Любой ценой (СИ)
* * *Не теряя зря времени, вернулись в лес. Сейчас главное: решить, в какую сторону стопы направить. Вариантов не так уж и много: либо назад в сторону Мерефы, снова обходя заслон на дороге, а там лесами на Валки, либо до окончания леса юго-восточнее Огульцов, потом полями к цели. Первый вариант длиннее, но все уже знакомо, да и помощь леса переоценить трудно. Второй же сулит более короткий путь, но по открытой местности. И почему там в свое время лесов не насадили? Гринписа на них не было… Коротко посовещавшись, остановились на более коротком пути: время поджимает. Уничтожив пустую клетку, собрались в дорогу…
Как ни торопились, а к опушке леса вышли уже засветло. Придется останавливаться на отдых. Тем более что почти вплотную к лесу проходит небольшая дорога, которая наверняка позволит оценить активность немцев в этом районе. Да и выспаться нам с Вороновым не помешает. Раньше возможности не было на связь выйти, сейчас такая появилась. Результаты — налицо, доложить есть о чем…
— Белый! Организуй наблюдение за дорогой, может, что интересное будет, и про охранение не забывай. Воронова не трогай, пусть отоспится, больше суток на ногах.
— Есть!
И закипела привальная жизнь. Каждый своим занят: кто оружие чистит, кто приготовлением обеда занялся. В общем, все при деле. Поликарп Васильевич иголкой вооружился, из маскировки второй изничтоженной клетки штаны сооружает. Будет полностью принаряжен. Можно и передохнуть слегка, в глаза уже спички вставлять можно. Сами собой закрываются. РД-шку под голову, автомат с разгрузкой рядом, сапоги долой. Минут триста придавить можно смело. Дальше — как получится…
* * *На улице возобновилась стрельба, но пока как-то вяло и осторожно. Видимо, духи, получившие по соплям, на время притихли, а теперь снова пытаются нас прощупать, да только побаиваются такого же ответа, как в прошлый раз. А динамик рации продолжает бить по нервам:
— Восьмисотый, восьмисотый контролю шесть!
— Шестой. Ленточка подходит. Идет к тебе ленточка. Но где она находится, я не могу тебе сказать.
— «Вертушкам» передайте: ну, пусть они ниже опустятся! Они не доходят до нас! Они даже не доходят до нас! Метров пятьсот, пятьсот не доходят! Она опять прошла по своему пути и назад ушла! Все! Как их ждать еще?!
— Я понял.
— Бросает только дымовые шашки в городе! Они там вообще не нужны! Не в той стороне даже бросают их! Правее на пятьсот метров пусть уйдет! На пятьсот-шестьсот метров пусть выше нас бросит эти шашки! Тогда нас хоть видно не будет! Мы сидим, как на ладони! На ладони сидим!
— Восьмисотый Заре. Восьмисотый Заре.
— Да где они?! Где все?! Где все?! Уже все! У нас все разбито здесь! Полностью разбито!.. Где они там?! Хоть что-то! Нам срочно нужна помощь! Срочно нужна помощь! Иначе мы пойдем сами! У нас здесь быть уже невозможно! Невозможно здесь быть уже! Блок уже полностью разбит! Полностью разбит! Что нам еще сидеть здесь ждать?! Когда нас всех засыплет в этих окопчиках чертовых?! Как меня понял, восьмисотый?!
— Понял я тебя…
— Когда будет на подходе ленточка?! Когда будет ленточка?! У нас ничего нет абсолютно, мужики! Ты нас в этом уже два часа убеждаешь! Два часа убеждаешь! Уже можно с Моздока досю́да доехать! А не только откуда-то с любого места Грозного! Быстрей пешком бы уже дошли!
— Восьмисотый, ну можно определить где уже ленточка. Когда она будет у шестого? Мужики же там гибнут!
— У нас уже двухсотый! Двухсотый Емельяныч! Восьмисотый! Ну где же все обещанное?! Где обещанное?! Где обещанное?! Сколько можно ждать?! Сколько можно ждать?! Уже двухсотые! Двухсотые уже! Ш-ш-ш-ш-ш!
В это самое время в находящейся рядом с дежуркой так называемой комнате отдыха кто-то включил телевизор с неизменным каналом, который здесь только и удается ловить. А оттуда бодрый диктор в угоду правительству жизнерадостно сообщает:
— Сегодня утром в Грозный прорвалась большая группа дудаевских боевиков. В различных районах города идут бои. В ряде районов Грозного нападению подверглись блок-посты федеральных сил и подразделения МВД Чечни. По предварительным данным, в город проникла группа боевиков численностью примерно сто тридцать человек. К девяти утра ими было захвачено два районных отдела чеченской милиции и пленены пять сотрудников республиканского МВД. Наш специальный корреспондент передает из Грозного…
— …около шести утра были полностью заблокированы здания райотдела Заводского и вневедомственной охраны Октябрьского районов. Заместитель министра внутренних дел Чеченской Республики Юрий Пугин в интервью общественному российскому телевидению заявил, что ситуация в городе находится под контролем подразделений федеральных войск и сотрудников местной милиции. Расположенные в городе блок-посты федеральных сил полностью перекрыли движение автотранспорта, а также въезды и выезды из Грозного. В городе работают снайперы, есть жертвы среди мирного населения. Подбито несколько единиц бронетехники федеральных войск. Журналисты, находящиеся в гостинице объединенного управления, также полностью заблокированы. Обсуждение ситуации в Черноводске на заседании специальной комиссии, намеченное на сегодня, не состоялось. Григорий Грымза. ОРТ. Грозный.
И, ведь, что характерно: корреспондент находится в Грозном во время боев, а стрельбы и взрывов не слыхать. И это в заблокированной-то боевиками в количестве ста тридцати человек (на весь город!!!) гостинице!
— По последним данным, захваченное боевиками здание РОВД в Заводском районе города отбито подразделениями федеральных сил и чеченской милиции. По местному телевидению выступил Первый вице-премьер Правительства Чечни Абдулла Бугаев, который спокойно оценил обстановку и заявил, что несмотря на всю сложность, ситуация будет выправлена. Потери федеральных сил и местных жителей составили десять человек убитыми. Количество раненых уточняется. В отдельных жилых кварталах города население оказывает сопротивление боевикам. К пятнадцати часам группы боевиков были блокированы федеральными войсками у площади «Минутка» Октябрьского района и у автовокзала Заводского района Грозного. Достоверный источник в правоохранительных органах Чечни подтвердил ИТАР-ТАСС факт смерти террориста Салмана Радуева. Он скончался сегодня около двух часов ночи в больнице Урус-Мартана. Радуев был тяжело ранен в голову…
Телевизор выключили. Тольку от него, как источника информации — ноль!
— Аптека семьдесят семь контролю семнадцать. Прием.
— На связи Аптека семьдесят семь!
— Нас заблокировали со стороны Старой Сунжи. Поставили много тяжелой техники: трактора всякие, и так далее. Насыпали кучи мусора. Сейчас они сгребают там, чтобы невозможно было проехать. Как меня понял?
— Понял. Понял тебя.
— Заря. Заря. Контроль семнадцать.
— Говори. Говори. Я на связи.
— Идет огонь из автоматического оружия… Заря. Обстреливают из крупнокалиберного автоматического оружия. Как понял?
— Понял тебя. Понял…
Все внутри кипит. Желание помочь парням так и рвется наружу. Народ уже между собой собачиться от напряжения начал. И вот, наконец, приказ на выезд. Будем прорываться в ГУОШ мимо «заблокированной» федеральными силами «Минутки». Вот только шестого контроля уже давненько не слыхать. Что же там с парнями? То ли помогли им, то ли помогли духам?..
— Буря двадцать семь, Буря двадцать семь, Заре ответь!
— На связи Буря двадцать семь!
«Буря двадцать семь» — это мы. В голосе командира, полковника Есаулова, чувствуется напряжение. А у кого из нас его сейчас нет? Отряд, находящийся в командировке в Грозном и поднятый по тревоге, уже разбит на две группы. Комендатуру оголять нельзя, поэтому бо́льшая часть остается здесь. Остальные уходят на выручку братишек. В эту группу попасть хотели все. Мне повезло. Отъезжающие уже поделены на два экипажа. Первым командует Есаулов лично, пойдут на БТР-80, с ним «Царь» и часть отделения. Я же с остальными — на БРДМ. Вот только с напарником — «Бобом», нас на этот раз разделили. Он в Грозном исполняет обязанности оператора-наводчика БТР. В БРДМ пулеметами заведует «Дядя Федор», за рулем — «Трескун».