Опасный пациент (СИ)

Выдыхаю. Пусть будет обнажение. Терять мне нечего. В конце концов, я привыкла делать только то, что хотят мужчины.
Мы выходим в фойе. Греховцев помогает мне надеть пальто и одевается сам. Охрана распахивает перед нами двери ресторана. Несколько шагов до чёрного тонированного внедорожника - тоже в сопровождении крепких ребят.
Боже, как бы я хотела такую охрану от своего ублюдочного мужа. Но, к сожалению, даже если предположить, что у меня есть на неё деньги, она меня не спасёт. Люди, работающие в структурах, сильнее любых телохранителей. Им достаточно бумажки, чтобы вся охрана ликвидировалась.
  
Греховцев сам открывает для меня дверь машины, помогает расположиться, обходит внедорожник и садится с другой стороны. В его машине, которую ведёт тот самый Фин, только мы. Остальные ребята едут на другой машине. В салоне пахнет кожей, немного табаком и мужским парфюмом. Греховцев молчит, откидываясь на спинку сиденья, прикрывает глаза. На часах уже десятый час вечера. Мне завтра на работу, но меня это ни грамма не волнует. Домой я точно не спешу.
В моей сумке звонит телефон. Вынимаю его, смотрю на экран. Антон. Прикрываю глаза, хочется проигнорировать его звонок. Антон будет рвать и метать. Он уже и так себя наверняка накрутил до предела со своей шизой. Всё это похоже на сюр: «Иди к нему» и одновременно «шлюха ты такая, он тебя трахает».
— Не отвечай, — холодно велит мне Владислав, накрывая своей большой ладонью мой телефон.
— Не могу, — качаю головой, пытаясь мягко вытянуть телефон из-под его ладони. — Мне ещё домой возвращаться… — выдыхаю.
Но Влад нагло забирает у меня телефон и отключает его. Прикрываю глаза. Мужчины - непроходимые эгоисты. Он сейчас демонстрирует мне свою крутость, а я за это дома отхвачу.
— Ты очень расстроишься, если не придётся возвращаться домой? — вдруг спрашивает он.
— Нет. Но так нельзя. Антон всё равно знает, где меня искать, и будет только хуже… — выдыхаю я, тоже запрокидывая голову на спинку сиденья, чувствуя усталость. В принципе, я уже ответила на все вопросы Греховцева. Ему осталось только прочитать между строк.
— На работу ты тоже не вернёшься пока. Я организую тебе бессрочный отпуск, — обещает он.
Киваю. А какие у меня варианты? Я всё равно вынуждена играть по правилам мужчины.
— Не хочешь узнать, куда мы едем?
— Честно? — поворачиваю к мужчине голову. Он прикрывает глаза в знак согласия. — Мне всё равно. Я так устала… — выдыхаю.
— Ясно. Сегодня ты отдохнёшь, — обещает он.
Тоже прикрываю глаза, соглашаясь. Итак, я переезжаю из одной клетки в другую, более надёжную и, возможно, более дорогую. А может быть, даже более страшную и опасную, чем предыдущая.
Глава 16
Эва
Едем мы долго, около получаса, пока не оказываемся в пригородном коттеджном комплексе. Антон хотел купить здесь землю для строительства дома, но она оказалась ему не по карману. Помню, как он возмущался, что цены в этом комплексе завышены из-за зажравшихся ублюдков. В итоге он приобрел участок скромнее и в менее дорогом месте.
Наша машина въезжает в автоматически открывающиеся ворота, следом машина охраны. Конечно, мне любопытно, куда мы приехали. Похоже на жилой дом. Видимо, сюда звал меня Владислав, когда ещё предлагал стать просто его медсестрой, а не любовницей. Мы проезжаем большой заснеженный двор и останавливаемся у входа в двухэтажный коттедж из чёрного камня, матового стекла и металла. Уютным и милым этот дом не назовёшь, он под стать холодному, сдержанному мужчине. Минималистично, но дорого. Антон больше любит вычурные понты, колонны и вензеля. Размах у него царский, возможности мещанские.
Первым выходит водитель, а мы зачем-то ждём в машине ещё минут пять. У серьёзных мужчин, видимо, свои причуды. Как только Греховцев открывает дверь со своей стороны, я делаю то же самое, спрыгивая с высокого внедорожника.
— Больше так не делай, — совершенно серьёзно говорит он мне низким тоном.
— Как так? — не понимаю я.
— Никогда не выходи из машины или помещения, пока я не открою тебе дверь и не подам руку, — протягивает он ладонь, которую мне приходится принять.
Меньше всего мне сегодня хочется, чтобы меня касались. На мне ещё так много следов от прикосновений Антона, что, кажется, я от них не отмылась. Новые руки даются мне с трудом, даже несмотря на то, что они мне не отвратительны и не несут боли.
— Оставьте галантность, она меня не впечатляет. Ухаживать за мной не надо, — выдыхаю я, когда мы поднимаемся по каменной лестнице из нескольких ступеней, ведущей к главной двери из чёрного дерева.
— Галантность здесь, Эва, второстепенна, — поясняет мне Греховцев, открывая для меня дверь и пропуская вперёд. — Это вопрос безопасности в первую очередь. Ты куда-то входишь и выходишь только со мной, если я считаю это место безопасным. Помимо моих личных врагов, у нас с тобой скоро появится общий. Твой гандон.
— Антон, — поправляю я его.
— Я так и сказал — гандон, — зло усмехается он, и я тоже не сдерживаю ухмылку.
Мы оказываемся в прихожей его дома. Нет, прихожая - это в квартире у Антона, а здесь скорее холл. Высокий потолок, современные конструкции из металла и стекла в виде светильников, чёрный мраморный пол и винтовая лестница на второй этаж.
Греховцев снова касается меня, помогая снять пальто. Это просто лёгкое прикосновение к плечам, мимолётное касание пальцами шеи, скорее нечаянное, но мне хочется отшатнуться.
Я прекрасно понимаю, что согласилась стать его любовницей, и скоро мне придётся лечь с ним в постель и впустить его в себя. Но пусть это случится завтра. Сегодня я не выдержу очередной ночи насилия. На мне ещё живы следы грубых рук мужа. Пусть это грязное ощущение меня отпустит.
— Дом тебе завтра покажет Раиса, — сообщает он мне. — А сейчас — сюда, — взмахивает рукой в правую сторону, где в нескольких метрах находится матовая стеклянная дверь.
— Кто такая Раиса? — интересуюсь я. Меньше всего я ожидаю знакомства с его родственниками.
— Домработница. Женщина, которая знает этот дом лучше меня и бывает здесь чаще, — усмехается Владислав.
— Ясно, — киваю я. Пока я не могу адекватно воспринимать шутки и иронию. Сегодня я не в том настроении, чтобы вежливо улыбаться.
Греховцев распахивает для меня стеклянную дверь, пропуская в помещение…
Я не знаю, как точно назвать эту комнату. Спа, комната отдыха, сауна? Как принято называть помещение в жилом доме с бассейном, двумя саунами, лежаками, кушеткой для массажа и стеллажами с полотенцами и халатами? Похоже на термальный комплекс.
— Эм… — останавливаюсь я, сжимая ручки сумки. — Впечатляет, — выдыхаю. — Но что мы здесь делаем?
Ну серьёзно? Он сразу притащил меня в сауну, как шлюху?
— Отдыхаем. Хамам и сауна уже нагрелись, в бассейне вода оптимальной температуры. Скоро подойдёт Лилия.
Матерь Божья, кто такая Лилия?
В мою больную голову сразу лезут нехорошие мысли о тройничке. Я не знаю, какие предпочтения в сексе у избалованных мужчин. И это пугает.
— Лилия - это массажистка, — поясняет Владислав, считывая мою реакцию. Легче не становится. — Массаж для тебя, после хамама и бассейна, чтобы окончательно расслабиться, — снова поясняет он, улыбаясь.
— Спасибо, мне приятна ваша забота, но можно это всё как-то отменить?
— А мне кажется, тебе надо расслабиться, — окидывает он меня взглядом.
Сауна, бассейн и массаж подразумевают обнажение и чужие прикосновения, даже несмотря на то, что это женщина. А на моём теле синяки от пальцев мужа, да и в целом я пока не готова настолько расслабляться.
  
— Давайте, пожалуйста, обойдёмся без этого. Всё, что мне сейчас хочется - это принять горизонтальное положение, выпить снотворное и закрыть глаза. А завтра я обещаю быть готовой к вашим предложениям.
— Как хочешь, Эва. Всё это было для тебя.
Владислав подносит к уху телефон, глядя мне в глаза. Пытаюсь не отворачиваться, чем быстрее я привыкну к его тяжёлому, давящему взгляду, тем лучше.