Огненный Зверь

Из долгой речи Владимира Петровича я уяснила одно: несмотря на гипотетические способности магов, позволить они могут себе не так уж много. Только в зрелом возрасте им удается добиться полного контроля над расходом энергии и точно определять, что вынесет их организм, а что нет. Подводя итог всему вышесказанному, я поняла главное: магией как таковой, несмотря на свои способности, маги стараются не заниматься, полностью отдаваясь своему личному дару.
  
Такой дар индивидуален и не требует от своего обладателя совершенно никакой затраты энергии, являясь частью мага. Иногда у магов встречаются одинаковые способности, одни реже, другие чаще. Например, эмпатов такого уровня, как Кирилл, почти не осталось, потому что он был наделен способностью улавливать не только эмоциональные, но и физические чувства.
Я слушала Владимира Петровича с живым интересом, но, как ни старалась, к вечеру почувствовала себя переполненной информацией, как кувшин, который подставили под струю, чтобы наполнить, а потом забыли закрутить кран.
Прошел мой первый «рабочий» день. Меня отпустили ровно в шесть, как мы и договаривались.
Когда вышла в приемную, Леночка тоже уже уходила. Она как раз выключала компьютер, когда я вышла из кабинета Золотаревского. Девушка больше не выглядела расстроенной.
«Если бы Кирилл меня утешил, я бы тоже не была расстроена», – подумала я, но на этот раз с тоской, а не со злобой.
– До свидания, – вежливо кивнула мне Леночка, однако держалась настороженно.
– До свидания, – эхом повторила я и пошла к двери.
Вспомнила осуждающий взгляд Кирилла, когда я обидела эту девчонку, будем честными, ни за что. Ну да, зря она решила поумничать и сказала, что опаздывать неприлично, но я-то почему-то невзлюбила ее еще при первой встрече и именно поэтому нахамила сегодня.
Я уже взялась за ручку входной двери и остановилась. Отпустила ручку. Повернулась.
В глазах Леночки мелькнуло удивление.
– Что-то забыла? – по-прежнему преувеличенно вежливо осведомилась она.
Мне захотелось снова нахамить ей, развернуться и уйти.
Я сжала руки в кулаки, ногти впились в ладони. Я должна была научиться контролировать себя, должна, и точка. Я знала, как мне нужно поступить, я так чувствовала. Нужно было просто выбрать самое сильное из захватывающих меня чувств и отдаться ему, верному, а не десяткам ложных.
Самым верным было желание поступить по совести.
Я подошла к Леночке ближе. Эмоции бурлили, но я всеми силами пыталась руководствоваться правильными.
– Лен, я должна извиниться, – мне даже мой голос показался незнакомым. – Я не должна была быть с тобой так груба. Мне… – Я почувствовала, что меня сейчас снова понесет, и тогда извиняться придется за куда более серьезные проступки. – Короче, мне чертовски жаль! – выпалила я и стремглав выбежала из помещения, Леночка и рта не успела раскрыть.
Я позволила себе вдохнуть, только когда вошла в лифт.
– Зверь, ты веришь, что я научусь себя контролировать? – прошептала, прижавшись лбом к прохладной стене лифта.
«Лично я – верю», – отозвался он.
– Спасибо.
 
Глава 6. Незваный гость
 
Эту ночь я впервые плохо спала. Мне снился Кирилл. Он то исчезал, то появлялся, и я не могла его догнать.
Это был ужасный сон, кошмар, наполненный черными тенями и загробными голосами. Кирилл в этом сне был как лучик света, но и он ускользнул от меня, и я проснулась совершенно разбитой.
Открыв глаза, лежала еще несколько минут, тупо глядя в потолок.
Неужели я и правда влюбилась? Я не могла объяснить свои чувства. Я совсем не знала Кирилла, но даже одна мысль о нем вызывала у меня улыбку и внутренний трепет.
Я вспомнила о том, как вчера он был нежен с Леночкой, и безумно позавидовала этой девчонке.
Прошло всего два дня, а мне казалось, что моя жизнь перевернулась вверх тормашками. И почему, едва проснувшись, я думала не о том, что мне открылось, что магия реальна, не об опасности от Черных Капюшонов, не о том, как усердно мне предстоит учиться, чтобы передать Зверя, – а о Кирилле Золотаревском?!
Устав пялиться в потолок, я застонала и накрыла лицо подушкой.
«Так нельзя», – осуждающе сказал Зверь.
– Не могу, – проныла я.
«Смотри реально на вещи, – не сдавался он. – Ты совсем его не знаешь. Он просто понравился тебе внешне. И ты сама ему тогда все правильно объяснила: это был шок, ты была напугана, тебя чуть не убили, а тут примчался он и спас тебя, как принц на белом коне. Нельзя влюбиться в человека, которого не знаешь».
– Это еще почему? – возмутилась я. – А сколько существует историй о любви с первого взгляда?
Зверь фыркнул.
«Всего лишь истории».
Я насупилась. Даже Зверь против меня.
«И нечего дуться, – продолжал он. – Я просто пытаюсь до тебя донести, что твое подсознание сыграло с тобой злую шутку. Ты долго была одна, в тебе накопилась нерастраченная любовь, и она вылилась на первого встречного. Как только ты раскроешь глаза, то увидишь все таким, как есть».
Я задумалась. Доля правды в этом, конечно, была. Я долго оставалась одна, но у меня на пути попадались и другие кандидаты на мое сердце. Например, мой одноклассник Дима Мартынов. Уж не знаю, почему я его вспомнила, но пример был хорош. Парень был недурен собой, а как на меня смотрел – как кот на сметану! Но ведь во мне ничего не шевельнулось в ответ, мне было совершенно все равно.
Я снова подумала о Кирилле, и сердце забилось сильнее.
«Прекрати это!» – Зверь уже рычал.
– Не могу!
«А я говорю: можешь! Тебе же не нужен с ним коротенький роман, думаешь, я не вижу? Но ты должна понимать, эмпат никогда не даст тебе то, чего ты хочешь. Перестань морочить себе голову. Эмпаты всегда одиноки, их ноша и так тяжела, чтобы обременять себя отношениями. Так, как ты хочешь, он не будет с тобой никогда. Ты слышишь меня? Ни-ког-да!»
– Слышу, – огрызнулась я.
«Вот и славненько, а теперь брось забивать себе голову глупостями и вставай. Опаздывать второй день подряд – верх неприличия».
Я застонала, но послушалась, убрала подушку с лица и встала.
Однако даже холодный душ не отвлек меня от мыслей о Кирилле. Нужно было отвлечься. Мои новые «коллеги» и так уже решили, что у меня не все дома, не хватало еще шокировать их своим поведением еще больше. Как-никак, я уже начала двигаться в правильном направлении, извинившись перед Леночкой, нужно было продолжить эту тенденцию.
Выбравшись из ванной и шаркая тапочками по полу, я споткнулась о свой телефон, валяющийся возле кровати. Помнится, я его туда бросила три дня назад после разговора с Иркой. Вставала я теперь без будильника, поэтому совершенно забыла про мобильный.
Я подняла его с пола. Ну конечно же, зарядка села.
Покружив по комнате в поисках зарядного устройства, я наконец-то отыскала его под кроватью и включила телефон.
Пока вытиралась и сушила голову, на телефон падали сообщения с информацией о пропущенных звонках. Я намеренно не стала бросаться к мобильному после первого SMS, дав им прийти всем. Теперь можно было посмотреть, кто вспоминал про меня в эти дни.
Обнаружилось три пропущенных от Ирки. Видимо, после нашего короткого утреннего разговора три дня назад, она хотела получить от меня объяснения. Я пролистала сообщения с ее звонками и тут же без сожалений удалила. Перезванивать не хотела. Сказать было нечего.
Меня пронзил укол совести, когда обнаружила, что мама пыталась дозвониться до меня все эти дни. Пятнадцать раз. Да уж, ну и неблагодарная же я дочь. Родители, должно быть, себе места не находят.
  
Недолго думая, набрала мамин номер.
– Изольда! – Мама так быстро схватила трубку, что во мне зародилось сомнение, что все эти дни она дежурила возле телефона.
– Да, мам, – виновато пробормотала я.
– С тобой все в порядке? – На заднем фоне услышала взволнованный голос отца, который тоже подскочил к телефону.
Мне сделалось грустно. Когда я теперь их увижу? Из-за дурацкой работы у Лосева я не была у них уже несколько месяцев, постоянно откладывая поездку, хотя пути было всего ничего – восемьдесят километров. Теперь же, даже имея свободное время, я не решусь их навестить. Не хватало еще показать Черным Капюшонам способ меня шантажировать в попытке захватить Зверя. Я ни за что не собиралась подвергать их опасности.