Спальня, в которой ты, он и я

<i>(Рукописные заметки от 10/06/2009, написано моей рукой.)</i>
Между тем в интерьере комнаты произошло следующее удивительное изменение: под каждым потайным глазком образовалось еще одно отверстие, отбросив небольшой трап, не столько длинный, сколько широкий, как раз чтобы можно было просунуть руку, и оттуда потянулось сразу несколько рук: они охотились за мной.
  
– Вы видите, как они жаждут вас! Нет на свете ни одного мужчины, который бы не хотел обладать вами.
Похоже, Луи запустил музыкальный фрагмент сначала, навязчивая мелодия путала мои мысли. Он хотел выбить из меня сомнения, сломить сознание, подчинить тело с помощью любого средства, способного ослабить сопротивление, сделать меня покорной, безвольной, чтобы потом снять кожуру, как со спелого фрукта, и пробудить во мне желание.
– Вы прекрасны. Покажите нам это.
Я смотрела на протянутые ко мне пальцы со смешанным чувством страха и безумного возбуждения. Бродя из одного конца комнаты в другой, я была почти готова позволить им дотронуться до меня. Луи решил сыграть на этом и вкрадчиво, но настойчиво дал команду, вмиг рассеяв остатки моих сомнений:
– Докажите это самой себе!
Как марионетка, которую кто-то дергает за нужные ниточки, механическими неосознанными движениями я стала медленно снимать с себя одежду. Каждый жест мне давался с трудом. Продолжая внутренне противиться, но понимая, что борьба уже проиграна, я снимала одну за другой очередную деталь туалета, и она падала на пол, присоединяясь к другим. Наконец, я сняла трусики, и на мне, как единственное прикрытие наготы, осталось лишь ожерелье с изумрудами и бриллиантами. Обволакивающий голос Луи, становясь все громче, повелевал:
– Наденьте маску.
Эта сцена отчасти повторяла мою первую капитуляцию, два дня назад, здесь же, только двумя этажами выше, когда он заставил меня обнажиться перед зеркалами.
– Не бойтесь… Они вас не запятнают, не сделают больно. Они снимут покров… подействуют как откровение.
В конце концов я рискнула приблизиться к этим чужим, торчащим из стены рукам, которые стали трогать меня. Каждый раз, когда я чувствовала их пальцы на своей коже, я ощущала, что эта часть моего тела начинает жить собственной жизнью, независимо от меня, приобретая объем и структуру, ранее ей не свойственную. Я никогда раньше не подозревала, что у меня такие упругие ягодицы, такой круглый животик, такая плавная линия бедер. Незнакомая ладонь гладила мои груди, и я с удивлением обнаружила, что они стали тяжелые, необыкновенно красивые.
– Если бы вы видели, как они вас вожделеют!
«А вы? А ты разве не хочешь меня?» – безмолвно взывала моя вагина. Но я была уже не в состоянии что-либо говорить, переходя с закрытыми глазами от одной ласкающей меня руки к соседней. Я кружилась по комнате в бесконечном танце, еще и еще, нигде не задерживаясь надолго, лишь подстрекая алчность этих рук.
После нескольких туров я заметила, что некоторые пальцы стали вести себя смелее, пытаясь проникнуть между ягодицами, или схватить меня за волосики на лобке, или даже коварно проникнуть в щель между вспухшими губами, откуда уже текла влага, оставляя следы по внутренней стороне бедер.
– Продолжайте… Не останавливайтесь…
Чем дольше продолжался мой танец между их рук, под их пальцами, перед их глазами, тем больше я чувствовала, что мое тело обретает новое содержание. Я перестала существовать как Анабель, совокупность моих частей тела, плод моего сознания, я стала отныне их умноженным желанием, под их пальцами возникала моя новая кожа, новая плоть, новая сущность. Я существовала, потому что они меня жаждали. Луи не мог выразиться точнее…
Карма Кома, Ямайка, арома.
Да, аромат экстаза, этот дивный запах, сладкий и такой узнаваемый, указывающий на близкое блаженство, именно он витал в этих стенах. Я почувствовала его через тонкие перегородки.
Кармакома…
В самом деле, через перегородки или же…
Что произошло? Застыв посреди комнаты, я открыла глаза и увидела, что появился еще один ряд отверстий, расположенных на уровне чуть ниже талии. Один за другим из этих отверстий показывались пенисы: вялые и в состоянии сильной эрекции, короткие и длиннее, тонкие и крепкие и тяжелые, окруженные крайней плотью и без нее. Двадцать разных фаллосов, устремленных ко мне в надежде, что я их приласкаю, как только что была обласкана сама.
Я подходила в нерешительности то к одному, то к другому, сделав тур по комнате, потом прошлась в обратном направлении, слегка касаясь их пальцами, как делаешь иногда в пшеничном поле, размашистым движением проводя ладонью по зрелым колосьям, только ради удовольствия почувствовать, как они сгибаются, трепеща от нетерпения, а потом, когда рука перестает оказывать на них давление, вновь выпрямляются, занимая гордую позицию готовности номер один. Я заметила на кончике некоторых фаллосов блестящую капельку семенной жидкости, тогда я трогала пальцами этот сок и подносила к носу. Запах был такой сильный, такой приятный…
Но что я могла поделать со всем этим совокупным желанием? Кто я такая, чтобы ублажить их всех? Я – всего лишь я, Анабель. И я была готова удовлетворить желание только одного мужчины. Луи? Дэвида? Кого из них я желала больше, чем другого?
Ответить на этот вопрос могли бы только мои чувства, если бы я сумела отличить голос сердца от эмоций, связанных с предстоящим замужеством. Тем не менее, принимая парад стоящих передо мной в стойке фаллосов, я все меньше чувствовала себя способной сделать выбор, предпочесть одного другому. Луи этим добился только одного: вместо того чтобы овладеть моим телом, он позволил сомнениям завладеть моим сознанием.
Он не просто так собрал передо мной батальон пенисов, предоставив их в мое распоряжение, он хотел продемонстрировать мне огромное поле эротических возможностей. Но я, храня верность Дэвиду, тем не менее была вынуждена обречь их на бездействие.
Вдруг перестала звучать музыка. Распорядитель странной церемонии, должно быть, догадался, что я в замешательстве, потому что мягко, но решительно объявил:
– Вы можете одеваться, Эль.
Очевидно, это означало конец сеанса.
Так же, как и в прошлый раз, в двери раздался автоматический щелчок, сигнализируя о том, что замок открыт.
Все неизвестные за перегородкой тоже получили приказ, и разом исчезли в потайных окошечках фаллосы, руки, закрылись глазки. Один за другим поднялись трапики, но из последнего, прежде чем он закрылся, прямо на цветастый ковер выпал конверт.
Впопыхах надев кружевные трусики задом наперед, я бросилась к нему и подняла. Открыв конверт, я увидела пачку банкнот по сто евро и чуть не расплакалась от стыда… Потом, рассмотрев оставшиеся там бумаги, я поняла, для чего нужны деньги, и немного успокоилась. На мелованной бумаге был напечатан список книг, состоящий примерно из трех десятков названий, под заголовком «Для обязательного прочтения», К нему канцелярской скрепкой прикреплялась визитная карточка с адресом:
 
Ля Мюзардин
 
Книжный магазин эротической литературы в Париже
 
122, улица Шемэн-Вер, 75011, Париж
 
Вот так я получила от него домашнее задание.
  
21
 
10 июня, 2009 года
 
– На этот раз я не могу позволить себе отказаться… Мой старый ящик принимает только два канала, а на экране все время мелькают какие-то странные полосы.
Мама только что получила посылку с сюрпризом: телевизор последней модели, с плоским экраном, с изображением в формате 3D, обладающий сногсшибательным количеством функций, большинство из которых, как выяснилось, совершенно бесполезны в ограниченном пространстве ее гостиной.
  
– Но ты скажи Дэвиду, что все-таки это – слишком. Мы с ним даже ни разу не встретились, а он уже на много лет вперед обеспечил меня новогодними подарками!