Попала, так попала, или Невеста на двоих (СИ)

Сначала Мелена отказывалась, страшась родительского гнева и надеясь изменить их решение, но очередное письмо было все покрыто пятнами, кое-где чернила были размыты, словно девушка плакала.
«Эрнор, теперь я знаю, почему родители против нашего брака», – писала она. – «Я случайно оказалась около кабинета батюшки и услышала разговор. Меня обещали в жены П», – кто такой «П» я не знала и продолжила читать: – «Он пообещал за меня большой выкуп, который позволит покрыть долги брата. Ты же знаешь, какие у Миерна трудности. Моя жизнь кончена, Эрнор», – в этом месте было особенно много разводов. Видимо, Мелена уже не могла сдерживать слезы. – «Если ты все еще хочешь бежать, то я согласна. Мне не нужна, оказанная «великая честь», а будущий ребенок не заслуживает такой участи.»
Ребенок? Значит, Эрнор и Мелена, несмотря на строгие нравы, умудрились дописаться до ребенка?
Своеобразный способ забеременеть, да и бог с ними!
Я отложила свиток и задумалась, пытаясь подсчитать. Конечно, не знала года рождения Ладислава, да и вообще не знала какой на дворе год, но выстроенная логическая цепочка привела к тому, что тот ребенок должен быть старше Ладислава, раз дело было до женитьбы его родителей, а Мелисса, то есть я, определенно не подходила под этот параметр.
Значит, я не его сестра?!
От этой догадки по телу разлилось приятное тепло, а светильники засияли ярче.
Я вскочила и рассыпала письма, бросилась поднимать, но руки дрожали и свитки разлетались как птицы.
«Не сестра! Не сестра!» – билось в мозгу так настойчиво, что я совсем забыла думать о том, почему тогда так похожа на Мелену.
От хлопка двери вздрогнула и обернулась – на пороге стоял Ладислав и смотрел на меня сверху-вниз.
– Так и подумал, что это ты, когда увидел пульсирующий свет из-под двери, – он неторопливо отлепился от косяка, два широких шага, и уже сидел рядом, помогая собирать свитки. – Я тебя понимаю, – тихо сказал он. – Если бы не знал ничего о себе, тоже старался бы выяснить как можно больше. Что еще вычитала?
Его голос звучал ровно и безэмоционально, как у человека, смирившегося с неизбежным.
– Я не твоя сестра! – сорвалось с губ, а на раскрытой ладони подрагивало письмо.
Ладислав мгновенно преобразился. Он молниеносно развернул свиток, а в глазах сверкнул жадный огонь.
Так же, как я до этого, он жадно глотал строчку за строчкой, потом перевел взгляд на меня, а листок медленно спланировал на ковер.
– Да, – подтвердил он. – Ты не этот ребенок. Значит, у них был еще один. А где он?
Глава 47. Нападение
 – А ты помнишь свою мать? – пораженная догадкой, от которой все внутри заледенело, я подняла на Ладислава полный вопросов взгляд.
– Нет, – после недолгой паузы, во время которой осмысливал мои слова и, видимо, придя к тем же выводам, ответил он. – Это не честно. Такого просто не может быть, – цедил сквозь зубы, торопливо просматривая один свиток за другим. К счастью, Эрнор оказался педантом, и везде были аккуратно проставлены даты. – Какое там следующее письмо? Вот! – он победоносно поднял очередной свиток, и я прильнула к плечу, чтобы тоже прочитать. Практически вжалась, но Ладислав, торопясь найти опровержение, даже не посмотрел в мою сторону – все его, как и мое внимание занимали рукописные строчки.
Это оказалось не письмо Мелены, а что-то вроде дневника самого Эрнора.
Глотая одно слово за другим, я буквально видела юношу, переодевшегося простым работником и дежурящего под окнами возлюбленной. Глаза Мелены, в которых страх перед побегом смешался с надеждой на грядущее счастье. Побег под покровом благосклонной к влюбленным ночи. Экипаж, поджидающий на постоялом дворе и… погоня.
Видимо, за красавицу-дочку пообещали действительно большой выкуп, и отец хорошо стерег свое  сокровище или же прознал о планах на побег, но влюбленные даже не успели покинуть пределов провинции, как их настигли отправленные отцом всадники.
Эрнор писал, что он готов был отдать жизнь за Мелену, и я изо всех сил сжимала руку Ладислава, когда читала описание схватки. Юноша действительно оказался не робкого десятка, да и Мелена помогала, но двое против шестерых – это двое против шестерых.
 
Будто наяву я видела, как в молодых людей летели заклятия. Опасаясь ранить Мелену, преследователи не использовали по-настоящему сильные чары, но сети, удавки и сонные заклятия влюбленные едва успевали отбивать.
Увидев, что один из преследователей целится в Мелену, а она отвлеклась на то, чтобы уклониться от направленных на нее пут, Эрнор поспешил закрыть любимую, и тяжелый удар пришелся прямо в живот. Не в силах сделать ни вздоха, ни пошевелиться, Эрнор упал и мог только смотреть, как преследователи все разом набросились на Мелену. Спеленали заклятиями, наверное, как меня, и перекинули через спину коня. Уже покидая место схватки и проходя мимо обездвиженного противника, один из мужчин с чувством и оттяжкой приложился ботинком по лицу, а Эрнор даже не мог вскрикнуть, хоть при виде слез Мелены, безмолвно стекающих по щекам, хотелось вскочить и поотрывать всем головы.
– Так вот откуда у отца был шрам около глаза, – задумчиво протянул Ладислав, поднимая голову. – А он никогда не рассказывал, а на все вопросы отвечал, что напали бандиты.
– В каком-то роде бандиты и напали, – ответила я, тоже отрываясь от чтения. Заглянула Ладиславу в глаза и поспешила отвернуться.
Я помнила, чем едва не закончилось, когда мы с ним встретились взглядами, и если мы родные брат и сестра, то ни в коем случае нельзя допускать повторения.
Ладислав, видимо, думал точно так же. Я успела заметить, как сошлись на переносице темные брови, а точеные скулы заострились.
– Что там дальше, – сипло спросил он, возвращая меня к чтению, и мы снова уткнулись в свиток.
Эрнора нашли торговцы, почему-то оказавшиеся в стороне от тракта. Сжалились, или узнали в нем благородного юношу, подобрали и отвезли на постоялый двор. Заклятие держалось несколько дней, и когда оно спало, а Эрнор восстановил силы, то, опасаясь посылать новое письмо, чтобы его не перехватили, снова отправился к замку, где томилась Мелена.
Дальше почерк стал очень неровный. Буквы прыгали, будто у писавшего дрожали руки, слова обрывались, строчки пересекали злые росчерки, заканчивающиеся дырками.
Совместными усилиями нам с Ладиславом удалось разобрать, что у замка Мелены Эрнора встретили траурные флаги и приспущенные знамена. Расспросив прислугу, он выяснил, что скорбят по молодой госпоже.
– Умерла? – не удержавшись, я посмотрела на Ладислава. – А ребенок? Мое сходство?
– Не знаю, – рассеянно ответил он и привлек меня к себе, прижав голову к груди. – Оказывается у отца было полно тайн, которые он слишком тщательно хранил. Я обещаю, мы во всем разберемся и все выясним, – стиснул мои плечи и развернул к себе лицом. – А пока, наберись терпения и, пожалуйста, держись подальше от принца.
Глава 48. Туман
Вот когда его негромкий голос отдавался внутри волнующей вибрацией, когда так обнимал, неторопливо очерчивал кончиками пальцев овал лица; словно лаская, скользил взглядом по губам, я готова была пообещать что угодно – не иначе воздействовал какой-то магией. Точно, иначе почему я становилась такой слабовольной?
– А теперь тебе надо отдохнуть. Уже поздно. Необходимо все как следует обдумать, – он поднялся и помог встать мне. – Мелисса, – выдохнул он мне в волосы, и я обернулась. – Верь мне. Я не желаю тебе зла и делаю все только для твоего блага.
Я рассеянно кивнула и, поддерживаемая Ладиславом, отправилась в свою комнату. Видимо, день действительно выдался тяжелым, потому что чувствовала себя совершенно обессиленной, а платье давило на плечи невероятной тяжестью, и больше всего хотелось избавиться от него, а потом нырнуть между прохладных простыней.
 
– Спокойной ночи, Мелисса, – у дверей в мою комнату, Ладислав остановился. Немного помедлил, будто на что-то решаясь, выдохнул и коснулся губами лба, прижавшись и сильнее, и задержавшись на долю секунды дольше, чем необходимо. Затем резко отвернулся и, впечатывая каблуки в пол, зашагала прочь.