Прекрасная индийская пища — божественно вкусная и исключительно питательная

Что двигало Нетра Сеном — жажда денег, зависть или и то и другое, — но он донес английскому губернатору, что Сурья Сен укрылся в его доме. Так величайший герой Индии был схвачен полицией. Что касается Нетра Сена, то он не увидел обещанного вознаграждения, поскольку отправился к Богу прежде, чем смог получить свои 10 000 рупий.
И вот как это случилось. Жена Нетра Сена была сторонницей Сурья Сена. Поступок мужа привел ее в ужас, она была просто раздавлена предательством Нетра Сена. Она не верила своим глазам, она не хотела верить своим ушам.
  
Однажды вечером, когда она кормила мужа ужином, в дом вошел соратник Сурья Сена. В его руках был индийский нож — дал. В присутствии жены он одним ударом отрубил голову Нетра Сену. Затем он осторожно, стараясь остаться незамеченным, скрылся.
Когда полиция, проводя расследование, стала допрашивать жену Нетра Сена, кто убил ее мужа, она сказала: «Я видела этого человека своими глазами, но мое сердце не велит мне называть его имя. Извините, мне больно, оттого что я была женой такого небожественного человека, предателя Нетра Сена. Мой муж предал величайшего героя Читтагонга. Мой муж предал величайшего сына Матери Индии. Своим поступком он опозорил Индию. Поэтому я не могу выдать человека, который лишил моего мужа жизни. Он поступил правильно. Делайте со мной все что угодно. Накажите меня, убейте меня, но я никогда не назову имени человека, убившего моего мужа. Нашего Мастера-да повесят, я знаю это, но его имя всегда будет синонимом бессмертного зова Индии о свободе. Все любят и боготворят его. Я тоже люблю и обожаю его, он — ярчайшее солнце на небосклоне Читтагонга. «Сурья» значит «солнце», он действительно наше солнце».
12 января 1934 года, до восхода солнца, солнце Читтагонга, солнце Индии казнили через повешение. Перед смертью этот великий патриот Индии повторил мантру своего сердца в последний раз: «Банде Матарам — Мать-Индия, я преклоняюсь перед Тобой».
22 января 1979
  
Кудирам
 
В 1905 году лорд Керзон разделил Бенгалию на две части. Ведущие политики Бенгалии были категорически против, но с ними никто не считался. В Бенгалии поднялось восстание. Политики и патриоты Матери Индии боролись против англичан. Но англичане не знали пощады: стоило им услышать от кого-то «Банде Матарам», они тут же хватали этого человека. Для борцов за независимость Индии «Банде матарам» стало лозунгом, мантрой. «Банде Матарам» было дыханием их жизни. Распевая «Банде Матарам», тысячи людей обрекли себя на смерть.
Самым жестоким из англичан был судья Кингсфорд. Он беспощадно пытал революционеров, все его поступки были чудовищными. Поэтому повстанцы решили его убить.
Совершить возмездие вызвались два молодых пламенных революционера Прафулла Чаки и Кудирам. Они были настоящим богатством Матери Бенгалии, преданные и искренние. Их ценили и уважали руководители революционного движения, ими восхищались соратники. Итак, они решились учинить расправу над Кингсфордом.
Каждый вечер Кингсфорд выезжал на прогулку в кабриолете. В тот вечер молодые люди спрятались возле дома Кингсфорда и, когда его коляска поравнялась с ними, бросили туда бомбу. К сожалению, в тот день Кингсфорда в коляске не было. Вместо него погибли его подруга миссис Кеннеди и ее дочь.
Прафуллу Чаки тут же схватили, Кудираму каким-то чудом удалось скрыться. Но английскому правительству не суждено было покарать Прафуллу Чаки, этот великий герой покончил жизнь самоубийством. Через несколько дней на вокзале был задержан и Кудирам.
В таких случаях английское правительство поступало всегда одинаково. 11 августа 1908 года Кудирама казнили через повешение. Перед смертью он пропел несколько строк песни, вложив в них всю силу своего сердца: «Мать, прощай! Я скоро вернусь. Прощай, Мать! Позволь мне уйти ненадолго, чтобы вернуться вновь». Он пропел эти строки несколько раз. После этого его казнили.
И действительно, Кудирам вернулся к Матери Бенгалии. Он приходил в других телах, под другими именами, но каждый раз с новой решимостью, новой отвагой и новым сердцем высочайшей самоотдачи, рожденной на Небесах.
22 января 1979
  
Нарендранат в детстве
 
Мирское имя Свами Вивекананды было Нарендранат, а друзья и родные называли его Биле. В детстве он очень любил озорничать, что вовсе не умаляло его божественности. Однако родители порой были озадачены поведением сына, особенно волновалась его мать.
Часто она говорила: «Господь Шива, я молилась о сыне, похожем на тебя. Но вместо того чтобы самому войти в мою жизнь, ты послал мне духа. Мой Биле — настоящий духпроказник, он все время что-то ломает, с ним столько хлопот. Сколько же мне терпеть эти нескончаемые выходки Биле?»
Но его мать не могла не замечать и всех хороших качеств Биле, поэтому внутренне она была довольна им, несмотря на то, что внешне то и дело жаловалась людям: «Мой ребенок — такой озорник».
Когда Вивекананде было всего пять лет, он обнаружил в гостиной несколько курительных трубок, которые в Индии называют хуками. Одна трубка предназначалась для браминов, вторая — для кшатриев, третья трубка — для мусульман. Он по очереди закурил все трубки и к своему величайшему изумлению обнаружил, что все они были одинаковы на вкус.
За этим занятием его застал отец.
— Что ты делаешь, Биле? — вскричал отец.
— Папа, — ответил Вивекананда, — я просто изучаю трубки. Мне казалось, что трубка браминов лучше трубки кшатриев, ведь брамины — такие великие. Я также думал, что если мусульмане такие отважные и пылкие, то и мусульманская трубка будет иметь особый вкус. Но все трубки одинаковые! Отец, они же ничем не отличаются друг от друга.
Родители Вивекананды были просто в шоке:
— Как, ты начал курить в столь раннем возрасте? И как такое смеет говорить мальчишка!
— Сын, — сказала мать, — ты слишком разбаловался. Ты становишься слишком дерзким. Поди-ка сюда.
Она отвела ребенка в его комнату наверху и заперла там. Через пару часов к матери прибежала взволнованная служанка:
— Биле выбрасывает свою одежду из окна. Все, что у него есть, он выбрасывает в окно! Внизу собрались нищие, которые подбирают все, что падает. А Биле так счастлив!
Мать кинулась наверх и стала бранить сына:
— Что это с тобой, Биле? Ты выбрасываешь такую дорогую одежду?
— Мы так богаты, мама, — ответил Вивекананда. — Мы всегда можем купить все, что нам захочется. А эти люди бедные, и у них совсем ничего нет. Кто же поможет им, если не мы? Мы живем в достатке, даже в роскоши. Поэтому мое сердце хочет отдать им эти вещи. Им они нужнее, чем мне.
Сердце матери наполнилось радостью и восторгом. Она обняла сына, из ее глаз потекли слезы восторга. Его сердце было таким сочувствующим, таким большим и самоотверженным. У него было столько единства с бедными и Всевышним Кормчим в каждом.
22 января 1979
  
Свами Вивекананда курит с неприкасаемым
 
Свами Вивекананда любил курить. В годы странствий по Индии он часто курил трубку.
Однажды вечером Вивекананда шел деревенской улицей на Севере Индии и увидел старика, покуривающего индийскую хуку. У Вивекананды появилось сильное желание закурить, и он попросил старика угостить его трубкой.
Старик ответил:
— О Свами, я мусорщик, я — неприкасаемый. Разве я могу разделить с тобой трубку? Как же ты будешь курить хуку неприкасаемого? Мне радостно смотреть на тебя, ты так хорош собой, так устремлен. Мне повезло встретить тебя. Но я из семьи неприкасаемых.
  
Вивекананду расстроило, что старик оказался неприкасаемым.
— Извини, извини. Увы, я не смогу покурить, — сказал он и продолжил свой путь.
Но через несколько минут Вивекананде стало не по себе. «Что же я делаю? — подумал он. — Разве Такур не учил меня видеть Шиву в каждом человеке? Каждый человек воплощает Бога. Именно этой истине я научился у своего духовного Учителя Шри Рамакришны. Я оставил все земное, я санньясин. Благодаря своему отречению, я един со всем миром. И хотя я отказался от всего, у меня все еще остается чувство дискриминации. Этот — сапожник, тот — мусорщик, этот — брамин, а тот — шудра. Высшая каста, низшая каста! Как может мое сердце так разделять людей?! Все они — дети Бога. Как я могу наделять их более высоким или более низким положением?