"Фантастика 2026-45". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Хотя, когда амина встретила его свита, его воины — я ощутила его мощь.
И вот снова, он включил её, обдавая меня, обычного человека, силой своей смертоносной энергией, словно пытался прощупать и понять, насколько сильна моя воля и как долго смогу противостоять ему.
Что ж, амин будет неприятно удивлён — у меня очень много упрямства. И чаще всего именно упрямый характер и спасал меня из разного рода неприятных ситуаций.
  
Когда военачальник оставил нас одних, вождь, наконец, сказал:
— Ты не будешь участвовать в рассветных играх. Для тебя это невозможно, Александра.
Потом он хмыкнул, когда увидел, как я недовольная его словами поджала губы и прищурила глаза. Затем он резко отвернулся и небрежно бросил:
— Больше никаких выходок, Александра. У меня нет времени на возню с тобой. Будь покорной райни и не усложняй сама себе жизнь. Поверь, я не всегда буду столь мягок и не стану закрывать глаза на твои проступки. Считай, я сделал поблажки из-за твоего шокового состояния — ты покинула родной мир, и пребывание в новом мире для тебя началось не совсем приятно. Но это в первый и последний раз. А теперь иди, возвращайся на женскую половину и веди жизнь, которая полагается любой достойной своего положения райни. Сахи Ха тебе всё объяснит.
Наверное, вам не стоит объяснять, что в моей душе сейчас бушевал тихий ад.
Никуда я естественно не ушла. Открыла рот и тихо, но весьма твёрдо и доходчиво сказала:
— Во-первых, я не вижу причин, по которым вы отказываете мне в участии в рассветных играх. Уничтожение артефакта клятвы — не моя вина.
Я сделала шаг к нему, продолжая уже глухо рычать:
— Клятва принята? Принята. Остальное — это уже не мои проблемы, амин. Во-вторых, я никак не могу понять, почему великий вождь не менее великого клана Рави позволяет себе такое отвратительное отношение к женщине, спасшей его дочь? Почему вы решили, что долг жизни вы можете отплатить только таким способом — лишить меня воли и сделать своей женщиной вопреки моим желаниям и стремлениям!
К концу фразы я уже едва сдерживалась и чуть ли не кричала.
Мужчина выслушал мою пламенную речь, не поворачиваясь ко мне лицом.
Говорить со спиной оказалось весьма неприятно — он показывал, насколько не боится меня, ведь его спина была открыта для нападения, а ещё презирает…
— Глупая человечка, — устало вздохнул вождь и, наконец, соизволил посмотреть на меня.
Его лицо было спокойно, но вот глаза снова пылали гневом.
— Сколько же глупости в твоих словах, — улыбнулся он одними уголками губ, но вот глаза остались серьёзными и суровыми. — Хорошо, по поводу артефакта поясню. Точнее, по поводу твоей крови.
— Я внимательно вас слушаю, — сказала тоном, словно это я позволяла ему сейчас говорить.
Мужчина снисходительно посмотрел на меня и тихо рассмеялся. Видимо, он находил меня забавной, что очень зря.
— Кровь любого живого существа — очень могущественна, Александра. Не зря клятвы произносят и скрепляют любые магические слова кровью. Артефакты, созданные нагами — сильны и бесценны. В них заложена колоссальная энергия. Но есть некоторые артефакты, к которым не могут прикасаться некоторые представители моего народа. Например, в моём клане — это я и Эша. Вожди других кланов так же. Наша кровь не только могущественна, сила, что течёт в наших венах, способна уничтожить многие артефакты, напитанные вековой магией нагов. И не по нашему желанию это может произойти — кровь правящих всегда сильнее.
— Но во мне нет крови вашего рода, — пробормотала я, хмурясь и напомнила: — Ваша дочь лишь отравила меня своим ядом.
— Да, — согласился амин, изучая меня внимательным взглядом. Он глядел на мои голые ноги, покрытые кровью военачальника и рвана, испачканные песком, отмечены мелкими ссадинами и уже наливающимися синяками и ушибами. Потом его взгляд пополз выше, задержался на моих вторых девяносто, затянутые в порванную ткань топа, но при этом вождь не терял нить разговора.
— Моя дочь оставила в твоём теле яд, и неизвестно как он отразился на твоей крови, Александра. Ясно одно — раз ты смогла уничтожить сильнейший из артефактов, то значит, твоя кровь так же сильна, как и моя и моей дочери.
Он прекратил разглядывать меня и обошёл огромный резной стол, щедро украшенный золотыми элементами, царственно опустился в кресло и закинул ногу на ногу.
Задумчиво потёр подбородок и закончил свою речь, глядя мне в глаза:
— В играх используется множество артефактов разного уровня, Александра и они не такие мощные, как уничтоженный тобой магический предмет. Поверь, моя дорогая маленькая, но храбрая и сильная духом человечка — на играх обязательно будет пролита кровь всех участников. По-другому не бывает. И если хоть капля твоей силы коснётся этих артефактов… Даже уничтожения одного хватит, чтобы участники рассветных игр были погребены заживо в пространстве пустоты.
Он подался чуть вперёд и добил меня словами:
— Игры проводятся в пустоте, Александра и транслируются на арене, где виден каждый игрок и вся игра в целом. Как ты теперь понимаешь, за их проведение отвечают не только сильнейшие маги, следящие за пустотой, чтобы в наш мир и в саму игру не проникла ни одна тень, но и артефакты, которые ты обязательно уничтожишь. Поверь, мне не жаль игроков. Мне жаль свой род — ведь с твоей смертью, случится непоправимое… Долг жизни не прощает промахов.
Да, Эша мне рассказала подробности.
От слов Сандара и осознания того, что может сотворить моя, как оказалась, могущественная кровь, стало откровенно не по себе, и одновременно, очень грустно. Ведь это значило, что я действительно не могу принимать участие — я никогда не поставлю свои интересы выше жизней других людей и нелюдей, а значит, не смогу даже попытаться выиграть и попросить свободы у амина.
Весь мой воинственный запал пропал, а в душе поселилась тоска.
Я вдруг, ощутила, дикую пустоту внутри, которая неожиданно поселилась во мне и начала расползаться, как самая настоящая зараза. Мне захотелось просто пойти, да утопиться в одном из прекрасных бассейнов дворца.
— Твои слова, что я скверно отношусь к тебе по долгу жизни — женщине, спасшей мою дочь, неверны, Александра. Увы, но ты первая человеческая особь, выжившая после ядовитого укуса нагини. Твоя жизнь и твой поступок наложили на меня как на главу клана суровые обязательства — долг жизни.
Он невесело рассмеялся. И я поняла, что для него этот долг настоящая обуза.
— Чтобы выполнить его — я должен обеспечить тебя долгой и здоровой жизнью. Оставить тебя на свободе — значит, подвергнуть опасностям, которых в моём мире предостаточно. Хотя, я мог бы понадеяться на чудо и сделать тебя свободной, как того всей своей сущностью желаешь. А при случае, когда ты окажешься в опасности — успеть и спасти тебя от смерти и тем самым, вернуть долг, а дальше уже забыть о тебе, ведь надо мной и моим кланом больше не будет висеть это обязательство.
Я сглотнула подкативший к горлу комок.
— Так почему бы вам не выбрать второй вариант? — поинтересовалась безэмоционально.
Сандар покачал головой.
— Сразу видно, что ты не маг и к магии даже поверхностного отношения не имеешь.
— В моём мире нет магии.
Он поднялся с кресла и поманил меня пальцем, приглашая на террасу.
Прошла за ним и коснулась ладошками холодного мрамора.
Посмотрела с высоты на прекрасную территорию, раскинувшуюся под нашими взорами, и произнесла:
— Очень красивый вид. Но меня он не радует… Ведь вся красота вокруг меня — это клетка. Я ненавижу, когда меня лишают выбора и делают этот выбор за меня. Вы преследуете только свою цель, амин — уберечь свой клан от позора. И… я думаю, вы делаете всё правильно, ведь репутация и жизнь всего клана важнее жизни какой-то иномирной женщины. Но… — я хмыкнула. — Люди моего мира обладают одним качеством, которое вам, возможно, не понравится.
  
Посмотрела на стоящего рядом сильного и властного вождя, от которого, больше не исходила подавляющая сила. Значит, он умеет её контролировать и выпускает, чтобы показать своим подданным и особо зарвавшимся их место.