Поцелуй меня сейчас
Я наклонилась, заглянула в проем и встретилась с его взглядом.
– Либо попытаешься протиснуться, либо полезешь через стену, – предложила я.
– Ну, конечно, – фыркнул он. – В прошлый раз отлично ж вышло. Они меня сразу поймают.
– Не волнуйся, я нейтрализовала камеру. Не тяни, нам лучше поторопиться.
Я встала и отошла на несколько шагов назад.
– Так, а что потом? – крикнул он.
Еще через мгновение я услышала, как подошвы ботинок и джинсовая ткань царапают по камню – Кинсли карабкался на стену. Получалось гораздо ловчее, чем у Скотти. Я побежала вниз по дороге к кусту – к самому важному кусту! – чуть в стороне от асфальтированной дороги. Это ракурс захватывала только одна камера – и она все еще снимала дерево. Раздавшийся позади глухой удар подсказал мне, что Кингсли перебрался через стену.
– Быстрее! – прошипела я, раздвигая в стороны ветки и листья, чтобы пробраться к «Веспе», которую я тайно приобрела год назад.
– Залезай! – сказала я, надевая шлем на голову и включая зажигание.
Кингсли посмотрел на меня, потом на мотороллер, обреченно вздохнул и сел позади меня. Уже в следующее мгновение я оттолкнулась и почувствовала, как его руки крепче обхватили мою талию. Его близость на мгновение вывела меня из равновесия, и я резко дернулась. Кингсли так крепко вцепился за меня, что я сама чуть не упала с «Веспы». Мы дружно вскрикнули, когда чуть не налетели на дерево. Тут я, наконец, собралась, восстановила контроль над рулем, и мы покатились по узкой тропинке, петляющей по лесу параллельно дороге.
– Извини, – сказала я, чуть оглядываясь. – Я впервые с пассажиром.
– Кто тебя научил водить?
– Сама.
– Успокаивает! – прокричал он мне в ухо.
Я надавила на газ. Мы подпрыгнули на переплетении корней, и несколько белок кинулись врассыпную по деревьям. В тот же миг я почувствовала вибрацию телефона в кармане. Наверное, кто-то из охранников или Такаши сообразили, что нас нигде нет. Но мы уже достаточно далеко уехали, так что сразу они нас не выследят. Я радостно принялась напевать гимн Канады. Ветер раздувал волосы с моего лица. За спиной я услышала фырканье Кингсли.
– Я отвезу тебя в Галифакс. Это ближайший аэропорт, – крикнула я.
Кингсли кивнул, по крайней мере, мне так показалось, но вдруг «Веспа» издала странный звук, слово начала задыхаться. Мы наткнулись на очередной корень, и, хотя я до упора жала на газ, ехали мы все медленнее и медленнее. Скрипя и петляя, мы продолжали катиться вперед. И вдруг наступила тишина – куда более громкая, чем гудящий до этого мотор.
– Что случилось? – Кингсли заглянул мне через плечо.
– Понятия не имею, – призналась я, поворачивая ключ в зажигании.
Двигатель коротко кашлянул и снова заглох.
– Ты забыла заправиться?
– Нет. Я же не дура, – резко ответила я, резче, чем планировала, и слезла с сиденья.
Кингсли последовал за мной, и мы оба в недоумении уставились на мотороллер. Я опустилась на колени и осмотрела шины, но они не выглядели спущенными. Достала из кармана джинсов мобильник, сбросила уведомление о трех пропущеных звонках от Такаши и, включив фонарик, осветила «Веспу».
– М‑м… – промычала я, обойдя ее вокруг.
– Что-то нашла? – спросил Кингсли.
– Нет. Ничего не понимаю.
Вздохнув, я снова присела на корточки и вдруг увидела, что из-под откидного сиденья торчит маленькая ярко-желтая бумажка. Я вырвала ее, пробежала глазами и зарычала.
– Ах этот паршивый засранец!
– Что такое?
Я прочитала записку вслух. Кингсли слушал, нахмурившись.
– «Я показал тебе проход на случай чрезвычайных ситуаций. Не для того, чтобы ты каждую неделю бегала на вечеринки. Я слил бак. Возвращайся домой. Скотти».
– Скотти? – эхом повторил он. – Кто такой Скотти?
– Мой кузен, – сказала я и, запихнув записку в карман, несильно, но крепенько пнула «Веспу».
– Класс. И где мы сейчас находимся? – Кингсли скептически огляделся.
Что-то хрустнуло в подлеске, и он вздрогнул.
– Городской мальчик, а? – поддразнила я его и осветила темную лесную тропинку. Кингсли фыркнул.
– Житель асфальтовых джунглей. Но да, я не очень люблю деревья и вот это все… – Он указал на землю.
Не представляю, что он имел в виду, но выражение его лица заставило меня рассмеяться. Хотя ситуация была довольно дурацкая.
– Мы находимся примерно в получасе езды от Галифакса. Пешком займет больше времени, но просто иди прямо.
Я указала вперед. Некоторое время Кингсли молча смотрел на темный лес.
– А ты что будешь делаешь? – наконец спросил он.
Я прислонила «Веспу» к дереву и затянула развязавшиеся шнурки моих мартинсов.
– Пойду на вечеринку.
– Пешком?
– Это недалеко. Минут двадцать, и я на месте, – сказала я, указывая направо.
Его брови взлетели вверх.
– Одна? – спросил он.
– Плюс мое эго и подкупающее обаяние. Нас почти трое. Мы справимся.
– Более странной принцессы я не встречал, – заявил Кингсли.
– Неужели ты встречал так много принцесс?
– Принцесса Пич из «Супер Марио» считается?
– Нет.
– Тогда нет, – признал он, и уголки его рта дрогнули.
Он скрестил руки на груди.
– Ну что ж, удачи, Кингсли просто Кингсли. Было приятно познакомиться и все такое, – сказала я и повернулась, но он удержал меня, качая головой.
– Ну это же несерьезно, принцесса…
– Ева, – прервала я его. – Меня зовут Ева.
– Допустим. Ты не можешь одна бродить по лесу.
– Почему это? – спросила я.
– Потому что ты принцесса?
– Как ты не устаешь отмечать. Ну и что?
– Это может быть опасно.
Я фыркнула.
– Мы в Канаде.
– Вот именно!
Я опустила глаза и посмотрела на его руку, которая сжимала мою.
– Слушай, это очень мило с твоей стороны, что ты так обо мне беспокоишься, но это не Нью-Йорк. Я знаю эти места как свои пять пальцев. Со мной ничего не случится, а в самом крайнем случае я всегда могу позвонить и позвать на помощь. Например, Закари, мой телохранитель, прибежит по первому чиху и от пули закроет, если понадобится, – пошутила я.
Кингсли застыл. В слабом свете моего телефона я мало что видела, но все равно заметила, что глаза его потеменили настолько, что золото в них затуманилось. А хватка стала крепче.
– Подожди. Закари – твой телохранитель? Закари Старр?
– Да. Уже лет сто.
Лицо Кингсли почему-то сделалось еще более встревоженным.
– Ты не имеешь права подвергать опасности ни себя, ни других. Если сейчас с тобой что-нибудь случится, это наверняка будет иметь последствия и для него.
– Со мной ничего не случится. Со мной никогда ничего не случается, – ответила я, и его хватка резко ослабла.
– Нет… Нет, так не пойдет. Ты должна вернуться, – заявил он.
– Нет, не должна, – натянуто ответила я, на всякий случай отступая назад.
Мне только этого и не хватало – застрять с чудиком в темном лесу. Кингсли провел рукой по волосам, выпуская из прически еще несколько прядей, которые упали на его угловатое лицо.
– Черт… Черт… Что же делать? – пробормотал он, оглядывая дорогу. – Так не пойдет, – снова сказал он громче и повернулся ко мне: – Ты не можешь сбегать, если у других из-за тебя будут неприятности.
Я посмотрела на него с насмешкой.
– Может, я ошибаюсь, но, кажется, ты делаешь то же самое.
– Да, но я не принцесса! Никто не потеряет работу, если я исчезну.
Он посмотрел на меня. Я приподняла одну бровь.
– Ясно. Ну тогда смотри, как это делает принцесса, – сказала я и, развернувшись, зашагала прочь.
– Принцесса! – крикнул он мне вслед.
– Ева. Меня зовут Ева! – раздраженно крикнула я в ответ, пробираясь через заросли.
Днем я каталась здесь на лошади, так что каждое деревце, бревнышко и ручей были мне хорошо знакомы. Если просто идти вперед, через какое-то время покажется старинное поместье Вандумов. Когда-то это был их охотничий домик. Кто был его законным владельцем, никто не помнил, но все утверждали, что являются его дальними родственниками. Прескот как-то сказал мне, что последний Вандум приходился родственником нашей семье, и что в свое время прославился коллекцией чучел животных и тем, что у него было восемь жен, и все они исчезли при самых таинственных обстоятельствах. Причем количество женщин варьировалось – так же, как и его имя и количество пальцев на руках. Иногда их было шесть, а иногда торчали только обрубленные фаланги – остальные он потерял, охотясь на своих жен.