Между нами и горизонтом (ЛП)

— Я знаю, что это за файлы, — говорю я ему, качая головой. — Я точно знаю, что это такое, и знаю, где их искать.
Линнеман выглядит встревоженным.
— Если они могут помочь очистить имя Салли, то мы должны немедленно доставить их в полицию, — говорит он.
— Я знаю. Вы должны позвонить им и сказать, что им нужно вернуться на остров. Файлы представляют собой набор USB-накопителей. Они у меня в ящике с нижним бельем. И... ну… — Я прочищаю горло. — Там порно.
***
USB-накопители, которые Салли подарил мне на Рождество, на самом деле были заполнены информацией о тактических операциях и профилями талибов. Все файлы были стерты, а флешки были перезаписаны порнографией, но информация все еще была там, скрываясь под поверхностью, ожидая, когда кто-нибудь придет и найдет ее. Цифровой военный код Кроу был отпечатан на файлах, показывая время и даты, когда он загрузил их с защищенных армейских серверов. Кода Салли ни где не было. Через неделю после того, как флешки были переданы военной полиции, Салли был освобожден из Кэмп-Хаана. Линнеман позвонил мне, чтобы сообщить хорошие новости.
— Думаю, что ты должна быть тем, кто пойдет за ним, — сказал он мне. — Он был очень расстроен из-за того, что ему не разрешили позвонить тебе. Уверен, что он был бы благодарен своей девушке за то, что она подменит такого дряхлого старика, как я.
Я поехала в Кэмп-Хаан на мамином «Тойота Фораннер», всю дорогу боясь столкнуться с другим высокомерным человеком, одетым в униформу, но когда добралась туда, меня приветствовал высокий, красивый парень, одетый в штатское. Он подошел к воротам и провел меня внутрь здания, представившись Сэмом. Он довольно молод, лет двадцати пяти, но шел с важным видом, и когда мы проходили мимо других солдат в коридорах административного здания, через которое Сэм провел меня, они все без исключения останавливались и отдавали ему честь.
Сэм провел меня в маленькую комнату без окон и жестом пригласил сесть за низкий столик — единственный предмет мебели в комнате.
— Салли будет с здесь через секунду, мисс Лэнг. Я тоже вернусь через минуту с бумагами об освобождении Салли.
Сэм ушел, а я села за стол, как он велел, стараясь не грызть ногти.
Через пять минут Салли ввели в комнату двое вооруженных охранников. Он одет в военную форму и выглядит так, словно не спал несколько дней. Под глазами залегли темные круги, но спина прямая, как шомпол, подбородок гордо вздернут вверх. Увидев меня, он врывается в комнату и обнимает меня, подняв с пола.
— Черт, Лэнг, — выдыхает он сквозь зубы. — Я думал, ты не придешь.
Салли коротко целует меня. Затем, поставив меня на землю, обхватывает мое лицо ладонями, всматриваясь в него, словно запоминая каждую мельчайшую деталь на случай, если больше никогда не увидит.
— Конечно, я пришла, — шепчу я. — Ты не сделал ничего плохого.
— Армия США так не считает, — говорит он. — Я все равно сильно облажался. Мне не следовало делать то, что сделал.
Я прислонилась лбом к его груди, закрываю глаза, вздохнув с облегчением.
— Ты любил своего брата. Это все. И что бы ни натворил, похоже, что ты в безопасности. Они сказали Линнеману, что тебя отпустят.
Салли отстраняется, хмурясь.
— Они так сказали?
— Да. Офицер, который пришел и забрал меня у ворот, сказал, что он принесет твои документы об освобождении.
В этот момент дверь снова открылась, и в комнату торопливо вошел Сэм. Он коротко улыбнулся нам обоим и протянул Салли руку.
— Лейтенант Кольридж. Думаю, что мы не встречались.
Салли пожимает Сэму руку, слегка склонив голову набок. Он выглядит озадаченным.
— Кольридж? — повторяет он.
— Совершенно верно, сэр. Сэм Кольридж. Ваш брат вытащил меня из той горящей развалины под Кабулом. Мне тогда было всего девятнадцать.
Салли покачнулся на пятках, узнавание отражается на его лице.
— Точно. Кабул.
— Мы почти закончили, сэр. Если вы просто подпишетесь здесь, где мы указали галочкой, тогда мы сможем освободить вас.
Сэм протягивает Салли бумаги в другой руке, улыбаясь еще шире.
 
— Я ничего не понимаю. Ронан не был…
— Не беспокойтесь, сэр. Обо всем уже позаботились. Я лично засвидетельствовал, что не вы вытащили меня из горящего броневика. Это определенно был Ронан Флетчер, что подтвердили записи той ночи.
— А как же письмо, которое я написал? Я признался, что…
Сэм качает головой.
— Прошу прощения, сэр. Я не знаю ни одного письма, которое было бы использовано в качестве доказательства по этому делу. Насколько нам известно, Ронан Флетчер провел в общей сложности пять командировок в Афганистане, спасая жизни более тридцати восьми человек за время своей службы. USB-накопители, которые были найдены в его доме, были взяты им, так как он ничего не знал об их скрытом содержимом.
Салли сжимает в руке ручку, которую протягивал ему Сэм.
— О. Понятно.
— Да, сэр. К счастью для вас, этот вопрос был решен. Иначе вас бы точно отправили в Гуантанамо. Скорее всего, вы бы никогда больше не ступили на территорию Штатов, сэр. По тону Сэма все становится ясно — он знал, что Салли, тот самый человек, который спас его. Он прекрасно понимает, что Салли нарушил закон, но притворяется невежественным, чтобы спасти его сейчас.
— Тогда я должен быть благодарен, — медленно произносит Салли.
Он подписал бумаги и вернул их Сэму, а я в изумлении наблюдала за ним. Сэм взял бумаги и полез в карман.
— Я всегда жалел, что не увидел Ронана снова, — говорит он. В его голосе была странная нотка, от которой мне захотелось плакать. — Очень давно хотел поблагодарить его за то, что он сделал для меня. Я был тяжело ранен в той катастрофе. Мне потребовалось восемнадцать месяцев, чтобы полностью восстановить свое тело. Это был долгий, трудный, болезненный путь, но я был благодарен, что остался жив, чтобы сделать каждый мучительный шаг. Ронан рисковал своей жизнью, чтобы спасти меня и двух других парней, которых он вытащил из грузовика той ночью. Я никогда этого не забуду. Как и моя жена, и двое моих детей. — Сэм открывает бумажник и протягивает его Салли — внутри фотография красивой блондинки, держащей на руках двух крошечных мальчиков, безошибочно принадлежавших Сэму. — Они так же, как и я, хотят выразить свою благодарность человеку, который спас мне жизнь, Капитан Флетчер. Это долг, который невозможно вернуть.
Салли стоит неподвижно, глядя на фотографию. Затем очень медленно кивает. Его руки теперь сжаты в кулаки.
— Уверен, что мой брат был бы польщен тем, что вы построили такую прекрасную жизнь для себя, лейтенант Кольридж. И он хотел бы сказать вам, что спасение вашей жизни было одной из немногих вещей, которыми он гордился в своей жизни.
Глаза Сэма ярко заблестели, наполненные слезами.
— Ура вторым шансам, а, капитан? — говорит он задыхающимся от эмоций голосом. — Для меня и для вас, я думаю.
  
Эпилог
 
При личной встрече доктор Филдинг оказался намного выше, чем я предполагала. В его кабинете пахнет потертой кожей, но не мужественно. Точно так же пахло бы потертой кожей, если бы он пошел в магазин дизайна интерьера и купил свечу под названием «потертая кожа», которую сжег бы на полке, пока анализировал проблемных детей и их одинаково проблемных родителей.
Коннор сидит на самом краешке стула, прижимая два лего друг к другу и разделяя их снова и снова. Эми весело развлекается на полу в другом конце комнаты с другой маленькой девочкой, которая, кажется, озадачена отсутствием интереса Эми к ее коллекции Барби.
 
Филдинг, ростом по меньшей мере шесть футов четыре дюйма, отказался сесть и стоит у книжного шкафа, рассеянно пробегая пальцами по корешкам книг, выставленных там: «Доктор Сьюз» вперемешку с «От детства до юности» и «Кембриджской антологией детской психиатрии».
— Итак, Коннор. Скажи мне. Ты счастлив, что вернулась в город? — спрашивает он.