Плохое время для чудес (СИ)
Плохое время для чудес.
Глава 1
Плохое время для чудес.
Глава 1
В которой Фейри Грин встречает прошлое.
Многочисленные воспеватели красот аранийской столицы истратили целое озеро чернил, расписывая «сумрачную, но строгую красоту» осенней Эффры. Стыдно признавать, но моя эльфийская фантазия не могла соперничать с ними. Затянутое облаками небо, свинцовые волны реки, стальная туша воздушного крейсера над ней, грязно-ноздреватый камень набережной – по первоначальному проекту здесь планировался гранит, но гранитным в итоге оказался новый особняк генерального подрядчика – и ветер, с размаху швыряющий в лицо пригоршни ледяных капель. Вдохновение?! Свободный полёт мысли?! О чем вы, забудьте! Два слова – холодная серость, вот и все, что я могла выжать из себя... поправить шарф и плотней закутаться в плащ.
На этом безрадостном фоне даже темно-синяя полушинель моего спутника выглядела ярким, радующим глаз пятном. Вот он-то явно наслаждался климатом своей родины. Эдмонт Кард, полковник Ночной Гвардии, человек, втравивший меня в кучу неприятностей... и заслонивший от пули. Пока я так и не смогла решить, проникнуться ли к нему симпатией или же возненавидеть.
– Отвратная погодка, верно? – словно прочитав мои мысли, обернулся полковник. – Право же, Её Величеству стоит всерьез подумать о переносе столицы в одну из колоний. Острова Монтегю, к примеру, или Бирюзовый берег. Сказочные места, по климатическим условиям превосходят даже ваш родной полуостров.
– Это, – пробормотала я, – смотря для кого.
– Для всех, – живо возразил Кард. – У меня была возможность сравнить.
Я промолчала – глупо спорить о вкусе супа из древесных грибов с тем, кто вдоволь нахлебался его за счет казны Её Величества. Да я и сама не отказалась бы сравнить: неторопливо, вдумчиво, вдоволь повалявшись под южным солнцем, наплававшись в теплых лагунах и собрав небольшую, на пару сотен экземпляров, коллекцию орхидей.
Но волшебные цветы сейчас распускались за тысячи миль от меня. А впереди была зима: холод, сырость, грязный снег и заледеневшая грязь, кашель и чиханье со всех сторон, дым, копоть...
...и добрых полмили набережной. В такую погоду даже сами люди старались не появляться здесь без нужды. Под соседним фонарем сгорбилась над ящиком, закутавшись в дюжину платков и шалей, торговка рыбой, а чуть дальше торопливо гремел колесами по булыжнику одинокий кэб.
– Кстати, откуда у вас этот шарф, если не секрет? – неожиданно спросил Кард. – Он появился недавно, но вы даже в помещении не всегда его снимаете.
– Он, – я коснулась пальцами мягкой пушистости, – очень уютный, сэр. А откуда… прошу прощения, но это секрет, даже от вас.
Память тут же услужливо развернула картинку – как бумажный пакет с подарком. Прыгающий неровный почерк: «Пусть он согревает в трудные минуты. Та». А внутри самый обычный серый шерстяной шарф грубой вязки, неожиданно приятный на ощупь.
Как много вещей Её Величество Королева Арании-и-еще-на-полстраницы-титулов может назвать своими? Уверена, что не очень много.
– Далеко нам еще, сэр?
– Минут десять, не больше.
Наверное, с точки зрения гномских тикалок полковник и не ошибся. Но моим замерзающим конечностям насчиталось не меньше часа, прежде чем от караульной будки навстречу нам вышел плотный, с рыжими бакенбардами человек в черно-желтом мундире.
– Капитан Иверсон, сэр. Инженерных Её Величества войск.
– «...с содержанием и в чине сапера», – едва слышно пробормотал мой начальник и уже громче добавил: – Полковник Кард, Ночная гвардия. А это старший инспектор Грин, наш эксперт.
Уточнять специализацию полковник не стал, возможно, просто уже не вспомнив, что давным-давно – больше месяца назад – представлял меня своему начальству как великого знатока медицины и биологии.
– Мне много рассказывали о вас, мисс Грин. – Иверсон картинно вздохнул. – Но теперь я вижу, что слова и впрямь не передают и сотой доли вашей красоты.
– Это взаимно, капитан, – Кард полюбовался на удивленную гримасу Иверсона и добавил: – Том Тайлер и лейтенант О’Шиннах тоже не пожалели красок, расписывая ваши таланты... и достижения. По их словам, вы сотворили настоящее чудо.
– Так уж и чудо, – явно смутившись, пробормотал капитан. – По правде говоря, на месте лейтенант сделал большую часть работы... во всяком случае, без его указаний толку бы не вышло. Да и мистер Тайлер подал массу полезных советов. А главную идею я позаимствовал у знакомого по клубу «Синяя Чаша». Профессор Овн, доводилось о таком слышать? Мы с ним недавно целый вечер играли в паре в клабор и он рассказывал о всяких своих делах... ну и, среди прочего, упомянул, что ему недавно удалось собрать из окаменелых костей целую птицу. Вот я и подумал...
– Что не стоит зря торчать на этом паршивом ветру, сэр! – от подошедшего так вкусно пахло горячим чаем и крекерами, что я едва не вцепилась зубами в его бушлат. – Прошу прощения, что вмешался в разговор старших по званию, сэр, но во имя человеколюбия...
Лейтенант Аллан О’Шиннах, как обычно, выглядел идеальным образчиком «офицера и джентльмена». Вернее, лощеного красавчика-лорда, получившего крейсер в подарок на день рождения, вместо четвертой или пятой по счету яхты. Даже черные ботинки сияли безупречно-лаковой чистотой.
– Эльфофилии, Аллан, эльфофилии, – усмехнулся полковник.
– В самом деле, давайте пройдем внутрь, – поддержал лейтенанта Иверсон.
Снаружи эллинг выглядел довольно небольшим – по сравнению со своими собратьями на другом берегу Эффры, способными целиком проглотить эскадренный броненосец. Но пройдя в дверь, я вдруг остро почувствовала себя крохотной мышкой, заглянувшей в амбар. Даже эльфийское зрение позволяло разглядеть лишь ближайшую стену, груду ящиков справа от входа, да смутные контуры прямо впереди.
– Здесь всегда так сумрачно? – удивленно спросил Кард.
– Чаще, чем хотелось бы, – мрачно сообщил капитан. – Эти угольные лампы перегорают с удручающей регулярностью.
– Но, к сожалению, – подхватил О’Шиннах, – вряд ли кому-то удастся донести до бухгалтеров Адмиралтейства мысль, что лампа с платиновой нитью может в итоге оказаться дешевле, чем десяток угольных.
– А главное... – голос доносился откуда-то сверху, знакомый, но искаженный, словно говоривший одновременно удерживал что-то зубами, – тому малоумку, что устроил здесь последовательное подключение, стоило бы пройти курс лечения электрошоком... для стимуляции мозговой деятельности.
– Ты закончил, Том? – задрав голову и сложив ладони рупором, крикнул в темноту О’Шиннах.
– Почти... а, чтоб тебя на Вечный Лед... ага... да, запускайте!
– Включайте ток, Уилки! – громко скомандовал Иверсон
– Есть, сэр! – отозвались из-за груды ящиков, затем звонко лягнул металл, раздался треск, откуда-то сверху посыпался водопад белых искр, остро запахло грозовой свежестью, по всей длине эллинга медленно, нехотя начали разгораться пятна света...
...и смутные контуры впереди обрели четкость. Узнавание проступало из памяти еще медленней, чем появлялся из сумрака воздушный корабль. И не потому, что я плохо запомнила. Он был виден издалека, всего минуту, но пиратский бриг, устроивший бойню в маленьком аранийском городке, я смогла бы узнать из тысячи других и через век...
...если бы не помнила столь же ясно, как этот парусник превратился в дымное облако после ракеты с миноносца. Его разнесло в щепки, в горящую пыль, после такого не оживают даже мифические упыри в людских сказках...
Рядом со мной шумно выдохнул Кард. Полковник в тот день был рядом со мной – и сейчас наверняка испытал те же чувства.
– Отличная работа, капитан, – наконец произнес он. – Вижу, Том и Аллан в самом деле ничуть не приукрашивали.
– Просто много возни, сэр, – с нарочитой скромностью ответил Иверсон. – Конечно, задача была еще та, построить новый корабль было бы раз в десять проще, чем складывать эту мозаику из груды полусгоревших обломков. Но... полагаю, дело того стоило.