Мажор по соседству (СИ)

— Кто это сделал? А?! Говори, кто. Имя назови, и я ему вот этими ножницами все под корень отчикаю! — пригрозила Лена, выхватив маникюрные ножницы из чехла.
Я сидела, едва дыша, пытаясь придумать слова оправдания. Лена хорошенько вытрясла косметичку и распотрошила средства, едва не выматерившись вслух.
На покрывало высыпались парочка презерватитв и… мой личный позор, тюбик интимной смазки. Стас как-то намекнул, мы пробовали совсем немного, только пальцами. Мне было хорошо и стыдно, что может быть настолько приятно от запретных ласк. Теперь еще и сестра смотрела на это с ужасом.
  
— Лубрикант! Пробник лубриканта и презервативы. И как ты мне это объяснишь?
— Это не мое, — выдавила я из себя.
— Конечно.
— Клянусь!
— Охотно верю…
Под недоверчивым взглядом Лены мне на ум пришло, наконец, то самое железобетонное оправдание!
— Да я тебе мамой клянусь, что не мое! Это Алюхины.
— Что еще за Алюха? — не сдавалась Лена.
— Альбина! Соседка новая по комнате. Она старше меня на один курс, активная, с парнем встречается. Это ее презервативы и смазка! Клянусь.
— И как они в твоей косметичке оказались?
— Наверное, она их быстренько спрятала, когда к ней родители прикатили. Они такие требовательные и беспардонные совершенно! Всегда в ее сумочке лазят и в телефон заглядывают. Фу, треш просто… Я бы таких прибила!
— Угу… Ловко придумываешь!
— Да я мамой клянусь! Не веришь?! Я сейчас ей позвоню!
Я достала свой телефон в плюшевом чехле и набрала подруге, быстро сказала:
— Аль, привет!
Мы никогда не называли ее Алей, всегда звали Линой, собственное имя ей никогда не нравилось. Поэтому услышав, как я назвала ее, Альбина сразу хмыкнула:
— 911?
— Да… Нет, я быстро. Скажи, это ты мне презики в косметичку запихнула?!
— Сейчас все будет, — хихикнула Альбина. — Включай.
Я включила динамик громкой связи, и Альбина запричитала очень реалистично:
— Да, я. Блин, предки вообще без предупреждения прикатили!
У нее талант к актерскому мастерству. Жаль, что родители запретили поступать в театральный, запихнули ее в архитектурный, где она чахла и мечтала поскорее закончить учебу.
— Позвонили, когда на проходной стояли. Коменда их не пускала. Блин, я живо сгребла все, что было, не раздумывая, закинула в косметичку. Она на столе стояла. Белая с розовым. Твоя?
— Моя! Блин, ты меня в неудобное положение поставила! Мои видели и фиг знает что теперь думают! — добавила я.
— Скажи, что девочка выросла. Просто они об этом еще не знают.
— Своим так скажи. И забери сегодня же…
— Делюсь. Пользуйся! Извини, опаздываю на подработку!
Лена слушала меня внимательно, сомнения медленно таяли на ее лице.
— Убедилась?! — спросила я с вызовом.
— Убедилась. Ладно, прости.
— И даже если бы это было мое, то, что?! Конец света? Сама вон… Беременная ходишь!
— Тай, мне уже пора быть беременной. Все мои одноклассницы замужем, с детьми, некоторые по второму разу замуж вышли, а я вот только забеременела!
— Тик-так, тик-так? — хихикнула я, стремясь поскорее перевести тему в другое русло. — Скажи, вот ты забеременела, и что?
— Что-что?
— Часики тикать перестали?!
— Ах ты засранка!
— Зато ты перестала трястись из-за выписки. На самом деле ты выглядишь отлично, зря переживаешь. Пилот тебе обрадуется.
Сестра кивнула грустно. Мне казалось, она была готова разреветься. Наверное, это все от беременных гормонов. Я обняла сестру, расцеловала ее.
— Ты загрустила. Переживаешь?
— Да,
— Все будет хорошо. Я слышала, что Марселю тоже не терпится с тобой увидеться.
После моих слов Лена повеселела.
— Все, собирайся, хватит сидеть! — подбодрила я ее. — Мне уже бежать пора. Расскажешь, как прошло?
— Да, конечно.
Из больницы я выпорхнула в отличном настроении.
Не вытерпела и снова позвонила Стасу. Он ответил, я сразу попросила:
— Знаю-знаю, мы только что переписывались. Ничего не говори! Я только от сестры, посмотрела на нее и просто в шоке от того, как сильно она грустит, переживает. Они то сбегаются, то разбегаются… Так сложно. Я просто представить нас с тобой на их месте и так грустно стало. Я никогда не хочу с тобой расставаться. Даже один денечек пережить сложно. Постоянно думаю о тебе! Я сделаю татуировку с твоим именем. Вернее, с буквой твоего имени. И никто ни о чем не догадается. Ты всегда будешь со мной рядом, даже твой мерзкий папаша не сможет нас разлучить.
В ответ тишина. Стас сбросил вызов.
Через секунду прислал смс: “Извини, не могу говорить. Аврал. Я у начальства. Позже созвонимся, малыш!”
Даже насчет татуировки ничего не сказал?
Наверное, прослушал, реально занят.
И малыш… Обычно он называет меня малявочкой.
Немного странно это, впрочем… Иногда я просто себя накручиваю, совершенно зря.
  
Глава 45
 
Таисия
Этим же вечером я не смогла связаться со Стасом, и на следующий день — тоже…
Он вышел со мной на связь, только через день, и говорил как-то странно, натянуто.
— Ты занят? — поинтересовалась я. — Может быть, позвонишь, когда освободишься?
— Тась, я буквально на пять минут свободен! Просто навалилось слишком много всего.
Мое сердце забилось тревожнее.
— У тебя голос странный. Что стряслось, скажи.
— Ничего, малявочка. Ты на учебе?
— Да, у меня еще две пары. История искусств, лекции… — мне хотелось рыдать.
Сердце будто сжалось в тиски.
— Ладно, доучивайся, потом поговорим. После пар тебя встречу, ааа… Черт, не выйдет. Встреча. Давай после девяти, а? Гульнем… Украду тебя на одну ночь, согласна?
Голос Стаса был таким горячим, проникновенным, сухим, как пустынный ветер.
— Да, — сглотнула я. — Хорошо.
— И еще одно, Тась. Мыслями на учебе — окей? Увидимся, все будет…
Как не думать о нем? Всю лекцию я только и делала, что рассматривала зимние деревья за окном лекционного зала. В общаге не могла дотерпеть до вечера, едва Стас позвонил, я сорвалась с места и полетела к нему.
Гордость? Необходимость, чтобы парень чуть-чуть ждал? Плевать!
Я прилетела к нему, залезла в салон и сразу потянулась за поцелуями.
— Где шапка? — возмутился он, запустив пальцы в мои волосы.
— Ой, забыла… Я так соскучилась!
Стас со стоном приник к моему рту, я распахнула рот пошире и опустила руку на его бедро, погладила ширинку. Стас сунул ладонь под молнию пуховика, стиснув грудь.
— Я тебя сейчас в машине раздену, если не прекратишь! — пригрозил он.
— Стас, отъедь… В темное место, — попросила я, не снимая ладошки с его ширинки. — Стас, прямо сейчас…
— Я с тебя с ума схожу, — снова поцеловал меня жарко-жарко.
Машина тронулась, проехала немного, встала у тени бокового дома. Нас не было видно с дороги… Только если бы кто-то шел сзади дома по узкой тропинке.
— Что ты задумала, а?
Я быстро стянула с себя короткий пуховичок, перебросила его на заднее сиденье и быстро собрала волосы в пучок.
— Тась, ты не обязана… Прямо здесь, — изменившимся голосом сказал он.
— Молчи-молчи… Я тебя хочу. Обожаю… Твой вкус, запах. Хочу его… Хочу твой член. Почему мы не можем всегда вместе? — зашептала, как в бреду, расстегивая молнию.
— Тааася, — простонал Стас, когда я накрыла ртом головку его члена и начала сосать.
Первый раз я жутко стеснялась, когда делала ему минет, казалось, я все-все делала не так, но он меня поправлял и с каждым разом выходило все лучше. Я даже научилась брать его целиком так, чтобы не хотелось вытолкнуть глоткой. Всего-то дышать размереннее и скользить, скользить вверх и вниз, вверх и вниз. Ему нравилось, когда я двигала еще и язычком, подталкивая, прижимая к небу.
  
— Боже… Глубже. Еще немного вот так… Подержи. Просто подержи… Не двигайся, — прохрипел Стас. — Шире ротик. Я сам. Вот так не больно?
Стас обхватил меня за хвост, намотал его на кулак, приподняв, потом прижал ладонь к затылку, опуская мою голову.