Огненный Зверь

– Стоп, с чего вы взяли, что это они? – все же возмутилась я. – На этих людях не было плащей.
– У всех господ есть слуги, – ответил мужчина спокойно. – Это были просто люди, а не члены их братства. Мы полагаем, что они не ожидали того, что за несколько дней Зверь успеет настолько вжиться в твое тело, что сможет брать его под свой контроль.
«Зве-е-е-ерь!» – мысленно воззвала я.
  
«Да тут я, тут», – голос сонный.
«Это правда? Обычно ты вживаешься дольше?»
«Бывает. – Мне показалось, он зевнул. – С тобой мы подходим друг другу идеально. Мне хватило часа».
Владимир Петрович не заметил, что я отвлеклась к внутреннему диалогу и продолжал:
– Мне очень жаль, что я увидел, что с тобой случится, так поздно. Кир едва не опоздал.
– А уж мне-то как жаль, – пробормотала я. В нос снова ударил запах паленой плоти. Я заметила, как Кирилл поморщился.
– Мы хотим помочь тебе, – продолжал Золотаревский. – Поверь, я знаю, каково это – обнаружить в себе нечто, с чем ты вынужден жить и не иметь возможности ни с кем ни поделиться, ни посоветоваться.
Я задумалась. Он был прав, и с этим не поспоришь. Я совсем одна. И кому могу рассказать о своей проблеме? Семье? Нет уж, увольте, не хватало еще и их подвергнуть опасности. Подругам? У меня нет настолько близких подруг, которые бы просто поверили мне, а не вызвали психиатра. Что ж, похоже, у меня не было выбора.
Кирилл почувствовал мои сомнения и кивнул Владимиру Петровичу, думая, что я не замечу. Но я заметила и одарила его ледяным взглядом.
– И что вы мне предлагаете? – поинтересовалась у хозяина кабинета. Кажется, пришло время поторговаться.
Пожилой человек улыбнулся, как если бы выиграл бой.
– Я предлагаю тебе работу. – Я удивленно вскинула брови. – Насколько я успел навести справки, ты потеряла свою прежнюю. – О как правильно это звучало. Не «ты уволилась», и не «тебя уволили». «Ты потеряла работу» – будто произошел несчастный случай. Я осторожно кивнула. – Я предлагаю тебе работу, пять дней в неделю ты должна приходить сюда, мы будем учить тебя самоконтролю и управлению с Зверем. За это ты будешь получать зарплату, ровно такую, как получала на предыдущем месте работы. А когда ты всему научишься и сможешь передать Зверя, то уйдешь.
Я не верила своим ушам.
– Вы будете платить мне деньги за то, что вы же помогаете мне?!
Батюшки, да он фанатик! В моем понимании слово «фанатик» было очень близко к слову «маньяк».
На этот раз улыбка мужчины была снисходительной.
– Девочка моя, – сказал он. – Я уже достаточно стар, чтобы знать цену деньгам и знать, как они необходимы в жизни. Я очень богат. Благодаря моему дару предвиденья, я накопил значительный капитал. Этих денег мне хватит еще на несколько жизней, а она у меня одна.
Я закусила губу. Все это казалось еще более нереальным. Мне готовы платить деньги только за то, что я приму помощь. Это было еще более неправдоподобным, чем то, что во мне живет Зверь, а я нахожусь в помещении с двумя магами.
– Так ты согласна?
Видимо, мое молчание затянулось.
– Кажется, у меня нет выбора, – признала я.
– Вот и славно. – Золотаревский откинулся на спинку кресла. – Ты должна понимать, мы не ждем от тебя внезапного доверия. Но очень скоро ты сможешь сама убедиться, что здесь тебя окружают друзья. Вот, держи. – Он протянул мне визитку. – Здесь номер моего телефона. Если у тебя возникнут дополнительные вопросы, звони в любое время, не стесняйся.
Это значит, что разговор закончен? Я заерзала в кресле. Все еще не могла поверить в реальность происходящего.
– А завтра… – начала я.
– А завтра ровно в девять утра – твой первый рабочий день. Мы будем ждать тебя. Завтра я познакомлю тебя со всем нашим коллективом.
Звучало многообещающе.
– Форма одежды? – серьезно поинтересовалась я. Это ведь работа, не так ли?
Владимир Петрович рассмеялся.
– Произвольная.
Я по-прежнему серьезно кивнула. Но от новой мысли меня снова пронзил страх.
– А эти ваши? Как их? Капюшоны?
– Они не сунутся так быстро, – немного подумав, ответил Владимир Петрович. – Они уже поняли, что ты не контролируешь Зверя, и будут ждать.
– И следить за мной?
– Возможно, – серьезно кивнул он. – Зверь ведь предупредит тебя?
«Естественно!» – обиженно загудел Зверь, будто кто-то сомневался в его способностях.
– Как только почувствуешь слежку, немедленно звони. Мы тебя защитим.
Я кивнула. Очень надеялась, что Черные Капюшоны поняли, что я совсем не контролирую Зверя, и решат подождать годика этак два.
– А это, – Владимир Петрович потянулся и достал из ящика стола зеленый кристалл размером с куриное яйцо, больше всего напомнивший мне кусок мыла, – положи у себя дома.
– Что это? – нахмурилась я, принимая странный предмет. Понюхала: совершенно без запаха.
– Это концентрированное заклинание защиты. Твой дом – твоя крепость. Как только заклинание растворится в твоей квартире, никто не сможет туда войти без твоего разрешения.
– А если попробует?
– Адская боль, – его голос прозвучал жестко. – Я не могу тебе гарантировать, что это подействует против Капюшонов, но излишняя предосторожность не помешает.
Я слабо кивнула, в голове был сумбур. Потом убрала странный предмет в карман.
– Ты можешь идти, – разрешил Золотаревский. – Подумай обо всем хорошенько. Уверен, до завтра у тебя появится еще много вопросов.
Я еще раз кивнула и встала с кресла. Покачнулась. Зверь, конечно, поддерживал мое тело в прекрасной форме, но стресс давал о себя знать. Как только оказалась в вертикальном положении, то поняла, что координация движений нарушена, а голова кружится.
Кирилл дернулся было, чтобы поддержать меня, но остановился, увидев, что я более-менее твердо стою на ногах, а может быть, вспомнив мою реакцию на его прикосновение.
– Кир, отвези Изольду домой, – попросил Владимир Петрович. – Не думаю, что ей сейчас показаны пешие прогулки.
Кирилл ничего не сказал и молча поднялся с кресла.
– Спасибо, – отрешенно пробормотала я и направилась к двери.
– Уже все? – встрепенулась Леночка в приемной. – Может быть, чайку?
Я отрицательно помотала головой и на ватных ногах прошла мимо нее к лифту. Кирилл последовал за мной.
– И у этой девчонки тоже способности? – пробормотала я, когда мы оказались в лифте.
– Конечно, – отозвался Кирилл. – Она владеет телекинезом. Пока довольно посредственно, но успешно учится.
– Конечно, – передразнила я и отвернулась. Лучше уж пялиться в покрытую трещинами стену лифта, чем смотреть в его уж слишком проницательные глаза.
Чувствовала, что меня снова начинает бить мелкая дрожь. Я очень хотела домой. Может быть, у меня еще и остались физические силы, но моральные были на исходе.
Мы вышли на улицу, и я с наслаждением подставила лицо под солнечные лучи. В этом старом здании я чувствовала себя как в склепе.
Прошли к машине, и Кирилл галантно распахнул передо мной дверцу. К такому я не привыкла. Хоть меня и потрясывало, у меня еще имелись руки и силы открыть дверь самой.
– Не стоило, – невежливо пробормотала я, но все же села в автомобиль.
Он обошел машину и тоже забрался внутрь. Сказал:
– Ты понравилась старику.
– Премного благодарна, – фыркнула я. Как только мы остались одни, я почувствовала просто физическую потребность хамить.
– Зря ты так, – Кирилл не повелся на провокацию. – Он замечательный человек. Действительно бескорыстный.
Мне стало не по себе. Золотаревский на самом деле вел себя со мной просто идеально, и мне не за что было о нем плохо отзываться.
– Я рад, что ты поняла, – очень серьезно сказал Кирилл, видимо, опять копаясь в моих чувствах.
  
Отъехали. Кирилл спросил адрес и повел машину по направлению к моему дому.
Я молчала и смотрела в окно. Мимо проносились другие автомобили. Вел Кирилл достаточно быстро, но уверенно. Я чувствовала себя рядом с ним в безопасности. Какое нелепое чувство в связи со всеми произошедшими со мной событиями.