долго, как только было можно. Пусть даже не спать спиной к спине, но находиться максимально близко друг к другу.
- Что случилось, парни?
- Есть одна девушка с кровью берсерка. Мы присматривали за ней некоторое время и думаем, что ей опасно оставаться в городе.
Амир чуть нахмурился.
Обычно волки говорили кого нужно убить, чтобы тот не показал свою сущность и не выдал весь род берсерков. Странно, но среди волколаков таких недоумков не было, и они всегда хранили свою тайну, хотя и жили среди людей столетиями.
Только берсерки-полукровки не могли справляться со своими эмоциями и силой, часто начиная щеголять среди людей и показывать то, что было совсем нельзя.
Об этом сам Амир узнал не так давно – лишь после того, как появился его брат Уран, и пришлось выполнять некоторые его функции.
- Девушки не обращаются в звериную сущность, и выдать себя не могут. Или я чего-то не понимаю?
- Она дерзкая и резкая. Отнимает деньги силой у людей. Её часто в полицию забирают за хулиганство. Но дело не в этом. За ней следят люди из лаборатории. Для каких целей – мы пока не знаем. Мы решили, что палачи должны об этом знать.
Брови Амира сошлись на переносице, и в груди опалило ядовитой и опасной злобой.
Лаборатории!
Те, кто сделал Урана и двух его братьев палачей хрен пойми какими зомби.
Те, кто знал много запретной информации и почему-то еще был жив!
Да, Уран рассказывал ему эту историю, которая началась в годы Второй мировой войны и длилась по сей день, но – хоть убейте! – он так и не смог понять, почему палачи, обладая всей свой жуткой силой, просто не уничтожили эту лабораторию сразу на месте? Эту, и все следующие за ней?
Может, сейчас бы не было этих всех проблем и надвигающейся войны высших существ с самыми крутыми и жуткими изобретениями человечества. Вернее, той её части, которая знала о существовании берсерков и волколаков в том числе.
- В лабораториях не так давно узнали о наличии девушек-берсерков. Возможно, поэтому за ней так тщательно наблюдают. Мы не знаем, как лучше поступить. Возможно, её стоит перевезти куда-то ближе к берсеркам, в лес.
Амир кивнул:
- Я посмотрю за ней. Спасибо за бдительность, парни.
Один из волков – тот, который говорил – протянул мужчине отрывок какой-то темной тряпки, и Амир молча взял её, коротко кивнув. Ему было этого достаточно, чтобы отыскать любого человека не только в городе, но и по всему миру, как бы невероятно это ни звучало.
Волколаки снова прижали ладонь к груди и учтиво поклонились, прежде чем растворились в темноте, а Амир выдохнул и запрокинул голову, очищая свои мысли и эмоции.
В последний раз он прислушался к тому, что происходит с Линой, и лишь убедившись в том, что девушка крепко и спокойно спит – наконец выпустил на волю все свои звериные инстинкты.
В нем текло сразу три крови – медвежья, делая невероятно сильным.
Волчья – давая такой нюх и зрение, что он спокойно видел в темноте.
И человеческая – самая слабая часть, в которой, однако, тоже был свой плюс – она не давала ему сорваться в хищники каждый раз, когда кровь закипала и просила выпустить наружу всю жестокость и жажду причинить боль.
Амир поднёс кусок ткани к носу, позволяя запаху той девушки заполнить легкие и раствориться в его крови.
Палач не открывал глаз.
Теперь все было словно размытая картинка, на которой мелкие точки человечков дрожали и трепыхались, отскакивая назад, пока он искал то запах, который только что учуял.
Это было подвластно только палачам.
Просто раньше Амир этого не понимал, хотя и пользовался всю жизнь, отчего мужики считали его чуть ли не богом в поисках. И, как оказалось позже, они были даже правы, если волки говори правду о том, что плачей создало божество древности, и сами палачи были полубогами.
Скоро он нашел нужный запах.
В пределах города, за несколько кварталов от себя.
  
Амир больше не был человеком, когда устремился вперед, двигаясь с такой скоростью, что ни один человек его не смог бы увидеть, поэтому было совершенно не важно, что палач был облачен в одни штаны на голое тело и с босыми ногами.
Он едва чувствовал землю, когда передвигался.