Следующий в очереди (ЛП)

— Боже, искорка, эти рыбацкие каламбуры так меня заводят, — бормочу, и она смеется мне в губы. Я прижимаюсь лбом к ее лбу и добавляю: — Ты поймала меня на крючок, леску и грузило.
Мэгги
Перспектива ночной подледной рыбалки определенно интригует, но не так сильно, как перспектива оказаться в горизонтальном положении с Сэмом. В рекордно короткие сроки мы сворачиваем палатку и мчимся к нему домой, как пара, разлучившаяся на несколько недель, а не дней.
Он паркует снегоход перед домом, и, начав целоваться под снегом, мы неуклюже поднимаемся по ступенькам в его хижину. После долгой поездки в темноте, порыв теплого воздуха почти так же силен, как жар, распространяющийся между ног.
Мы раздеваемся до нижнего белья, и Сэм приподнимает меня за талию. Я обхватываю ногами его бедра, прижимаясь так близко, как только могу, наши рты сливаются, его язык проникает внутрь, пробуя меня.
Повернувшись, он идет по коридору прямиком в свою темную спальню. Фонари снаружи освещают его восхитительную кровать. Один вдох и он откидывает одеяло, а я оказываюсь на простынях. Он медленно снимает с меня трусики и лифчик, швыряя их на пол вместе с боксерами. Кровать прогибается, когда он нависает надо мной, опираясь на руки по обе стороны от моей головы, и смотрит на меня, обнаженную и дрожащую под ним.
— Я впервые делаю это с тем, кого люблю, — ласково произносит он, его глаза полны заботы и беспокойства. — И хочу все сделать правильно.
Потянувшись к нему, провожу ладонями по его волосам, спускаясь к подбородку, и он поворачивает голову, целуя мою ладонь.
— Все уже правильно.
Он удовлетворенно улыбается, потом его лицо становится серьезным.
— Мэгги, я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Сэм.
Опустив руку вниз, я направляю его к моему входу. Одним сильным толчком он заполняет меня, удерживаясь на мгновение, пока касается моих губ.
Мышцы его спины напрягаются и сокращаются, когда он двигается внутри меня, я подаюсь ему навстречу, мы набираем скорость, приспосабливаясь друг к другу. Его полнота внутри меня обеспечивает идеальное трение.
Опустив голову, он втягивает мой твердый и острый сосок в рот. Я вскрикиваю, запускаю пальцы в его волосы и в восхитительной агонии тяну за короткие пряди.
— Сэм, о боже, — мой голос глубокий и ошеломленный, я издаю стон, когда ощущения, что я чувствую между ног, прокатываются по всему телу.
— Боже, как я люблю эти звуки, — бормочет он, прижимаясь поцелуями к моей шее, пока не достигает моих губ. — Они мне никогда не надоедят.
— Не останавливайся, — громко стону, потому что его голос и его движение внутри меня только усиливают восхождение к тому безумному состоянию, в котором я сейчас нахожусь. — Продолжай, Сэм.
Он толкается быстрее, шлепающие звуки наших тел эхом отражаются от стен вместе с моими криками. Когда он начинает шептать нежности мне в кожу, а затем проводит языком по моей чувствительной, покалывающей плоти, я чувствую невообразимую тяжесть, растекающуюся между ног.
— Ты такая сексуальная. — Поцелуй. — Такая упрямая. — Поцелуй. — Я буду любить тебя вечно.
Последняя фраза вызывает на глазах слезы, мои мечты становятся больше, ярче и яснее, чем когда-либо прежде. Мечты, где я вижу себя с этим мужчиной — с этим милым, честным, одухотворенным человеком, который говорит мне, что он не сказка, что он реален, — невероятная мечта, но на этот раз реальность намного лучше сказки.
— Боже, я люблю тебя, — стонет он, целуя меня в ключицу.
— Еще! — вскрикиваю я в бесстыдном желании.
— Я люблю тебя, — шепчет он мне в плечо. — Я люблю тебя, — шепчет он мне в шею. — Я люблю тебя, — шепчет он мне на ухо.
Слезы, льющиеся из глаз, прекрасны, реальны и чудесны. И когда он заканчивает осыпать мое тело словами, я понимаю, что мои мечты — ничто по сравнению с этим.
Мы кончаем вместе. Одновременно. На одном дыхании. Наши сердца бьются как одно. Я смотрю ему в глаза и чувствую, что во всем мире нет двух душ, которые были бы связаны сильнее, чем мы сейчас.
 
Приведя себя в порядок, мы возвращаемся в постель голыми и более чем пресыщенными. Сэм обнимает меня и прижимает спиной к своей груди, его дыхание входит в ритм с моим.
— Надеюсь, ты готов ко всему этому, — ласково заявляю, глядя в окно с того места, где моя голова покоится на подушке.
— Чему «всему»? — спрашивает он, прижимаясь поцелуем к моему обнаженному плечу.
— Ко мне всей, на долгое время, — отвечаю я со вздохом. — Меня так много.
Он обнимает меня крепче.
— Я в курсе.
— И ты знаешь, я люблю помечтать, — повторяю я.
Его плечи трясутся от беззвучного смеха.
— Да, искорка, знаю.
Кивнув, я поворачиваюсь к нему лицом, в слабом свете, льющемся из окна, его глаза сверкают.
— Но ты осознаешь, что это укрощенная, сокращенная версия Мэгги-мечтательницы? Полная версия подружки-мечтательницы — совсем другое дело, к этому нужно быть готовым.
Прищурившись, он смотрит на меня.
— Выкладывай худшее.
Мои брови поднимаются.
— Мои худшие, самые бредовые, самые причудливые мечты, из-за которых последний парень убежал без оглядки?
Он стоически кивает и быстро целует меня в губы.
— Я могу это принять. Твои безумные разговоры о мечтах — одна из вещей, что я люблю в тебе, искорка.
Визг возбуждения пронзает все мое существо, я перекатываюсь на спину и смотрю в потолок.
— Черт возьми, ты даешь мне полную волю. Надеюсь, ты готов.
Он целует меня в плечо.
— Выкладывай.
Тяжело сглатываю и хмурюсь, на мгновение задумавшись.
— Ладно, вот история любви Мэгги и Сэма. Итак, очевидно, я перееду в Боулдер. У тебя есть «Магазин шин» и планы с Майлсом по расширению бизнеса, и хотя пару раз за день мне хочется придушить Кейт, на самом деле она одна из моих любимых людей в жизни... так что, Боулдер станет нашим домом.
— Начало мне нравится, — говорит он, и в его голосе слышится улыбка.
— Я встречусь с твоей мамой за воскресным завтраком, и она меня полюбит.
— Такая самоуверенная, да? — спрашивает он, пригвоздив меня удивленным взглядом.
— Ага! — восклицаю, размахивая перед собой руками. — Она увидит во мне свет, который развеет твою тьму и подсластит жизнь. Моя добродетель озарила твою душу.
— М-м-м, согласен, — бормочет он, сжимая мою грудь.
Я отталкиваю его.
— Эй, я тут вообще-то размышляю. Это наше сказочное будущее, и я не могу терять концентрацию.
— Извини, — говорит он, скользя рукой вниз и обнимая меня за талию.
— Твои племянницы и племянники полюбят меня, потому что я буду читать им сказки. Но твои сестры будут немного злиться, потому что я забираю тебя у них. В конце концов, они начнут тепло ко мне относиться, особенно когда у нас появятся дети, потому что им понравится, когда их младший брат станет папулей.
— Дети? — спрашивает Сэм, и я смотрю на его удивленное лицо.
— Я думала о двоих? — облекаю это в вопрос, но затем отмахиваюсь от него, потому что это мои мечты, а не его. — Тем не менее, я могу представить, что у нас появится незапланированный третий ребенок, когда младшему будет около десяти лет, потому что ты только и будешь думать что о сексе, и откажешься делать вазэктомию.
Это заставляет Сэма рассмеяться.
— Боже, у тебя невероятное воображение. — Он притягивает меня к себе и целует в висок.
— Я еще даже не добралась до хорошей части, — отвечаю, мягко отталкивая его локтем. — У нас будет лодка. Понтонная лодка для всей семьи, где поместятся все внуки, и они отправятся на самую эпическую рыбалку в истории.
 
Посмотрев на Сэма, вижу в его глазах тепло и нежность, от которых у меня перехватывает дыхание. Я ожидала шока и осуждения, смеха и кучу поддразниваний. Наихудшим сценарием оказалось бы пронизанное страхом сожаление. Чего я никак не ожидала, так это того, что мне придется смотреть в глаза мужчине, который только что открыл для себя смысл жизни, и именно я показал ему его.