Наследие Маозари 11 (СИ)
— Ну тогда давай, до встречи, — с улыбкой кивнул Сабит, и уже хотел было уйти, но остановился: — Да, и вот ещё что… — он огляделся по сторонам и понизил голос. — Лучше тебе ближайшие пару месяцев, пока всё не утихнет, не появляться в нашем отделении… Я поговорю с нашим бухгалтером, скажу, что ты — тот редкий хранитель, у которого так много работы, что даже некогда сходить за зарплатой, — хохотнул он.
— Хорошо, понял, — улыбнулся я.
Сабит направился к своей машине, размеренным шагом, словно не желая показывать спешки. А я зашёл во двор и попросил ребят сделать показательное выступление. А именно: выйти сейчас на улицу в полном вооружении, встать подле меня и сделать донельзя кровожадные лица.
Представление «Том Сойер и его команда головорезов» прошло на славу. Правда, как по мне, у вооружённых «Птичек» вид был больше сексуальный, чем кровожадный.
Сабит мне кивнул, мол, пойдёт — теперь они могут смело докладывать начальству, что тут в Аралке неприступная крепость с армией бойцов и её так просто не взять. А потом хранители порядка погрузились в машину и убыли восвояси, оставив после себя лишь клубы пыли.
Глава 23
На следующее утро к воротам подъехал мой внедорожник. Из машины вышли настороженные Урик и Ева. Урик постоянно оглядывался, словно ожидая внезапного нападения, а Ева крепко сжимала в руке сумочку.
Я встретил их у порога и обрадовал новостью, что всё уже закончилось и теперь можно расслабиться. А после познакомил их с новыми сотрудниками нашей фирмы.
Вкратце рассказав о нашей «войнушке» с тремя наглыми торговцами и их охранниками, я отправил Урика в город за семьёй Канатара, а мы с Евой занялись оформлением сотрудников СБ.
Посовещавшись с Эльзой, которая теперь занимала в моей фирме должность командира боевой группы и заместителя начальника СБ, я назначил Жанет и Лили личными телохранителями Евы. Они будут работать посменно, чтобы одна из них всегда находилась рядом с охраняемым объектом. Остальных бойцов Карина распределила по местам и составила для них график работы.
К этому времени строительство моего второго дома в Аралке уже завершилось. Двухэтажное кирпичное здание с просторными комнатами и надёжными стенами выглядело внушительно даже снаружи. Мысленно похвалив себя за предусмотрительность, я решил сделать из него базу для нашей СБ, где разместятся кабинет руководителя, оружейная комната, раздевалка, столовая, комната отдыха и прочее.
Рыжий и несколько бывших наёмниц, снимавших жильё в городе, попросились переехать на эту базу, мол, и деньги за съём платить не нужно, и до работы недалеко. Я, разумеется, согласился, поскольку мне самому было выгодно, чтобы бойцы даже в свои выходные находились поблизости.
После короткого совещания, когда мы наконец закончили со всеми списками, Ева тяжело вздохнула и пошла спать… Завтра ей предстояло отправиться в город: договориться со строителями об обустройстве помещений, купить электрогенератор, мебель и всё необходимое.
На второй день после разборок я на всякий случай отправил Киша в районное отделение хранителей порядка. Ему предстояло по-тихому выяснить у Сабита, как обстоят дела с приказом о моём аресте и не предприняли ли торговцы каких-нибудь новых шагов против нас.
Киш вернулся с хорошими новостями: по словам Сабита, его начальство не отдавало новых распоряжений на наш счёт, а устный приказ о моём задержании был отменён. Значит, Сабит оказался прав, и друзья торговцев в правоохранительных органах предложили им разбираться с этой ситуацией самостоятельно.
Услышав это, я облегчённо выдохнул — с этой стороны нам, похоже, больше ничего не угрожало.
* * *Ближе к вечеру к моему дому подошёл ушлый староста Батол и попросил охрану позвать меня для серьёзного разговора. Когда я вышел, то увидел, как Батол, переминаясь с ноги на ногу, теребил в руках потёртую кепку. Заметив меня, он расплылся в заискивающей улыбке.
— Добрый вечер, господин Том! — поклонился старик с преувеличенным почтением.
— И тебе не хворать, Батол, — подошёл я ближе. — Что стряслось?
Староста нервно облизнул губы, украдкой оглянулся по сторонам, словно опасаясь, что нас могут подслушать.
— Я… я как представитель деревенской общины… — начал он, тщательно подбирая слова. — Понимаете, господин Том, жители обеспокоены…
— Чем именно?
Батол немного помялся, тяжело вздохнул и наконец заговорил, глядя куда-то мимо моего плеча:
— С вашим приездом в Аралку, здесь стало… как бы это сказать… неспокойно и небезопасно.
— Вот как? — вскинул я брови.
— Именно так! — кивнул Батол.
— М-да… Вот же ты наглый тип! — удивлённо покачал я головой. — Сначала ты через Еву устроил ко мне водителем грузовика одного своего племянника, а второго — сторожем… Воспользовался, так сказать, моим соседством. А теперь говоришь, что с моим приездом здесь стало страшно жить.
Батол изобразил смущение, потирая шею.
— Ну да, да, было такое, — покивал старик. — Но безопасность деревни — сами понимаете, — пожал он плечами. — Жители волнуются… Они приходят ко мне со своими жалобами.
— Ага, жители, значит, — кивнул я, делая шаг вперёд. — А помнишь, как было до моего приезда? Сколько работы было у местных? Да нихрена у них не было… А сейчас… Помимо того, что после открытия моего предприятия у многих деревенских появилась возможность подзаработать: за небольшую денежку помочь с уборкой в помещениях или с погрузкой зерна, они к тому же теперь продают продукты моим сотрудникам, которых у меня стало ещё больше. И вообще, с моим появлением Аралка, можно сказать, расцвела.
— Да, это так… Но… Тут такое дело, — замялся старик. — Раньше у нас было тихо — дети спокойно гуляли по всей деревне. А теперь постоянно приезжают какие-то опасные люди… — он понизил голос до драматического шёпота. — На улице деревни стреляют, и жителям страшно выходить из дома. Маленькие дети плачут, женщины боятся…
Поняв, к чему он клонит, я ухмыльнулся:
— То есть ты хочешь, чтобы я бросил тут всё: свои дома, своё предприятие и свалил в закат? — не скрывая ехидства, уточнил я.
Батол всплеснул руками, глаза его округлились в наигранном ужасе.
— Нет-нет, господин Том! Как же можно⁈ — замотал головой старик. — Я к тому, что за наши переживания… — он засунул руки в карманы и уставился себе под ноги. — Не могли бы вы это как-то… Эм-м… Компенсировать.
Последнее слово он произнёс почти шёпотом, но с явной надеждой.
Я сделал паузу и пристально посмотрел ему в глаза.
— Что-то мне подсказывает, что остальные жители деревни совсем не против моего соседства. И это даже с учётом того, что возле моего дома один раз немного постреляли… А вот ты, — ткнул я в его сторону пальцем, — вновь ищешь повод, чтобы поиметь с меня деньги.
Лицо старосты исказилось в гримасе праведного возмущения. Он приложил руку к сердцу и отступил на шаг, будто я его ударил.
— Да я!.. Да я всю жизнь старался только ради жителей деревни! — наигранно возмутился Батол, повысив голос настолько, что где-то залаяла собака. — Ну ладно, — махнул он рукой и сделал обиженный вид. — Раз вы такого мнения обо мне — пойду я, пожалуй… Поговорю с нашими… Постараюсь их успокоить, — с печалью в голосе добавил старик.
Он опустил плечи, сгорбился, словно сразу постарел лет на десять, и медленно побрёл прочь по пыльной дороге. Я смотрел ему вслед, борясь с собственной мягкосердечностью…
— Ладно, подожди, — протянул я, мысленно ругая себя. Ведь чем чаще я стану вестись на его разводы, тем чаще он будет приходить.
Батол остановился, выпрямил немного спину и обернулся, словно почуял добычу.
Достав из кармана бумажник, я отчитал пятьдесят унов.
— Вот, — потряс я деньгами перед довольным Батолом, на лице которого проступила плохо скрываемая радость. — Это разовая акция — за беспокойство… Раздели их на всех деревенских. И учти, я потом проверю, кому и сколько досталось, — добавил я, глядя ему в глаза, и отдал деньги.