Медные трубы (СИ)
Негодяй потянул обессиленную девушку, едва хватавшую воздух, к автомобилю и швырнул в кузов. Фиксаторами он сомкнул ей ноги и руки, а затем ремнями прикрепил к транспортным носилкам. В глотку Вари отправилась горсть таблеток. Она упорно выплевывала их, пока злоумышленник не зажал ей нос и рот. Почувствовав глотательное движение, злодей отпустил руки, но лишь на мгновение. Сквозь стиснутые зубы Вари проскочила плотная ткань, которую преступник туго затянул на затылке. Дверца проскрипела и с глухим стуком захлопнулась. Со скрежетом колес «реанимация» сорвалась в путь, оставив за собой черные следы резины и небольшое устройство с жидкокристаллическим экраном.
Глава 5. Лучшая часть отъезда — это возвращение
Внешне Лада выглядела сдержанно, но ее душу захватил ураган чувств. Хотелось наброситься на друга, задать ему трепку и выплеснуть все горькие мысли, что накопились за долгие недели разлуки. Настроение менялось, как капризная весенняя погода — непредсказуемо и стремительно. Холод недоверия смешался с тропической эйфорией от долгожданной встречи.
Никогда в жизни Лада не позволяла эмоциям брать верх, особенно в общении с близкими. В способности управлять внутренней стихией и была ее неземная сила. Лада прекрасно помнила, как прервала общение и перестала отвечать на звонки, в то время как Колли делал все возможное, чтобы сохранить теплоту их отношений даже на расстоянии. Тем не менее он уважал выбор напарницы, соблюдал дистанцию и ни разу не переступил установленных границ.
Глубокая пауза перед началом волнительного диалога являлась отличительной и неповторимой чертой Лады. Можно было познать тайны вселенной, рассматривая ее огромные глаза в ожидании ласковой мелодии голоса. Взгляд Лады заскользил по еле различимому контуру комнаты. Свет уличного фонаря проникал в незашторенное окно, мягко подчеркивая творческий беспорядок: все вокруг говорило о долгом отсутствии хозяина. На полу и диване был разбросан реквизит из первого сезона. На столе лежали использованные билетики, оставшиеся после поездки всей четверки в парк аттракционов. На стене, покрывшись пылью, висели фотографии, запечатленные в первый съемочный день. Какие же беззаботные лица смотрели на нее с пленки!
Колли сделал более удачную попытку подняться.
— Ягодка, ну что с тобой? — Он машинально разгреб место справа от себя, негласно принадлежавшее подруге.
Лада оторвала глаза от стены с коллажами и, набрав воздух в легкие, с трудом посмотрела на приятеля: «Сколько же я тебя не видела…»
С постели на нее смотрел еще более возмужавший напарник. Крепкие мышцы под толстовкой выделялись даже в расслабленной позе, а легкая щетина придавала лицу небрежную привлекательность. Вот только задорный взгляд потускнел, отчего Колли казался своей мрачной противоположностью. Лада наконец перестала колебаться и, быстро подойдя к тумбочке, включила ночник. Комнату залил мягкий свет.
— Будет допрос с пристрастием? — съязвил Коля. Яркий луч ударил по глазам, заставив зажмуриться от боли. — Что еще за пытки светом?
На его лице проскользнула еле уловимая игривая насмешка, сменившаяся упреком в голосе.
— Прости, Пёсь, я не подумала.
Комната погрузилась в приятный сумрак, а по телу Колли пробежали щекочущие мурашки. Он очень давно не слышал голос подруги, разбавленный трелью колокольчиков, и уже не помнил, когда в последний раз она так ласково называла его. Захотелось как можно скорее обнять суетливую девчонку.
— Ты не рада меня видеть? — Коля не без труда высвободил вторую руку, чтобы подтянуть Ладу ближе.
Она подалась вперед и, аккуратно огибая друга, чтобы сильно не тревожить, прислонилась спиной к изголовью кровати. Коля перевернулся удобнее и опустил голову ей на колени.
Не надо было иметь докторскую степень, чтобы понять, что приятелю нездоровится: Лада ощущала исходящее от него пламя прямо сквозь свои джинсы. Вычисляя, насколько поднялась его температура, она едва не сдалась в плен панике: у него был сильный жар.
— Лада, честное слово, я сейчас соберусь и уеду! Ну что с тобой сегодня? — Колли начал терять самообладание, но повышение его интонации звучало не устрашающе, а скорее соблазнительно.
— Я хочу задать тебе тот же вопрос! Ты весь горишь! Как ты себя чувствуешь?
— Порядок, все хорошо, — несмотря на обладание ярким актерским талантом, неумело соврал Коля. Ободрив взгляд, он поспешил перевести тему в другое русло. — Сможешь дотянуться до рюкзака?
Лада всерьез разнервничалась, но выполнила просьбу. Подняв с пола увесистый рюкзак, она подсунула его Коле. Не отрывая головы с колен напарницы, он расстегнул молнию. Казалось, даже эти простые действия забирают массу сил. Легким кивком, он предложил заглянуть внутрь.
С неподдельным интересом Лада запустила обе руки вглубь сумки. Помимо несметных упаковок сладостей и еще большего количества сувениров, на дне прощупывался плотный бумажный сверток. Полная любопытства, Лада повертела его в руках.
— Наденешь ночью? — Колли подмигнул подруге.
Лада зарделась, но сияла от восторга. По ее улыбке и розовым щекам можно было ориентироваться в темноте.
— У тебя тут целый магазин. Признайся, ты с трудом успел на вечеринку, потому что тебя сутками держали на таможне? — Лада рассмеялась, чем несказанно порадовала Колю.
— Место, в котором меня держали, скорее напоминало ад, — пошутил он.
Настороженность и чуткость Лады на время отступили. Ее так и тянуло прыгать на пружинном матрасе до потолка. С облегчением она подметила, что Колли наконец начал шутить — это очень хороший знак. Под его пристальным взглядом Лада перебирала сувениры, восхищаясь вниманием друга к каждой, казалось бы, незначительной мелочи.
По истечении штрафной минуты удовольствия Лада поспешила вернуться в реальность. Коля, обычно разговорчивый и неутомимый, вел себя необычайно тихо. Его грудь тяжело поднималась при каждом вдохе, а ладони были горячими и влажными. Отложив подарки в сторону, Лада внимательнее рассмотрела приятеля: он все еще оставался бледным, но на щеках появился легкий румянец. Глаза Колли были полуприкрыты, а руки лежали на животе. Лада осторожно сомкнула объятия, стараясь не нарушить покой.
— Тебе жарко? Давай открою окно. — Прежде чем встать, Лада стянула с друга куртку, ловко расстегнула воротник толстовки и залезла рукой внутрь — футболка была мокрая насквозь. Потянув молнию до конца, Лада помогла Коле высвободиться из рукавов, чтобы немного остыть.
Створки окна распахнулись — приятная прохлада стремительно наполняла комнату. Лада подошла к комоду и, хорошенько порывшись в ящиках, извлекла оттуда чистую футболку.
— Переоденься в сухое. Не хочу, чтобы тебя продуло. Ты простудился?
Колли послушно снял влажное поло, оголив торс, что заставило Ладу смущенно отвернуться. Правда, уже после того, как в памяти запечатлелся его обновленный к фильму сногсшибательный пресс.
Мокрую одежду Лада бросила в корзину, обертки от сувениров — в мусор. По инерции она чуть не взялась за генеральную уборку, но вовремя опомнилась, вытащила из холодильника бутылку воды и вернулась к кровати.
— Голова? — Лада нежно пробежалась взглядом по сонному лицу, рассматривая длинные полуприкрытые ресницы.
— Теряю ее каждый раз, когда вижу тебя.
— Сначала жар, теперь бред. Замечательно.
Коля рассмеялся:
— Лада, не волнуйся, это просто джетлаг. Я хотел сразу найти тебя. Клянусь, я прилег только на минуту. — Мгновение он помолчал, но затем продолжил с внезапным вызовом. — Почему ты не отвечала на мои звонки?
— Потому что тебе нужен был отдых. Посмотри на себя! — Лада налила воду в стакан и протянула другу.
Колли улыбнулся:
— Аргументы в студию. — Он сделал маленький глоток, который больше походил на фальсификацию.
— Моя лекция о том, сколько времени нужно уделять сну, вызвала бы дополнительную волну звонков и расспросов с твоей стороны. Мы бы спорили ночи напролет, и эффект от нравоучений случился бы прямо противоположный. Я хотела, чтобы ты больше отдыхал. Точка.