Губительный обман

Я всегда считала Рию и Алекса самыми близкими мне людьми. Те знали обо мне гораздо больше моей матери и даже родного брата. А сейчас я ощущала, что они становятся холодными незнакомцами, которых я попросту не видела годами.
Которых больше не знала.
– Я тебе всё расскажу, Лив, честное слово. Но… чуть позже.
Не понимая, что такого секретного там могло произойти, я согласилась и на это. Не хотела терять Рию.
  
Раньше у нас никогда ранее не возникало ничего подобного. Даже несмотря на то, что их отец убедительно попросил подписать бумагу о неразглашении информации о них с Алексом, Рия всегда и всем со мной делилась. Но возможно мы просто выросли и у каждого из нас появилось то, что мы хотим оставить исключительно при себе.
Рия протянула мне пластиковую ложку и мороженое в стаканчике, которое уже начало таять, и этим выдернула меня из ностальгии по прошлому. Подруга взяла мне моё любимое карамельное, а себе – шоколадное. Я с грустью подумала, что будь с нами Алекс, ему бы Рия взяла мороженое со вкусом кофе-фраппучино с шоколадными хлопьями, чтобы потом Алекс воровал из моего стакана карамельное, смешивая его со своим.
Всё-таки, я по нему очень скучала. До безумия.
Следующий час мы с Рией ели мороженое и разговаривали обо всём, кроме насущных вопросов, которые нависли над нашими головами, словно злой рок. Смеясь и отпивая своё капучино, Рия неожиданно вспомнила давнюю-давность – историю нашего знакомства.
– А помнишь, как ты врезала Алексу в нос прямо на площадке за то, что он посыпал твою голову песком? И как тогда брызнула кровища и хрустнул хрящ в его носу!
– Да брось ты наговаривать! Не было там особо крови, кроме тоненькой струйки, – смеясь, зарделась я. – Но вот что я прекрасно запомнила, так это как ты завопила сиреной на весь парк, из-за чего наши мамы тут же, бросив всё, прибежали разруливать нашу драку! Ничего страшнее вида моей матери я в жизни не видела – так зла она была в тот момент на всех нас.
Мне тогда было три года, как и Рии. Алексу исполнилось шесть и его оставили приглядывать за сестрой, что он весьма «успешно» тогда и делал.
– Да не кричала я, – нахохлилась подруга. – Просто позвала маму.
– Ты вопила, как резанная. Так по-девчачьи!
– А ты врезала ему уж никак не по-девчачьи!
Мы засмеялись, и я чуть не пролила на свои ноги кофе. Благо, стакан был закрыт крышкой, иначе моей юбке точно настал бы конец.
Да, именно с того знаменательного дня и началась наша дружба.
Что-что, а вот я точно не могла тогда предположить, ударяя кулаком по носу Алексу, что он окажется сыном уже тогда набирающего мощь в нефтяном бизнесе Ияда Уоллеса. Благо их мама не сообщила мужу, что его сына на площадке отделала пятилетная соплячка, иначе и он бы припоминал это мне все эти годы о данном казусе, как делал его сын.
Алекс, разумеется, делал это безобидно, но раздражающе. Ввиду чего мне хотелось повторить знаменательный удар в его нос снова.
Неожиданно зазвонил телефон Рии, и подруга выудила из бардачка обновлённый гаджет – айфон последней модели. Разумеется, ведь у Александрии Уоллес не могло быть иного. Впрочем, удачно, что новые модели выходили также регулярно, как Рия портила предыдущие.
Нажав на кнопку «Поднять трубку» и промокнув губы салфеткой, она ответила на прозвучавший вопрос:
– Да, мы будем через полчаса. Готовься к вылету.
С этими словами она отложила телефон и стала заводить двигатель припаркованной машины.
– Мы куда-то едем? – уточнила я, прекрасно понимая, что раз Рия объявилась, то все мои выходные точно будут в её распоряжении хочу я этого или нет.
– Разумеется, – по-заговорщицки шепнула мне Рия, разворачивая машину в сторону аэропорта. – Мы летим в Лос-Анджелес, детка! Нам срочно нужно всё наверстать, а ещё искупаться в бассейне, закатить вечеринку, хорошенько напиться и сходить по магазинам!
– Что, очки от Луи Виттон уже устарели? – сочувственно протянула я, а потом в голос засмеялась, увидев обиженное лицо Рии.
– Устарели твои свободные от меня уикэнды, малышка. Теперь я точно не дам тебе спокойной жизни! – С этими словами Рия вдавила педаль газа, разгоняя машину, а я пихнула подругу в бок, глупо улыбаясь.
Спорить с ней было бесполезно, но я и не собиралась.
Ведь единственное, что я сейчас желала – наверстать наш упущенный год, о чём она мне только что и пообещала.
 
2. Тридцать две тонны СО2
 
Когда Рия подъехала к небольшому частному самолёту, готовому к вылету, нас уже встречал Калеб – её телохранитель, которого она вечно «теряла» в самых неожиданных местах. И если до этого я еще думала, что сохранила некий иммунитет к богатым привычкам Рии, то увидев самолёт поняла, что ошиблась.
За последний год я абсолютно отвыкла от мысли о том, что она буквально может летать частным рейсом куда и когда угодно. Ведь я за все это время как была, так и осталась дочерью матери-одиночки, работающей на двух работах ради нас с младшим братом, а Рия продолжала являться дочерью Ияда Уоллеса. Одного из самых успешных и богатых бизнесменов нашей планеты, почти что Тони Старка – миллиардера и филантропа, разве что не плейбоя.
Правда теперь я немного слезла с материнской шеи, получив место в университете и стипендию – хоть какие-то успехи. Но разница между нашими положениями оставила отпечаток на нашем воспитание, поэтому я моих губ таки сорвалось замечание:
– Рия, тебе не кажется, что нам не стоит по любой прихоти выбрасывать в атмосферу тридцать две тонны СО2?
Бросившая Калебу ключи от кабриолета Рия обернулась на меня, идя уверенной походкой от бедра к трапу самолета.
– Мне казалось, что этот этап мы давным-давно прошли. Или за этот год мы опять совершили откат, Ливи? Тем более, это не прихоти, а необходимость. Мы не можем позволить себе тратить уйму дней на поездку на машине до Лос-Анджелеса, – она быстро поднялась наверх, и мне не оставалось ничего иного, как последовать за ней. – Лиам, прошу, готовьтесь к взлёту.
Пилот кивнул и исчез в кабине самолёта, оставив нас с двумя стюардессами.
Вслед за стройными девушками мы прошли в кабину самолёта, полностью выполненную из кожи и дерева. Судя по тому, что на столике у окна и на одном из сидений были свалены вещи Рии – она прилетела в город совсем недавно.
Не дожидаясь меня, Рия сразу плюхнулась на свободное кресло из светлой кожи. Я уселась напротив, бросив сумку на столик.
Одна из стюардесс тут же принесла нам воды, и Рия жестом показала оставить нас одних. В этот момент я услышала, как снаружи отъезжает трап от самолёта и запускаются турбины.
– Самое ценное для меня в нашем общении – то, что ты всегда видела во мне человека, Лив, – неожиданно серьёзно сказала Рия. – Все вокруг видят во мне один, а то и несколько вариантов: дочку миллиардера Уоллеса, мешок с деньгами, красивую глупую блондинку с длинными ногами, глупую куклу, породистую кобылу или недосягаемые им возможности. Что угодно, но не меня. И только ты, зная кто я на самом деле и продолжая со мной общаться не из-за дарованных мне с рождения привилегий, всегда меня поддерживала как часть моей семьи. Даже согласилась подписать эту глупую бумажку, который всучил тебе мой папа, чтобы только нас с тобой тогда не разлучили! Не сказала обо мне и Алексе своей маме, которая является твоим самым близким человеком. И ты, Лив, всегда была готова принимать меня такой, какая я есть, – на этих словах на глазах Рии блеснули слёзы.
А я наклонилась к ней и взяла её руки в свои, чувствуя, что мои глаза тоже увлажнились.
  
– Ты поссорилась с Эбигейл, – догадалась я, читая между «строк» её речи то, что было зашифровано в этих словах. Мне никогда не нравилась эта стерва, подлизывающаяся к Рие.
Эбигейл – платиновая блондинка с накаченными губами и отвратительным взглядом. Всё в ней было ненатурально, кроме счетов её папочки, который контролировал её траты во всём.
Она завидовала Рие и мечтала захомутать Алекса, чем вызывала у меня отвращение.