Чёрно-белая палитра
Открыв глаза, я огляделась и удовлетворенно отметила несколько раскидистых кленов, растущих немного позади.
– Господин Крофт, – вновь обратилась я к свидетелю, которого, похоже, несколько удивило мое предшествовавшее поведение, – вы не откажетесь пройти со мной в участок?
Блондин заметно напрягся.
– Зачем? – обеспокоенно спросил он. – Я ведь все уже рассказал, и показания записаны.
– Не беспокойтесь, – ободряюще улыбнулась я, – это ненадолго. Я приглашаю вас исключительно в качестве свидетеля. Потребуется небольшая экспертиза, для которой необходимо ваше присутствие, поскольку именно вы находились рядом с пострадавшей в момент предполагаемого преступления. С вашей помощью эксперты смогут определить, было ли совершено магическое воздействие на Мелину Веллореск. Я сказала, что вызываю вас в роли свидетеля, но более точно было бы сказать, что вы нужны нам в качестве улики.
Я обаятельно улыбнулась, смягчая таким образом грубоватость сказанного. Нужный эффект мои слова возымели: Крофт расслабился и перестал нервно сжимать пальцы рук.
– В таком случае конечно, – согласился он, улыбнувшись в ответ.
Оставив Крофта дожидаться в нашем кабинете, я постучалась к новому начальству. Не могу сказать, чтобы это соответствовало моим желаниям, но выбора не было. Без его содействия я не могла получить разрешение на экспертизу.
– Разрешите войти? – осведомилась я, приоткрыв дверь.
Оценивающий взгляд исподлобья.
– Входите.
Уилфорт сидел за рабочим столом, на котором лежало несколько стопок с документами. Бумаги содержались в порядке, что отличало этот стол от рабочего места Дика. Одновременно стол не выглядел девственно чистым, как у Райана. На рабочем месте последнего хорошо, если чернильница с пером имелась. Нередко дело ограничивалось парой карандашей. Мой стол представлял из себя нечто среднее между вариантами Дика и Райана и потому, пожалуй, больше всего походил как раз на рабочее место начальства.
Войдя, я взялась за дверную ручку, но услышала резкое:
– Оставьте открытой.
Послушалась и молча подошла к стулу, но Уилфорт обратил внимание на мой удивленный взгляд.
– Не хочу, чтобы благодаря вам меня еще раз обвинили черт знает в чем, – едко произнес он. Я села на стул, и капитан добавил: – Да, и если в вас вдруг проснется патологическое желание отжиматься, будьте так любезны, выйдите за этим в коридор.
Я сглотнула: заявление было несколько неожиданным.
– Сержант Рейс. – Хоть я и пришла в кабинет начальства по собственной инициативе, разговор о деле начал именно капитан. – Недавно я говорил с начальником светлого отдела. Он сообщил мне, что дело о гибели Мелины Веллореск раскрыто отделом по расследованию убийств. Старший сержант Миллорн возвратился на свое рабочее место два часа назад. Вы же оказались в участке совсем недавно. Потрудитесь объяснить, где и как вы провели все это время?
Я потихоньку начала злиться (кажется, это происходит всякий раз, как я пересекаюсь с новым начальством). Он что – думает, я на рынке продуктами закупалась? И объяснять свои действия собралась враждебно, даже агрессивно, но что-то во взгляде Уилфорта меня остановило. Нет, не испугало. Просто мне вдруг показалось, что, несмотря на суровость тона, меня не обвиняют и не предъявляют претензии. Скорее просто ждут объяснений. Каковые я и предоставила.
– Вывод отдела по расследованию убийств, согласно которому госпожа Веллореск покончила с собой, показался мне чересчур поспешным. Поэтому я задержалась и опросила двоих свидетелей.
Серо-голубые глаза прищурились; взгляд стал заинтересованным.
– И что же?
– У меня есть причины полагать, что здесь имело место злоупотребление темной магией.
– Давайте подробнее, – предложил Уилфорт.
И я рассказала о посещении особняка и последующей прогулке на Иллойскую улицу. Уилфорт слушал очень внимательно. В какой-то момент мимо кабинета прошел Дедушка. Прошел очень быстро, но резко остановился, видимо осознав, что увидел внутри мою скромную персону. Полковник дал задний ход и замер в дверном проеме, прислушиваясь. Я не прерывала своего рассказа, внутренне борясь с побуждением немедленно начать отжиматься. Убедившись, что разговор в кабинете проходит пристойно и вообще спокойно, Дедушка продолжил идти своим путем.
– И каковы ваши выводы? – спросил Уилфорт, когда я закончила рассказ.
– Гипотеза, – поправила я. – Думаю, на мозг девушки было оказано магическое воздействие. Некий темный маг был заинтересован в ее смерти или работал на того, кто в этом заинтересован. Он воздействовал на тот участок мозга, который отвечает за зрение. Можно считать, что девушка действительно увидела на противоположной стороне улицы своего покойного отца.
– Целенаправленно вызванная галлюцинация? – уточнил капитан.
– Что-то в этом роде, – кивнула я. – Не исключено, что девушка сама подала преступнику идею. Сказала что-нибудь в духе «Ах, если бы отец был жив!» или «Иногда я иду по улице, и мне кажется, будто отец идет мне навстречу». Создатель галлюцинации фактически исполнил ее сокровенное желание, и именно поэтому мозг не воспротивился вмешательству. А увидев отца, Мелина, естественно, бросилась к нему, забыв обо всем на свете – на что преступник и рассчитывал.
Уилфорт кивнул, не сводя с меня внимательного взгляда.
– Что ж, ваша версия представляется вполне логичной, – заключил он. – Ее, безусловно, следует проверить.
– Именно поэтому я и пришла, – сообщила я, гадая: пойдет он теперь навстречу или как? – Для того чтобы получить разрешение на экспертизу, необходима ваша подпись.
И я протянула Уилфорту приготовленный заранее документ. Точнее сказать, лист бумаги, на котором было написано всего несколько строк – стандартный запрос, адресованный начальнику экспертного отдела.
Капитан взял листок в руки, внимательно прочитал, после чего обмакнул перо в чернильницу и, убедившись, что темный краситель не капнет на стол, поставил подпись под текстом. И передал бумагу мне. Вид у меня, должно быть, был несколько ошарашенный. Почему-то я не ожидала, что это пройдет так легко.
– Для обращения в экспертный отдел всегда требуется такая процедура? – поинтересовался Уилфорт, взглядом указывая на документ.
– Нет, – честно ответила я. – Обычно все проще и намного менее формально. Но данное дело официально ведет не наш отдел. Поэтому нам придется на каждом этапе сталкиваться с бюрократией, письменными запросами и прочими сложностями. В конечном итоге мы сможем довести расследование до конца, но волокиты будет на порядок больше, чем обычно.
Капитан кивнул, принимая информацию к сведению. Затем спросил:
– Экспертизу какого рода вы намерены запросить? Насколько мне известно, после смерти человека невозможно выявить следы темного магического воздействия. Это не так?
– Это так, – подтвердила я. – Но дело в том, что в момент предполагаемого воздействия совсем рядом с жертвой стоял еще один человек. В данный момент он дожидается в моем кабинете. Так вот, если магия действительно применялась, ее следы возможно будет определить, обследовав мозг этого свидетеля.
– Каким образом? – нахмурился Уилфорт. – Вы хотите сказать, что действие магии распространилось и на него?
– В чрезвычайно ограниченной степени, – постаралась объяснить я. – Никакого эффекта вроде галлюцинаций это не имело. Ситуация похожа на… – Я щелкнула пальцами. – Представьте себе, что я выплескиваю в лицо человеку стакан сока. На стоящих неподалеку людей могут попасть мелкие капли. Вполне вероятно, что они этого даже не почувствуют, но, тщательно обследовав их кожу и одежду, эти капли можно будет обнаружить и определить по ним, какой это был сок. Так же и здесь.
– Это мне было неизвестно, – задумчиво признался Уилфорт.
– Свидетели не слишком часто оказываются настолько близко от жертв в момент применения темной магии, – пояснила я. – Кроме того, нужно быть высококлассным профессионалом, чтобы выявить мельчайшие следы магического вмешательства. В нашем участке работают отличные эксперты. Возможно, лучшие.