Императрица. Попала так попала! (СИ)

Я же с внезапной проверкой отправилась в мундире полковника с новыми погонами в кадетское училище имени Кутузова.
После только что проведенной военной реформы во всех родах войск были введены одинаковые звания. Исчезли казацкие канонир или казак, повсеместно все стали рядовыми; исчезли бомбардир или приказный, вместо них остался только ефрейтор; вместо младшего унтер-офицера, младшего урядника, младшего фейерверкера появился младший сержант; вместо старшего унтер-офицера, старшего урядника и старшего фейерверкера появился сержант; вместо фельдфебеля или вахмистра появился старший сержант; подпрапорщик стал старшиной; зауряд-прапорщик стал прапорщиком с одной звездой без просветов и было введено новое звание старшего прапорщика с двумя звездами без просвета. Вместо подпоручика, корнета и хорунжего было введено звание лейтенанта; вместо поручика и сотника ввели звание старшего лейтенанта; вместо штабс-капитана, штабс-ротмистра и подъесаула ввели звание капитана. Звания капитан, ротмистр и есаул были ликвидированы. Чин майора, упраздненный в 1884 году, был восстановлен с введением большой звезды на двух просветах. Чин подполковника получил две большие звезды на два просвета вместо трех звезд и ликвидирован чин войсковой старшина. Полковник носил погоны с двумя полосками и без звезд, теперь же на его погонах появились три большие звезды на двух просветах. Генерал-майор, который на золотых генеральских погонах носил две звездочки, теперь носил одну. Генерал-лейтенант, который имел на погонах три звездочки формой треугольника, теперь стал носить две звезды в ряд. Генерал полный от инфантерии, кавалерии или артиллерии стал генерал-полковником, погоны были полностью без звездочек, а стали с тремя звездами в ряд. Генерал-фельдмаршал, на погонах которого были скрещенные жезлы, остался без изменений.
  
Мое появление верхом в сопровождении двух десятков казаков в обеденное время вызвало ажиотаж. Начальник училища примчался со свитой преподавателей, но на предложение пройти в его кабинет отведать чаю, я отказалась — Господин подполковник! Я бы хотела отведать с вашими воспитанниками полагающийся им обед. Проводите меня в столовую.
Двое казаков, которые являлись моими личными телохранителями молча отправились за мной, покинув седла и держа в руках свои карабины в готовности немедленно открыть огонь, остальные тоже спешились и повели коней по двору, давая им возможность отдохнуть после рыси.
Помещение столовой были заполнено кадетами, которые при виде меня и своего начальника вскочили с лавок, став по стойке смирно.
Я приложила руку к виску, отдавая честь — Вольно! Продолжайте прием пищи!
Начальник указал на три отдельных стола с стульями, имеющими высокие спинки — Пожалуйте за офицерский стол, ваше Величество!
Я сначала прошла вдоль столов, осматривая миски кадетов. Затем вернулась и села, передо мной появилась тарелка с парующим борщом, в котором как и у всех был приличный кусок мяса и ложка сметаны. Убедившись, что первое довольно вкусно приготовлено, я попробовала второе, гречку с мясной подливой и грибами. Выпив компот, я встала — Отрадно видеть, что заявленный мною принцип питаться вместе низшими чинами из одного котла строго соблюдается в вашем кадетском училище. Покажите ваши учебные классы и спальни воспитанников.
Обойдя учебный корпус и спальни, мы посетили спортзал. Перед нами навытяжку стояли двое казаков и китаец. Мои телохранители тут же навели стволы в их сторону и заняли позиции для открытия огня.
Начальник училища указал на эту троицу — Ваше Величество! Это инструкторы рукопашного боя и физического развития сержанты Пивень и Бандура, а также нанятый в Китае по контракту мастер ушу Ян Шаохоу. Ян просил при вашем посещении училища уделить ему немного времени для разговора.
Я по-китайски обратилась к китайцу — Я вас слушаю, господин Шаохоу! О чем вы хотели со мной поговорить?
Китаец низко поклонился и ответил по-русски с смешным акцентом — Ваше Величество! Прошу вас взять меня своим учеником. Прошу обучить меня системе под названием айкидо. Инструкторы, которые у вас обучались, показали мне ряд приемов, называя их айкидо. По-японски это путь энергии ки или ци, как она называется у нас, в Китае. Очевидно, что эти приемы имеют общую систему. Извините за мой вопрос — это айкидо из Японии?
Я кивнула — Вы правы, это единоборство вышло из отдельной школы дзю-дзюцу и было выделено одним из мастеров этой борьбы в отдельную школу, отринув изучение ударной техники, которая стала лишь методом расслабления противника при выполнении приемов.
Китаец опустился на колени и лег ниц — Ваше Величество! Еще раз прошу — возьмите меня в свои ученики.
Я прищурилась — Я готова пойти на это, если только вы перейдете в российское гражданство и дадите клятву верности моему мужу, российскому императору. Неужели вы думаете, что я позволю этим приемам уйти на сторону? Вы можете вывезти сюда всю свою родню и тех, кого посчитаете необходимым. Вы должны после окончания своего контракта служить не за золото, а ради чести и нового мундира. Вы сможете стать не просто нанятым иностранцем, а благодаря своему образованию, получить офицерский чин.
Китаец поднялся и ответил — Я готов немедленно разорвать контракт и служить только за офицерский оклад. Помимо тайцзи я практикую традиционную китайскую медицину, лечу пациентов, сочетая травяные сборы, составленные моей семьей. Я готов поделиться своими знаниями с моими учениками. Среди кадетов есть очень перспективные отроки, из которых я смогу сделать мастеров тайцзи. Я подготовлю письма для своих студентов в Пекине с предложением последовать моему примеру и стать гражданами России.
Я кивнула — Вас будут доставлять во дворец три дня в неделю. С удовольствием поделюсь своими знаниями, а вы подготовьте моей стране лучших специалистов рукопашного боя и медицины. До встречи, господин Шаохоу.
Ян после ухода императрицы удовлетворенно поспешил на телеграф. Телеграммы дойдут быстрее писем.
«Надо же, императрица говорит на мандаринском так, будто родилась на севере Китая!» — удивлению Яна не было предела. Именно знание языка супруги императора подвигло его на принятие ее предложения. В принципе, ему все понравилось в Санкт-Петербурге. Приятной неожиданностью стало отношение русских к нему, китайцу. Никакого презрения, никакой попытки общения как с человеком второго сорта. Ян видел как относятся англичане к китайцам в Гонконге и разница была будто между небом и землей.
Русские подростки, которых обучал Ян, были на редкость способными, они схватывали все, чему их учили Ян и казаки-инструкторы.
Вернувшись с телеграфа, Ян направился к начальнику училища. Подполковник принял его практически сразу — Внимательно слушаю вас, господин Шаохоу. Вы вовремя решили меня навестить — из Зимнего пришла депеша о необходимости принятия у вас присяги на верность государю императору и присвоения вам чина лейтенанта. Поздравляю с офицерским званием. Пойдемте к нашему священнику отцу Павлу.
В часовне училища Ян торжественно дал присягу на верноподданство в Российской Империи: — Я, Ян Чжаосюн Шаохоу, обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом, пред святым его Евангелием, в том, что хощу и должен Его Императорскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому Государю Императору Николаю Александровичу, Самодержцу Всероссийскому, и законному Его Императорского Величества Всероссийского престола Наследнику верно и нелицемерно служить и во всем повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови, и все к высокому его Императорского Величества Самодержавству, силе и власти принадлежащие права и преимущества, узаконенные и впредь узаконяемые, по крайнему разумению, силе и возможности предостерегать и оборонять, и при том по крайней мере стараться споспешествовать все, что к Его Императорского Величества верной службе и пользе государственной во всяких случаях касаться может; о ущербе же Его Величества интереса, вреде и убытке, как скоро о том уведаю, не токмо благовременно объявлять, но и всякими мерами отвращать и не допущать тщатися, и всякую вверенную тайность крепко хранить буду, и поверенный и положенный на мне чин, как по сей, так и по особливой, определенной и от времени до времени Его Императорского Величества именем от предуставленных надо мною начальников определяемым инструкциям и регламентам и указам, надлежащим образом по совести своей исправлять, и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды противно должности своей и присяги не поступать, и таким образом весть и поступать, как верному Его Императорского Величества подданному благопристойно есть и надлежит, и как я пред Богом и Судом Его страшным в том всегда ответ дать могу; как сущее мне Господь Бог душевно и телесно да поможет. В заключение же сей моей клятвы целую Слова и Крест Спасителя моего. Аминь.