Мастер Марионеток строит Империю. Том 3 (СИ)

Я шагнул вперед, собираясь мягко, но решительно отстранить истеричку. Мои Нити уже ощупали ее: пульс сердца ровный, слезные железы раздражены чарами. Не похоже на убитую горем мать.
— Не вините леди Ван Клеф! — раздался звонкий голос.
Лиринэль вышел в центр круга, выглядя скорбным и благородным, как паладин на похоронах.
— Она не ведает, что творит, — эльф подошел к Лире и посмотрел на нее с притворной жалостью. — Посмотрите на нее! Разве может эта хрупкая, живая женщина с добрым сердцем делать такие жестокие вещи? Нет. Это не она.
  
Он медленно повернулся и указал пальцем на меня.
— Она — всего лишь еще одна его кукла.
Удар был рассчитан идеально.
— Он сломал ей волю, — вещал Лиринэль, обращаясь к залу. — Он диктует ей каждое слово, использует ее красивое личико, чтобы продавать свои опасные идеи и безумные механизмы! Это ментальное рабство, господа! Маркус Ван Клеф кукловод, он превратил свою живую жену в марионетку! Он играет людьми так же, как играет с деревом и металлом!
Платье Лиры стало пепельно-серым, она смотрела на меня с ужасом, не в силах вымолвить ни слова. Обвинение попало в самую сердцевину ее страхов: быть куклой, быть ненастоящей.
— Вы закончили, виконт? — спросил я тихим голосом, который услышали в каждом уголку зала.
— Я только начал, Ван Клеф! — эльф упивался моментом. — Общество должно знать, с кем имеет дело! С монстром, который…
— Достаточно.
Я снял с руки белую, парадную перчатку.
— Еще одно слово, и я сочту это оскорблением не только моей чести, но и чести рода Ван Клеф, а также рода Астерия, чьим мастером я являюсь.
Лиринэль рассмеялся.
— Вы угрожаете мне? Деревяшка угрожает…
Я швырнул перчатку. Не просто бросил, а вложил в бросок импульс пневматики и точный расчет. Перчатка просвистела через разделяющие нас метры и с хлестким звуком врезалась в лицо эльфа. Удар был такой силы, что Лиринэль пошатнулся, запутался в собственных ногах и с грохотом рухнул на задницу. Из его изящного эльфийского носа потекла тонкая струйка крови.
Зал ахнул так, словно я бросил гранату.
— Божий Суд! — рявкнул я. — Дуэль! Здесь и сейчас! До первой крови… или до последнего винтика!
Эльф вскочил, зажимая нос платком, его глаза горели безумием.
— Ты… ты ударил меня! Грязный ремесленник! Ты хочешь дуэли⁈ Ты ее получишь! — Он сплюнул кровь на пол. — Я принимаю вызов!
Эльф щелкнул пальцами, и занавес в дальнем конце зала с шумом упал.
— Дуэльный Кодекс позволяет мне выставить замену! Встречайте моего чемпиона! — провизжал Лиринэль. — Гордость «Голем-Прома»! Проект «Центурион»!
Пол дрогнул, и из темноты шагнул трехметровый голем. Настоящая машина войны, гора вороненой стали и золота, похожая на римского легионера, скрещенного с паровозом. Массивные плечи, шлем с красным плюмажем, щит размером с дверь и гладиус, больше напоминавший заточенную рельсу.
«Центурион» сделал шаг, и мраморный пол под ним покрылся паутиной трещин.
— Центурион восстановит справедливость, — прохрипел Лиринэль. — Прошу не оказывать сопротивления при утилизации.
Вот для чего было это представление с ложной матерью-актрисой. Голем-Пром решили устроить дуэль.
Гости восхищенно зааплодировали. Я услышал шепотки: «Эти двое что, опять шоу решили устроить?», «В лицу эльфу слишком сильно прилетело для игры», «Снова будут рекламировать своих марионеток?», «Какая разница, постанова или нет, зато какая драма!».
Рядом с големом возник некий генерал в отставке, фон Штопор, известный своей любовью к «Голем-Прому» и коньяку. Он начал комментировать происходящее, как спортивный матч:
— Обратите внимание на гидравлику! Какая мощь! Какая броня! Это вам не деревянные поделки Ван Клефа, которые разваливаются от косого взгляда! Сталь! Имперское качество!
Я смотрел на эту гору металла. Впечатляет. Грубо, но эффективно.
— Синта, — тихо позвал я.
Моя тень удлинилась, вскипела, и из нее выросла фигура Чемпиона. Изящная, быстрая, с волосами из застывшего пламени. Она встала рядом со мной, приняв боевую стойку.
Толпа загудела: битва двух боевых марионеток-големов! Такое шоу стоило любых денег.
Синта сделала шаг вперед… и споткнулась. Ее тело задрожало, свет волос-кристаллов потускнел, янтарные глаза начали мигать. Она двигалась так, словно плыла в киселе.
«Что за?..» — я подключился к ее логам.
[Ошибка! Критический сбой! Обнаружено поле подавления! Источник: Объект «Центурион». Тип излучения: Анти-Тень.]
Я похолодел. В груди Центуриона, за бронепластинами, пульсировал артефакт. Подавитель Теней, редчайший и узкоспециализированный реликт, используемая для борьбы с магией Теней. Синта, использующая техники Тени после поглощения Фантома, умирала в этом поле. Оно нарушало Логику ее Ядра, превращая грациозную убийцу в кучу металлолома.
Защита Хаоса тут не поможет…
Я вспомнил Рудольфа и нашу стычку у колонн Ратуши. Он видел, как Синта ушла в тень… Значит, он понял и подготовился. Они создали этого голема специально, чтобы уничтожить мое лучшее творение. Это была не дуэль, а казнь. Если я отправлю Синту в бой, ее разорвут на куски.
— Синта, назад! — крикнул я. — В Ангар! Живо!
Она попыталась воспротивиться (Хаос проявил себя), но я через Нити заставил ее подчиниться. Тень поглотила Чемпиона, пряча от губительного света. Я остался один перед трехметровым стальным монстром.
— Что такое, Ван Клеф? — захохотал Лиринэль. — Твоя кукла испугалась? Сломалась? Где же хваленое качество?
— Похоже, «чудо-оружие» дало осечку! — вторил ему фон Штопор. — Техническое поражение!
Я же перебирал варианты. Кара? Нет, птица слишком хрупкая, Центурион прихлопнет ее щитом, как муху. Да и в помещении особо не полетаешь. Арли? Ну, это даже не смешно… Самому что ли пойти?
— Выставляй замену, или сражайся сам! — требовал эльф. — У тебя есть десять секунд!
Теневой Ангар был полон, я перебирал одну модель за другой. Этот слишком медленный… Этот слишком хрупкий… И тут мой взгляд упал на дальний угол Ангара, где среди ящиков с запчастями стоял он. Особый проект, тестовый образец, списанный и забытый, но не разобранный.
Дрон-уборщик. Модель «Чистюля-МК1».
Гладкий шарообразный корпус, на трех колесиках, с двумя манипуляторами-щетками и баком для мусора. У него не было оружия и боевых протоколов, только пылесос повышенной мощности. И, благодаря моим экспериментам с Хаосом, очень скверный характер.
Да, я влил в него экстремальную дозу Хаоса. Чисто посмотреть, а что будет? И честно говоря, даже не собирался его показывать кому-либо. Но раз уж выбора нет…
Я улыбнулся улыбкой безумца, решившего прыгнуть в вулкан.
— Я выставляю замену! — крикнул я.
Я хлопнул в ладоши, и из моей тени, громыхая колесами, выкатилось… ЭТО. Чистюля выехал на середину зала, покрутился на месте и уткнулся щетками в ногу Центуриона.
— Пи-бип! — сказал он тоненьким голосом. — Обнаружен крупногабаритный мусор. Приступаю к утилизации.
Зал взорвался хохотом. Лиринэль схватился за живот, фон Штопор чуть не выронил монокль.
— Уборщик⁈ — визжал эльф. — Ты выставил против Центуриона пылесос⁈ Это конец, Ван Клеф! Ты посмешище!
Парочка магов-инженеров быстро проверила участников, и не нашла в них ничего запрещенного. Распорядитель объявил о начале дуэли.
Центурион посмотрел вниз, его фоторецепторы сфокусировались на маленьком круглом дроне, который деловито полировал ему «сапог». Мой дрон-уборщик «Чистюля-МК1» на фоне этого гиганта выглядел словно навозный жук, дерзнувший преградить путь кованому сапогу.
Я смотрел на своего маленького героя. В его Ядре не было Бездны и Теней, только чистый, концентрированный, нестабильный Хаос, смешанный с маниакальным желанием чистоты. И еще там был установлен экспериментальный модуль «Гипер-Всасывания», который я снял с промышленной турбины.
  
«Чистюля, — передал я команду через Нить. — Режим „Генеральная уборка“. Максимальная мощность.»