Звездные Рыцари (СИ)

Он серьёзно посмотрел на меня, и его лицо стало чрезвычайно серьёзным.
— Виктор, я открою тебе, возможно, самую страшную тайну нашего времени. Так получается, что в рыцари идут, в большинстве своем, худшие представители человечества. За редким, очень редким исключением. Таким, как ты, эсквайр. Да, в дальнейшем кланы прилагают все силы, дабы буквально выковать из новорождённого одарённого хорошего рыцаря и достойного человека. Но иногда внутреннюю суть уже не изменить. А ещё… — он на секунду замолчал, раздумывая, продолжать ли ему дальше. — В кое-каких имперских подразделениях простые человеческие качества, такие как доброта и сострадание к ближним, считаются слабостью. И поэтому, кто-то может считать их действия в боевых конфликтах неоправданной жёсткостью и даже жестокостью. Ну а кто-то — потрясающей эффективностью. Есть разные точки зрения, и не все они популярны.
  
Комендант замолчал, а я, глядя на его лицо, внезапно понял, почему при двенадцати пережитых Голодных Играх он до сих пор является комендантом рядовой базы «Браво-7». Кажется, его мысли и принципы были далеки от той самой «эффективности», о которой он только что говорил. Хотя это могли быть только мои предположения.
Из глаз коменданта ушла задумчивость, и он встряхнул головой, будто сбрасывая с себя неприятные мысли.
— Итак, пять людей вместе с тобой, Виктор. Это всё, чем я могу позволить себе рискнуть.
При этих словах моё лицо исказила невесёлая улыбка, и он утвердительно качнул головой.
— Да, эсквайр Виктор. Это большой риск, но процедура требует именно этого. Учитывая общее количество инициированных на моей базе, я очень хотел бы, чтобы вы вернулись живыми. Поэтому чем смогу — помогу. А сейчас почитай информацию, которую я тебе дал, и можешь задавать вопросы.
Он пододвинул мне странное пластиковое устройство, которое было проводом прикреплено к этому допотопному компьютерному монстру.
— Это называется «мышка». Колёсиком ты можешь прокручивать список. А нажав левую кнопку на нужном имени, ты откроешь более подробное досье на каждого из инициированных.
Я взял странное приспособление, которое в жизни никогда не видел, и попытался с ним справиться. Получилось. Первым в списке я увидел уже знакомого мне Вальтера Кронинга. Нажав на его имя, я прочитал краткую биографию и характеристики. Отметил при этом, что Вальтер не солгал мне практически ни в чём.
Вторым и последним кандидатом с военным прошлым оказался Александр Ройтер. В отличие от Вальтера, он не был добровольцем — он был осуждённым. Вот только причины его заключения, — а срок у него был пожизненный, — были сокрыты за надписью: «Информация отсутствует».
— Как это может быть? — указал я на интересующий меня момент.
— Это обычное дело, — пожал плечами комендант. — Эта информация не является обязательной для раскрытия и никак не влияет на выполнения человеком своей задачи. Хотя если ты посмотришь на описание его навыков, то, возможно, кое-какие мысли и придут тебе в голову.
Я взглянул на то, о чём говорил комендант, и тут же понял его.
«ФАЙЛ ОБЪЕКТА»
Имя: Ройтер, Александр
Возраст: 51 год
Гражданство: Золотая Лига
Клан: неизвестен (удалён из реестра)
Категория: Участник Голодных Игр / Осуждённый / Приоритет В (контроль рекомендован)
Боевые навыки:
— Инфильтрация / незаметное проникновение: эксперт
— Подрывное дело (в т.ч. нестандартные заряды): высший уровень допуска
— Скрытное устранение целей: эксперт
— Работа в одиночку / автономные миссии: подтверждённая эффективность
— Ориентирование на местности: совершенство
— Ближний бой: владеет нестандартными методиками
— Дальний бой: обученный снайпер
— Психоустойчивость: высокая, нестабильная в случае провокаций
— Участие в психотренировках: не рекомендовано
Психологический профиль (фрагмент):
«Подавленное сочувствие. Структурное мышление. Нет реакции на моральную дилемму. Верность при соблюдении личного кода. Возможен срыв при оскорблении чести или попытке вторжения в личные границы.»
Примечание:
Данные о предыдущем служебном положении, биографии и обстоятельствах заключения — засекречены.
По внутреннему протоколу ЗЛ — «потенциально ценен при полном контроле и строгой иерархии».
— Спецназовец? — я посмотрел на коменданта.
Но он отрицательно покачал головой.
— Скорее, диверсант.
— С такими навыками и таким прошлым он не создаёт проблем?
Фотографии в личном деле отсутствовали. Я попытался вспомнить, видел ли я кого-то похожего за эти четыре дня, но ничего в голову не пришло.
— Наоборот. С ним нет ни одной проблемы. Исключительно спокойный и уравновешенный индивид. Хотя… — комендант прищурился, — это как раз и вызывает подозрение.
— Обученный снайпер… — ткнул он пальцем в монитор. — Соответствует написанному?
— О да, эсквайр. Ещё как соответствует. Думаю, он стреляет даже лучше меня.
— Ясно, — кивнул я и перешёл к следующим именам, хотя дальше были сплошные разочарования.
Из знакомых попалось лишь имя Гарео — татуированного задиры, который приставал ко всем и каждому. Как оказалось, состоя в одной из уличных банд, он успел попрактиковаться с оружием. В списке ещё был сантехник, который очень любил ходить по выходным в тир с детьми; вдова фермера, которая знала, с какой стороны браться за ружьё, дабы охранять скот от хищников, и ещё несколько человек, из которых заинтересовал меня только последний.
— Преподаватель бальных танцев? — недоумённо посмотрел я на коменданта. — Серьёзно?
Я снова вернулся взглядом к экрану, попытавшись найти в его навыках хоть что-то, что позволило бы мне понять, почему он вообще попал в этот список. Вот только хобби — кулинария, пешие походы и шахматы — характеризовали его хоть и как разностороннего человека, но точно далёкого от военных операций.
— А это самородок, эсквайр. Так иногда бывает, — весело рассмеялся комендант, как будто пошутил очень смешную шутку. — Этому парню была прямая дорога в имперскую космопехоту, но где-то по жизни он свернул не туда.
— Что вы имеете в виду? — всё ещё не понимал я.
— Есть такие люди, которые рождены для обращения с оружием, даже если сами не знают об этом в течение всей своей жизни. Вот Олег Собин— один из них. На первых же тестовых стрельбах он выбил девяносто восемь из ста. Притом, что, как указывает его биография и как говорит он сам, винтовку он взял в руки в первый раз в жизни. Я думал, что это случайность, но, как оказалось, нет. Он действительно прирождённый стрелок. И да, мне жалко предлагать его в такой опасный рейд. По-хорошему, ему бы воспользоваться всем временем, которое есть у нас в запасе. Но я не могу саботировать инструкции. Он отлично подготовлен физически и имеет талант. Он один из немногих инициированных, которые уже что-то из себя представляют.
— Можно я просмотрю весь список? — осторожно поинтересовался я у коменданта.
— Валяй! — махнул рукой Грейн. — Времени у тебя полно. До обеда еще есть время, а от обязательных работа я тебя освобождаю. Да и вечерние медитации тебе, как я понял, уже не сильно и нужны.
Я задумчиво кивнул в ответ. Распорядок жизни в «Браво-7» был довольно жесткий, устроенно здесь всё было по-военному и это было оправдано. Всё ради эффективности и выживания. Утренний подъем, завтрак и занятия с эсквайром-инструктором до обеда. После — работы на благо лагеря. Сейчас заключались они в продолжении расконсервации посадочного модуля «Браво-7».
  
В первый же день пребывания здесь я понял, что у нашей базы определённые проблемы. Посадочный модуль базы приземлился неудачно. Хотя, как сказал Грейн, он хотя бы упал на берег, а не рухнул в воды полноводной реки, что протекала совсем рядом от места посадки.