Мажор по соседству (СИ)

Причина, которая не хочет меня даже слышать: малявка мгновенно заблокировала меня всюду и удалила сообщения…
Не написать, не позвонить.
Уверен, если появлюсь рядом с ее домом, то Тася сделает все, чтобы со мной не общаться и будет игнорировать. Конечно, для нее теперь я — просто корень зла! Мудак, который подкупил друзей, подставил ее в клубе, еще и выгораживаю делишки дяди…
  
Еще один звонок.
Потом сообщение — все от отца.
Приходится перезвонить ему, потому что чувствую, как он начинает терять терпение.
— Алло. Ты хотел меня услышать?
— Наконец-то! У тебя, что, язык отсохнет родному отцу ответить?
— Не отсох, как слышишь. Но рука что-то не поднималась. Наверное, отсохла, пока я подписывал липовые заключения.
Отец хмыкает.
— Липовые? Ничего подобного!
— Папа, прекрати. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Петр Дмитриевич подворовывает.
— Не подворовывает, но находит альтернативное применение денежным средствам, оставшимся свободными после распределения бюджета.
— Серьезно? — пинаю лопух какой-то, колючка пристает к моим брюкам. — Свободные денежные средства? Па, ты эту дыру видел, а? Видел?! Здесь нужно море средств вложить, чтобы вытащить богом забытую дыру из прошлого века!
— Я не понимаю, ты чего ерепенишься? — голос отца становится холодным. — Ты на свет вчера родился? Кажется, нет. Ты, малый, заигрался в прокурора и судью! В то время как твоя работа, как работа любого хорошего специалиста из этой области состоит не в том, чтобы найти, как и за что наказать, а в том, как избежать лишних трат на налоги и проблем с законом. Ты должен лавировать между условностей, обходить острые углы под флагом “что не запрещено, то разрешено”. Или, что, хочешь сказать, ты ведешь много фирм и никому не подсказываешь, как избежать лишних налогов? Не уводишь в сомнительную зону? Не подсказываешь, как уменьшить траты.
— Да, но…
— Откуда взялось это “но”? — повышает голос отец. — Ты хотел работать отдельно? В независимой фирме! Ты работаешь…
— Вот только как оказалось, эта независимость — просто фикция, а мой начальник очень даже рад лизнуть твой зад.
— У меня крупная фирма, хорошая репутация. Я знаток своего дела и многие счастливы поработать со мной, оказать одну-две услуги. Счастливы все, кроме тебя. Ты, как кусал руку, которая тебя кормит, так и продолжаешь это делать. Неблагодарный… Впрочем, сегодня я закрою на это глаза. Ты сделал правильный выбор, сынок. Горжусь. Возвращайся, есть для тебя сложная задача, но я уверен, что она тебе по плечам. Ты же у нас светлая голова!
— Па, вот только не надо. Ни подачек, ни жалований, ни чего…
— Что за трагедия, я понять не могу?! Или ты не понимал, почему отправили именно тебя?
Застываю на несколько секунд. Разговор тяжелый. Когда мы были с Тасей вместе, отец напомнил деликатно. Тем же поздним вечером он напомнил о просьбе снова, но уже с давлением.
— Да нет, папа. Теперь я понимаю. Понимаю, почему отправили именно меня. Потому что тебе есть чем на меня надавить…
Отец пригрозил мне.
Если не сделаю, как надо, он даст ход делу, которое замяли.
Так глупо…
Я был на встрече выпускников, встречал с приятелями со школы. В клубе было весело. Я не пил в тот вечер, был чист, потому что предстояла крупная проверка. Развозил приятелей. В машине нас было трое: я и двое коллег. Парни работали топ-менеджерами на бирже. Один из них забежал в туалет на заправке и пропал. Мы нашли его обдолбанным, передоз. Пытались откачать, но не смогли. Скончался в больнице. Поднялась шумиха. У меня в машине нашли наркотики. Они была не мои, их скинул второй приятель.
Школьный, сука, друг…
Отец поднял все свои связи и замял это дело, но мой отец — тот еще паук, который никогда ничего не делает просто так. Он взял с меня слово, что я помогу ему взамен. Тогда я был перепуганный до усрачки перспективой отправиться гнить в тюрьму, поэтому согласился, без раздумий.
Настало время платить по счетам…
Отец припомнил о долге.
Или так, или…
Он принципиальный. Человек с тяжелым характером. Он и маму довел до сердечного приступа своим непреклонным характером. Компромиссы — это не про него. Трепетные чувства — пожалуй, тоже.
Выгода — его жизненное кредо.
Я не мог не согласиться.
Иначе бы отец спустил на меня всех собак, подтолкнул нужных людей, и дело, поспешно схлопнувшееся, снова было бы открыто. На этот раз не в мою пользу…
— Выше нос. Я тобой горжусь. Чарские пойдут далеко. Между нами, Стас, Петр последний год председательствует в мэрии этой деревни. Его переводят повыше. Сам понимаешь, в таком случае мы не могли не обеспечить ему безупречную репутацию. Разумеется, он в долгу не останется.
— Меня сейчас стошнит.
— Пусть стошнит, только не забывай, щенок, на чьи тошниловские деньги я обеспечил тебе и учебу за границей, и увлечения машинами, и дорогих девочек… Я дал тебе все, теперь настало время платить по счетам. Так что улыбнись, мой дорогой, и поздравь Петра сегодня за ужином. Ты все понял?
  
Глава 38
 
Стас
По вине моего отца чувствую себя тем еще куском дерьма, но было бы глупо валить вину лишь на него одного.
Я же знал, какой он человек, когда просил его о помощи. На тот момент мне было плевать, перед кем расшаркиваться, я бы и у черта помощи попросил. Вот и настал час расплаты. Как известно, рука руку моет…
В некотором унынии я пребывал весь следующий день после пышного семейного ужина Чарских. По идее, я мог бы уехать. Все, что я должен был сделать, по приказу отца, я уже сделал. В бумагах всюду красовалась печать компании, в которой я трудился, плюс моя скромная подпись.
Но я решил задержаться немного в этой глуши, надеялся, что найду слова, чтобы объясниться перед Тасей. Проблема в том, что на ум не приходило ничего хорошего, и все, что бы я ни придумал, казалось мне недостаточно серьезным основанием для предательства.
Ведь именно так ситуацию видела Таисия. Облажался, так облажался, что еще сказать! Выкинуть девчонку из головы не получалось.
Приблизиться к ней для разговора — тоже. Она почти не бывала одна, игнорировала и звонки, и сообщения, которые я отправлял ей с другого номера. Мигом оказался в черном списке, как и все аккаунты, привязанные к запасному номеру.
Кажется, я стал для Таисии врагом номер один!
Доведенный до отчаяния, я даже попытался вызвать ее на ревность, когда случайно пересекся с ней и ее старшей сестрой в конторе. Демонстративно позвал Шатохину-старшую на свидание и надеялся на бурю в ответ, но увидел лишь, как Тася вспыхнула, выронила стеклянную бутылку, разбила ее и убежала.
Вот и все мои старания закончились ничем. В итоге еще и Шатохина-старшая меня отчитала:
— Козел ты, Чарский. Бессовестный и… слепой. Еще раз рядом с сестрой увижу, у тебя не то, что волосы, у тебя зад малиновым станет!
— Зад?!
— Зад. Да. Задок отшлепаю. Мало не покажется! Нечего перед моей сестренкой свои бесстыжие приемчики пикапера демонстрировать и на практике использовать!
— Какие еще приемчики?
— Сам знаешь, какие. Все, мне пора.
Раскусила в два счета!
Похоже, план был провальный, как и все остальные.
* * *
Паршивое лето подходило к концу… Честно, впервые я не строил планы, только довольно депрессивно думал о том, как бы избежать отработки перед отцом. Ведь он явно не остановится на одной оказанной услуге. Как выбраться из этого лабиринта? Оказать услугу тому, кто стоит выше него? Нет, это путь вниз…. Я могу загнать себя в кабалу, еще более неприятную, чем то, что требовал от меня отец!
  
Не хотелось быть ему должным еще больше, чем сейчас. Поэтому когда дядя собрался ехать в город, я попросил его отогнать тачку в гараж отца. Дядя обрадовался тому, что отправится в поездку на крутой машине. Я был рад тому, что отец не сможет упрекать меня тем, что я беру машины из его гаража.