Ночная Охота (СИ)

Только теперь замечаю вторую женщину. Её не держат, но она даже не пытается бежать. Слишком испугана. Обе из древней профессии. Но это не важно. Не имеет значения.
Пальцы разжимаются. Начинаю отступать. Миллиметр за миллиметром. По стенке. Сливаясь с мраком.
Выхожу на параллельную улицу. Замираю. Руки трясутся от безумной дозы адреналина. Стою вжимаясь спиной в стену. Пытаюсь успокоиться.
  
А через пару минут на улице появляется он. Крепкий молодой китаец из «Драконов». Со знакомой татуировкой на шее. Притормаживает в паре метров от меня. Чувствую, как от него несёт запахом рисовой водки и рыбы. Бандит шагает вперёд. Спустя мгновение доносится его одобрительное посвистывание.
— Красавцы, — бросает он мундирам. — Жопы у них ещё опробуйте.
Гоготнул и пошёл дальше. Руки в карманах, походка вразвалку. Один. Оружия на виду нет. Ни тени страха. Кого бояться в своём районе, где полиция работает на твоего босса?
Меня! Вот кого, тебе, сука, надо бояться! Вам всем!
Внутри щёлкнул тумблер. Зверь мгновенно переключился. Ярость, которой некуда было деться, нашла русло. Сфокусировалась.
Отлепился от стены. Двинулся следом. Бесшумно, выдерживая дистанцию в тридцать шагов. Считая повороты. Фиксируя маршрут.
Бандит шёл уверенно. Ни разу не оглянулся. Насвистывал какой-то попсовый мотивчик. А я двигался по его следу, прислушиваясь и принюхиваясь. Выбирая подходящий момент.
  
Глава VII
 
Преследование затянулось. Дракончик петлял по кварталам, как будто не мог решить, куда именно идёт. Дважды я думал, что он заметил хвост — парень замирал и оглядывался. Но нет. Просто прикуривал. Или чесал пузо. Расслабленность этого типа здорово бесила.
Через несколько кварталов он свернул к набережной. Воздух стал другим. Тухлая рыба и мазут. Доки совсем рядом.
Наливайка. Полноценным заведением это назвать было нельзя. Деревянный навес на четырёх вкопанных столбах, три грубо сколоченных стола, лавки. Коптящая керосиновая лампа на стойке, за которой возился сгорбленный старик в засаленном фартуке. Оттуда тянуло горелым луком, прогорклым маслом и сивушным духом дешёвого самогона. Занятно, но китайцы выпивали в «заведении», которым управлял дед вполне себе славянской внешности. Да и пили не рисовую водку, а самый обыкновенный самогон.
Под навесом уже сидели двое. Мой татуированный дракончик подошёл, по-свойски хлопнул одного по плечу и плюхнулся на скамью. Старик приволок ещё один гранёный стакан. Плеснул туда мутной жидкости из бутылки.
Занимаю позицию. Угол соседнего здания, тень. Отсюда видно всех троих. До навеса — метров десять открытого пространства. Сбоку — глухой проулок, куда можно уйти за секунду.
Присматриваюсь. Оцениваю врагов.
Первый — тот, кого я преследовал. Крепкий, молодой и расслабленный. Оружия не видно, но под курткой оно наверняка есть.
Второй — намного более массивный. Широкоплечий, бритая голова, похожая на бильярдный шар. На столе рядом с ним лежит пистолет. Даже не пытается скрываться. Хотя бы формально.
Вот третий заметно отличается от первых. Мелкий и вертлявый. Ни секунды не сидит спокойно — постоянно крутит головой. На поясе заметна кобура. Самый опасный. Дёрганые параноики стреляют первыми, не тратя время на вопросы.
Зверь забился в судороге от нетерпения. Хотел туда. Ворваться под навес. Почувствовать горячую кровь на когтях. Заглянуть в расширенные от ужаса глаза перед тем, как вырвать кадыки.
Но я ждал. Стоял. Наблюдал. Смотрел, как они всё больше набираются.
Полчаса. Бутылка опустела. Хозяин молча принёс вторую. Бандиты говорили громко, перекрикивая шум порта. Район свой, с мундирами они спокойно ручкаются — бояться некого.
Ветер доносил обрывки слов.
— … завтра груз с пристани. Чжун лично встречает, япь…
— … мундирам уже занесли, маршрут чистый, без сюрпризов…
— … два мага, мать их… оба на подсосе, дёрганые…
Склад. Груз. Пристань. Чжун. Маги. Маршрут. База данных пополнялась с каждой опрокинутой рюмкой. Правда оставалась слишком обрывочной, чтобы выстраивать на её основе стратегию.
Ещё полчаса. Вторая бутылка показала дно. Здоровяк тяжело поднялся, качнулся на массивных ногах. Пробурчал что-то про «отлить» и побрёл за угол навеса.
Вертлявый достал телефон, ссутулился и уткнулся в экран. Татуированный откинулся на спинку лавки, пьяно запрокинув голову.
Ну вот и всё. Пора.
Подняться. Слиться с темнотой. Сократить дистанцию. Достать и на ходу раскрыть складной нож — привычный щелчок лезвия глушится прижатой ладонью.
Здоровяк стоял ко мне широкой спиной, расставив ноги-тумбы. Журчание. Пар в холодном воздухе. Резкий запах мочи.
Дистанция сокращается до нуля. Левая рука — когти с размаху в массивную шею, вспарывая связки и артерию. Крик тонет в собственной крови. Правой всаживаю нож под рёбра, в почку. Проворачиваю.
Он дёргается и хрипит. С трудом принимаю его вес на себя — зверь напитывает мышцы силой, позволяя плавно опустить гиганта. Кровь хлещет, заливая руки и одежду. Минус.
Теперь назад, к навесу. Вертлявый пялится в телефон, экран подсвечивает его прыщавое лицо снизу. Дракончик дремлет.
Три длинных скользящих шага. Лезвие входит вертлявому точно в ямку под затылком. Снизу вверх. Телефон падает, стукаясь о стол. Даже жаль. Могу поспорить — китаец заслуживал куда более жестокой смерти.
Третий открывает глаза. Пьяный фокус с трудом наводится на меня. Затем взгляд смещается на вертлявого, который мешком сполз со скамьи. Рот открывается.
Удар кулаком в горло. Точно в кадык. Не когтями — этот нужен живым.
Хрип. Руки взметнулись к ушибленной шее. Я уже навалился сверху, вдавливая спиной в лавку. Пальцы — мёртвой хваткой на горло. Лезвие — в миллиметре от глаза.
— Тихо, — прошипел в самое ухо. — Пискнешь — тут же сдохнешь. Кивни, если понял.
Судорожно кивает. Глаза едва не вылезают из орбит. В нос шибанул едкий, как протухшее молоко, запах чужого страха.
Хозяин наливайки замер. Отвернулся. Сгорбленная спина, трясущиеся руки. Не двигается. Надеется, что пощажу.
Чуть ослабляю хватку. Чтобы пленник мог дышать.
— Выкладывай, — смотрю ему в глаза. — Всё, что знаешь. Где ваши держат товар. Сколько бойцов. Кто ведёт бухгалтерию? С кем работаете из мундиров.
Косит по сторонам пьяными глазами. Невнятно мычит. Но когда я нажимаю острыми когтями на его горло, его как будто прорывает.
Останавливаю его только через двадцать минут, когда китаец начинает повторяться. Задаю несколько уточняющих вопросов. И совсем скоро ухожу прочь, ныряя в один из тёмных проулков. В голове — груда новых данных о «Драконах». За спиной — четыре трупа, на лбах которых вырезана моя метка. Старика я тоже пустил в расход. Не стоило ему тянуться к пистолету, который запрятан посреди посуды.
Стиратель я использовать не стал. Достаточно начитался в сети о том, как именно работают все эти магические штучки. К моменту, когда сюда доберутся профильные спецы, на месте побывает хренова туча всяких разных типов. Которые полностью и абсолютно перекроют мой отпечаток. Нет смысла пускать в дело расходник.
Бегу. Тёмные улицы мелькают по сторонам. Ноги несут сами. Зверь ликует — он получил свою охоту и добычу. Разум не отстаёт. Информация выстраивается в схемы. Бурлит. Наводит на интересные идеи.
  
Глава VIII
 
Вода из ржавого крана ударила ледяной струёй. После борделя было хуже — там кровь впиталась едва ли не намертво. Сейчас сработал чище.
Закончив, вытер лицо жёстким полотенцем. Вернулся в студию. Дарья спала.
  
На столе — результаты ночной экскурсии. Три бумажника. Пятьдесят рублей мелочью и мятыми купюрами на троих. Не самый впечатляющий показатель рентабельности. Три ножа — один нормальный, с фиксированным лезвием, остальные совсем убогие. Один кастет, приятно холодящий ладонь. И три недорогих револьвера. Одинаковые. Как будто в одном месте покупали.